Кэтрин Росс - Громкое эхо тихих слов

— Джордан, я сплю? — Она смотрела на него как на привидение. — Я не могу поверить, что ты меня любишь. Я была уверена, что вряд ли после твоей страстной любви к жене ты сможешь кого-нибудь полюбить… Я думала, ты меняешь женщин как перчатки, чтобы заглушить тоску… Да ты и сам говорил, что тебе никто не нужен.

Он снова заключил ее в объятия и припал к ее губам. Потом отпустил ее и, немного помолчав, сказал:

— Шарли, дорогая, ты права и не права. Наш брак с Надин, к сожалению, уже находился в таком состоянии, что достаточно было малейшего толчка, чтобы он распался… Смерть дочери, как это ни кощунственно звучит, и была этим толчком, нет, даже не толчком, а страшным ударом, после которого мы уже не могли видеть друг друга. Каждый считал другого виноватым, ничто уже не могло примирить нас, даже второй ребенок, если бы мы и захотели зачать его. — Он помолчал и продолжил: — Я с такой яростью бросился в работу, что иногда даже забывал поесть. Теперь я благодарю Бога и судьбу, что однажды встретился с Саймоном… и с тобой. Прошлое умерло, дорогая, надо смотреть вперед. Мы еще молоды и можем надеяться, что будущее подарит нам счастье… Я верю в это. Ты именно та женщина, которая мне нужна, которую я хочу видеть матерью своих детей… упрямая, несговорчивая, страстная… — И, не дав ей ничего сказать, Джордан снова стал целовать ее, все больше и больше возбуждаясь. — Ну, скажи мне еще раз, что любишь меня… самоуверенного, высокомерного плейбоя, ну? Ты же именно таким меня представляла?

— Да, да, люблю, но не самоуверенного и высокомерного плейбоя, а сильного, ласкового, доброго человека… Увидев, как тебя обожает Гарриет, я поняла, что под этой нарочитой самоуверенностью скрывается совсем другой человек… тонкий, ранимый и чувствительный… Но как можно было поверить, что именно я тебе нужна?

— Упрямая моя, неужели ты до сих пор не веришь мне? Ну как мне доказать? Только не проси меня прыгнуть в Темзу.

Шарлотта рассмеялась и выглянула в окно.

— Джордан, дождь, кажется, закончился.

— Подождем еще немного, здесь так хорошо… Скажи, неужели ты не любила Дэвида? Вы же были вместе почти два года, ты сама говорила… И вы казались такой хорошей парой.

— Вот именно — казались… Но почему же тогда я никак не могла решиться выйти за него замуж, как ты считаешь? Меня что-то удерживало, какое-то предчувствие недолговечности этого брака, а когда случился инцидент с Линдой… Ты не поверишь, я была даже рада.

— Бог мой, Шарли! Если б я знал! Я же старался изо всех сил держаться от тебя подальше, думал, вы помиритесь. Как я мучился, что не мог, не имел права коснуться тебя! Как я ревновал и бесился, как старался быть равнодушным, язвительным и холодным. Как я сгорал от страсти! А когда ты заходила ко мне в кабинет по каким-то делам?! Один шелест твоей юбки и твой запах доводили меня до умопомрачения. Я иногда вскакивал и уходил в туалетную комнату, подставлял голову под холодную воду и так приходил в себя. А ты… ты отпускала какую-нибудь реплику, вроде: «Вы плохо выглядите, Джордан. Видно накануне загулялись?»

Шарлотта слушала его признания, как будто читала роман.

— Джордан, я тоже была сумасшедшей в своем роде… приписывала тебе всех красивых женщин, которые появлялись в офисе и которые были где-то там, на стороне. Как я, со своими старомодными взглядами, могла думать, что ты предпочтешь меня? Ну, сам рассуди, засмеялась она. — Ну, разве я твой тип?

Он крепко обнял ее и снова стал целовать. Их обоюдное желание любить друг друга возрастало с каждым поцелуем.

— Боже, Шарли, как много времени мы потратили на выяснение наших отношений! Какой я дурак, плейбой называется.

Джордан держал ее так крепко, что она взмолилась:

— Отпусти меня!

— Отпустить? Чтобы ты выкинула очередную штучку? Знаешь, я хотел сказать тебе о своей любви сразу, когда возглавил компанию, но ведь к тебе было не подступиться. Ты помнишь, как я вымаливал у тебя свидание? Но потом во мне заговорила гордость, и я решил: хватит. Раз она любит Дэвида, пусть катится ко всем чертям. Конечно, я сказал это себе более выразительными словами, но твердо решил больше не прикасаться к тебе.

— Джордан, мы действительно дураки оба, — усмехнулась Шарлотта.

— Когда же я узнал, что у Дэвида появилась та хорошенькая брюнеточка, я был счастлив, как никогда, и только ждал случая, чтобы ты узнала об этом… К счастью, он сам сказал.

— Но, Джордан, а ты можешь представить себе мои муки, когда я увидела тебя с Бенитой? Когда Фрэнк и Лаура восхищались при мне красотой твоей бывшей возлюбленной и высказывали предположения, что ты опять с ней? И потом… я ведь была уверена, что тебе нужна только компания… а я как придаток, чтобы люди не увидели, как ты корыстен… Я была уверена в этом. Как я бесилась, когда Дженифер и отец пели тебе дифирамбы! Как я злилась, что ты чувствуешь себя у Дженифер как дома! Сколько раз мне хотелось выцарапать тебе глаза, когда ты обнимал меня в присутствии Дженифер и нежно смотрел на меня, ведь мне казалось, что ты делаешь это напоказ.

— Шарли, но ты только вспомни, как ты сурова была со мной. Теперь-то, после твоих слов, я понимаю, почему в твоем тоне сквозило столько сарказма, а во взгляде — презрения. Ты была невыносимо подозрительна, а мне хотелось взять тебя в объятия на всю жизнь.

Он смотрел ей в глаза и видел только любовь и безумное желание… Такое же желание и такая же любовь владели и им.

Дождь почти перестал. Он завел машину, и через десять минут они подъехали к дому.

— Побежали скорей, чтобы не промокнуть.

Джордан схватил ее на руки и побежал в дом. Они стали хохотать как сумасшедшие, а через мгновение уже целовались.

— Джордан, подожди, мне надо тебе кое-что сказать… Подожди…

Она с трудом высвободилась из его рук.

— Говори скорей, что ты можешь еще мне сообщить?

Он был как пьяный, не в силах больше сдерживать свое желание.

— Погоди… дай мне сказать… Это очень важно…

Джордан, не слушая, расстегивал на Шарлотте платье, целовал ее грудь, лицо, шею, но она нашла силы, чтобы отстранить его.

— Это очень важное, очень важное признание, — увертывалась она от его губ. — Джордан, у меня будет ребенок, твой ребенок! — выпалила она. И мужество покинуло ее. — Да, я беременна.

Сказать, что он был потрясен, — ничего не сказать. Он буквально онемел, смотрел на нее, как будто она свалилась с Луны.

— Да, для меня это тоже сначала было шоком, когда я поняла… Сначала думала, что ошиблась в сроках… но отвращение к еде… тошнота и головокружение… и самое главное, запахи! Я с детства очень плохо воспринимаю запахи, но теперь… это что-то ужасное, особенно кофе и сыр… Джордан, это и есть та причина, из-за которой я хотела оставить компанию… и тебя. Ну подумай, как бы я ходила перед тобой беременная, зная, что ты уже с другой женщиной? Что я брошена, как ненужная кукла? Стоять у тебя на дороге… Джордан, ну скажи что-нибудь, — прошептала она. — Когда я бежала за тобой из ресторана, готовая на улице все это прокричать… при всех, громко, мне было уже все равно… Гордость моя была сломлена.