Маргарет Уэй - Добиться своего

— Сколько лошадей мы здесь собираемся купить, Ник? — взволнованно спросила Шарли с заднего сиденья «ягуара». — Я люблю запах конных ферм. А ты? — Ее глаза блестели от восторга.

— Конечно, — поддержал дочку Ник. — Мы с мамой решили остановиться на двадцати. Конечно, это не столько, сколько обычно находилось в конюшнях «Беллемонта». Еще хотим купить тихих, послушных лошадок для детей, но где-нибудь в другом месте. Этим заводом владеет Макгаверн. Когда-то он был известным наездником.

— Да, я знаю, — ответила Шарли, пододвигаясь ближе к окну, чтобы можно было выглянуть. — Место называется «Гринфилдз». Мама говорила, что балконные двери выкрашены в те цвета, что и форма Макгаверна во время скачек. Темно-синие.

Пока она рассказывала, одна лошадь вместе с жеребенком отделилась от табуна и они помчались к белой ограде. Кобыла положила красивую морду на ограду и приветственно заржала.

— Как же это здорово! — радостно выпалила Шарли. — Яркая, как драгоценный камень. Скажи, ведь это еще одна прекрасная кличка для пони, Жемчужина? Мы с Люси соревнуемся, кто больше придумает красивых кличек.

— И вот она, победительница, — улыбка озарила красивое лицо Ника.

— Я предупредила Тома, что мы приедем в одиннадцать. Сейчас без пяти минут, — произнесла Сюзанна, взглянув на часы на приборной доске.

— Прекрасно. — Ник машинально провел рукой по щеке Сюзанны, совершенно забыв о присутствии дочери.

Молодая женщина была одета в узкие розовые слаксы и обтягивающий белый топ, который не скрывал красивых грудей под ним. Достаточно скромный наряд, но он делал Сюзанну сексуальной и придавал ей шик. Она уловила блеск в глазах Ника и отвернулась, на ее щеках проступил румянец.

Том Макгаверн встретил их во внутреннем дворе. На нем была синяя рубашка поло, модная в шестидесятых, брюки для верховой езды и поношенная жокейская шапочка, натянутая на лысеющую голову. Возле его ног терлась кошка, которая жила на конюшне. Том приветливо улыбнулся, когда «ягуар» остановился.

— Доброе утро. — Он коснулся пальцами шапочки. — Привет, юная леди, — обратился он к Шарли. — Боже, как вы выросли с тех пор, когда я видел вас в последний раз. Вам, кажется, было…

— Около полутора лет, Том, — улыбнулась Сюзанна. — Шарли, поздоровайся.

Шарлотта повиновалась, одарив Тома лучезарной улыбкой.

— Путешествие сюда было очень приятным, заверила она его звонким голоском. — Кобыла с жеребенком выбежали поприветствовать нас. Шкура лошади такая яркая, словно золотая.

— Должно быть, это Принцесса Солар, кобыла от Солар Голд и Кинг Дариум, — кивнул Том. Прекрасная родословная, и к тому же лошадь очень дорогая. — Он повернулся к Сюзанне и подмигнул.

— Ты ведь помнишь Ника? — спросила Сюзанна.

Мужчины пожали друг другу руки.

— Конечно. Ты теперь суперзвезда, сынок, — восхищенно заметил Том. — Я слежу за твоим взлетом по газетам. Компьютеры? Завтрашний день.

— Так оно и есть, Том, — улыбнулся Ник. — Ты хорошо выглядишь.

— Жизнь была ко мне добра.

— По тебе можно сказать, что даже слишком, — произнес Ник, оглядывая прекрасное имение. Что ты можешь показать нам? Шарлотта просто не может дождаться, когда увидит лошадей.

— Некоторые из них настоящие красотки. — Том взъерошил пышные волосы Шарли. — Правда, один жеребчик, по кличке Дьявол, очень упрямый. Для такой клички были все основания. Он мог бы добиться огромных успехов в верных руках. В твоих, Сюзанна. Ты прекрасно держишься в седле, и у тебя особый подход к норовистым лошадям. Если вы подождете с минутку, я позову Падди и молодого Невилла, чтобы они провели лошадей по кругу. Ник, Сюзанна говорила, что вы планируете купить около двадцати лошадей?

— Мы решили, что на первое время этого будет достаточно, — ответил Ник.

— Все лошади, кроме Дьявола, как раз то, что вам нужно. Конечно, с лошадьми не может быть никаких гарантий. Знаю парня, который потратил миллион долларов на годовалую кобылу, и хуже этой чертовки никто в мире не берет барьеры. Правда, покупал он ее не у меня.

Они прекрасно провели время. Одна лошадь за другой проходили по манежу, некоторые шли степенно, другие — пружинистой рысью, чтобы их можно было рассмотреть и оценить. У Шарли о каждой имелось свое мнение, она далеко не робко выражала его, стоя во весь рост на перилах. Ник страховал ее крепкой рукой.

Сюзанна, радуясь за дочь, думала о том, как прекрасно с ней обходится Ник. Мартин никогда не вел себя как настоящий отец. Нику без всякого труда удалось покорить сердце Шарли.

В конечном счете, они выбрали восемнадцать животных: пяти-и шестилеток, бывших скаковых лошадей, трех бывших цирковых лошадок и одного чистокровного вороного жеребенка, в которого Сюзанна просто влюбилась с первого взгляда.

На обратном пути в «Беллемонт» Шарли весело напевала в машине. Ее прекрасное расположение духа передалось Сюзанне и Нику, и они не сразу заметили, что поют вместе с ней рождественские песенки. Закончив «Рождественскую елку», девочка спросила:

— А кто первым нарядил рождественскую елку? Святой Николай?

— Вообще-то это был Мартин Лютер, — сказал ей Ник. — Ты знаешь про него?

— Наверняка он был американцем, — ответила Шарли. — У них всегда возникают потрясающие идеи.

Ник, смеясь, отрицательно покачал головой.

— Это, конечно, так, но человек, о котором я говорю, был великим проповедником и родился в Германии более пятисот лет назад. Лютер был лидером религиозного движения реформаторов и переводчиком Библии на немецкий язык. А еще он считается создателем современного немецкого языка.

— И он придумал такую прекрасную вещь, как рождественская елка? — восхитилась Шарли. — Какой милый человек!

— И музыкант, как ты. В одной легенде говорится, что однажды, возвращаясь, домой, Лютер взглянул на небо и увидел блестящее скопление звезд, которое приняло форму пирамидального дерева. Дома он попытался воссоздать то, что видел, для своей семьи, и ему пришла мысль украсить дерево свечами.

— Гениально! — захлопала в ладоши Шарли.

Ник согласно кивнул.

— Идея Лютера прижилась в Англии более ста лет спустя. Муж королевы Виктории, принц Альберт, устанавливал рождественскую елку каждый год в память о родной Германии. После этого ритуал как пожар перекинулся в Америку и другие страны Запада.

— Твои истории такие замечательные, Ник, — проговорила Шарли под впечатлением от услышанного.

— Просто мне приятно рассказывать их тебе. А у меня для тебя есть сюрприз.

— Правда? — красивые брови девочки взметнулись вверх.