Кэтрин Росс - Громкое эхо тихих слов

Шарлотта с сестрой занялись делами, и день прошел незаметно, но вечером, помогая сестре купать малышку, Шарлотта почувствовала такой приступ тошноты, что едва успела добежать до туалета. Придя в себя, она порадовалась, что осталась у Дженифер. Однако, как ни странно, она не расстроилась и, вернувшись к сестре, весело посетовала, что Дженифер ее перекормила.

Но Дженифер не так-то просто было обмануть: двое детей вооружили ее хорошими знаниями. Однако она промолчала и ничего не сказала сестре. «Подумаешь, тайна! — усмехнулась она про себя. — Посмотрим, на кого ты будешь ссылаться дальше».

Шарлотта, конечно, понимала, что Дженифер обмануть трудно, надо бы рассказать ей правду, но тогда надо рассказывать и остальное. Нет, не стоит этого делать накануне такого знаменательного и торжественного дня, как крестины. Да, ей страшно тревожно, но надо собраться с силами и уж тем более при Джордане быть спокойной и веселой. Легко сказать, а вот сделать… Сможет ли она сыграть роль беззаботной кумы?

И еще, если честно, Шарлотта чувствовала себя сейчас одинокой в доме, где полно народу, где все ее любят и стараются угодить ей. Одеваясь утром, чтобы ехать в церковь, она долго изучала себя в зеркале, оценивая и сравнивая с Бенитой. Нет, конечно, сравнивать нельзя, слишком уж они разные. Внешность, характер, воспитание, жизненная позиция — о каком сравнении может идти речь? Но очевидно, что Джордан сделал сравнение и выбрал Бениту.

«Пожалуй, я похудела чуть-чуть, но это мне даже идет. Талия стала тоньше, и от этого грудь стала выше, что придает мне какую-то вызывающую женственность, — рассуждала Шарлотта. — Бледна? Но зато выделяются губы, чуть припухлые и яркие даже без помады».

Она осталась довольна собой, но с горечью подумала, что ее прелести, еще недавно приводившие Джордана в восторг, теперь не имеют цены, они поблекли при появлении Бениты.

Внизу послышался шум подъехавшего автомобиля. Джордан! Шарлотта выглянула в окно и помрачнела — так хорош он был в лучах яркого солнечного света. Ей захотелось выбежать ему навстречу и броситься в его объятия… Но господи, разве это возможно? Она со жгучей завистью наблюдала, как Гарриет, обхватив его, радостно визжала, а он стал кружиться с ней по двору.

Шарлотта отошла от окна, еще раз глянула на себя в зеркало и пошла вниз. Джордан с Гарриет уже шли ей навстречу. Девочка без умолку щебетала, глядя на него влюбленными глазами.

— Дядя Джордан, как я рада, что ты приехал, а тетя Шарли у нас ночевала. Правда, она сегодня очень красивая?

— Не только сегодня, она всегда очень красивая, — нежно улыбнулся Джордан малышке и довольно холодно кивнул Шарлотте.

— Я решила приехать пораньше, чтобы помочь Дженифер.

Она словно оправдывалась.

— Да. Стив сказал мне. Кстати, где они с Дженифер?

— Стив куда-то с утра умчался, а Джен сейчас выйдет, она с Матильдой.

Чего ради она оправдывается перед ним за свое присутствие в доме родной сестры? Наступило неловкое молчание, даже Гарриет притихла, а потом убежала. Джордан уселся в свое любимое кресло, а Шарлотта решила пойти к сестре, с горечью отметив, что он даже не улыбнулся ей. Но в этот момент в гостиную вошел Стив и… ее отец с Руфью! Когда же они приехали? Как она могла прозевать?

Шарлотта кинулась к отцу и мачехе и стала их по очереди обнимать и целовать. Потом отступила и принялась разглядывать отца. Он выглядел намного лучше, чуть поправился, загорел, и в глазах уже не было тоски и тревоги. Руфь тоже выглядела счастливой и спокойной.

Сверху спустилась Дженифер с малюткой на руках. В белом длинном кружевном платьице, кудрявая, розовенькая девочка была просто прелестна.

— Не хочется прерывать счастливое свидание, но нам пора ехать в церковь, — сказала Дженифер. — Джордан, ты берешь Шарлотту, папу и Руфь, а мы поедем со Стивом и малышкой.

— Разумеется, — кивнул он.

Шарлотта облегченно вздохнула, что не придется ехать с ним наедине и выдавливать мучительную улыбку, и даже не вспомнила о том, что ее собственная машина припаркована во дворе. Но раз Дженифер так решила, она не будет возражать. Но разве ей хотелось ехать одной?

Церковь была старинная и очень уютная. Приглашенные на торжество друзья уже сидели в церкви.

Шарлотта с девочкой на руках стояла около купели и внимательно слушала священника. Таинство крещения наполняло ее душу благоговением. Время от времени она поглядывала на стоящего рядом Джордана. В какой-то момент их глаза встретились, и они, притихшие и умиротворенные, улыбнулись друг другу.

Священник взял девочку на руки.

— Дитя нарекается Николь Эстелла.

Он окунул малышку в купель, и она протестующе захныкала, но не заплакала.

Шарлотта опять посмотрела на Джордана, и оба улыбнулись: какая молодчина их крестная дочь! Шарлотта подумала, что Джордан действительно хороший человек, раз его так любят дети и он любит их.

Церемония закончилась, и все пошли к выходу, находясь под впечатлением этого трогательного события.

— Как замечательно вела себя Николь, и как все эти обряды успокаивают, правда, Шарли?

Шарлотта смогла только молча кивнуть: у нее в горле стоял комок, который она не в силах была проглотить.

— Кстати, мне нравится имя Николь. А тебе?

Шарлотта опять кивнула, и тут к ней подошла мать Стива, представительная дама в розовом костюме.

— Шарлотта, вы прекрасно смотритесь с девочкой на руках, материнство вам будет к лицу. Садитесь в середину, фотограф уже заждался.

Все разместились. Шарлотта с Джорданом были в центре. Улыбаясь фотографу, Шарлотта не переставала думать, что бы сказал сейчас Джордан, узнав о ее беременности?

— А теперь все в ресторан, — пригласил гостей Стив и взял у Шарлотты дочку. — Шарли! Саймон и Руфь теперь поедут с нами, у Джордана в машине очень низкие сиденья, неудобно. Поезжай одна.

Шарлотта чуть не взорвалась от негодования: опять их штучки! Почему никогда не спрашивают, удобно ли ей и нравится ли ей? Но не скандалить же сейчас, до отеля ехать минут десять, не больше.

Она молча села в машину к Джордану и собрала свои эмоции в кулак, хотя внутри у нее все кипело. Что, если она сейчас скажет, что беременна? И анализ подтвердил это?

Джордан тоже молчал и смотрел вперед, опять неприступный и холодный. Нет, она не может даже рот открыть. Куда делись его улыбка и нежный взгляд? Что изменилось за это время? Разве он готов стать отцом и мужем? А она готова и хочет быть матерью — чего ей, собственно, ждать в тридцать три года?

— Я вижу, ты совершенно спокойна, Шарли, — неожиданно нарушил молчание Джордан.