Из Сибири, с любовью - Лана Норд

class="p1">— Привет, мамуля! — отвечаю я. — Дела не очень, если честно.

— Что случилось? — тревожно спрашивает мама.

— Босс наш чудит. Отправляет меня и Диму в командировку в Тюмень. Знаешь, когда вылет? Завтра! Представляешь?

— А к чему такая спешка? — спрашивает мама. — Что-нибудь произошло?

— Вроде ничего срочного, обычные финансовые проблемы, но ему вынь и положь, чтобы мы летели прямо завтра. Даже свой вертолёт нам выделил.

— Ох, — слышу в голосе мамы сомнение, — я так не люблю эти самолёты и вертолёты. Лучше бы на машине или на поезде.

— Да ты что, мам! — отвечаю я. — Ты представляешь, сколько дней мы будем туда добираться, а здесь часа три, и мы на месте.

Слышу в трубке тяжёлый вздох. Мама боится летать, и переубедить её невозможно.

— Мам, — перевожу я тему, — у меня к тебе просьба есть. Я не знаю, сколько времени пробуду в этой Тюмени, и хотела попросить присмотреть за Белкой.

Белка — это моя собака, породы йоркипу, смесь йоркширского терьера и миниатюрного пуделя. Маленькая плюшевая игрушка с энергичным характером.

— Конечно, дорогая, не волнуйся за Белку, я сегодня буду дома к восьми вечера, привози её к нам, мы с отцом присмотрим за ней.

— Спасибо, мам! Люблю тебя, — говорю я и прощаюсь.

После нескольких часов примерок, выхожу усталая, но довольная. Тёплый пуховик, сапоги с мехом, рукавицы и тёплая вязаная шапка, в таком обмундировании никакой мороз мне теперь не страшен.

Возвращаюсь домой почти в шесть, навстречу, радостно виляя хвостом, выбегает Белочка.

— Привет, моя хорошая, — беру её на руки и прижимаю к себе, — не скучай тут без меня. Я вернусь очень быстро, обещаю.

Выгуливаю её, потом собираю необходимые вещи.

Смотрю на часы, как летит время! Стрелки неумолимо двигаются к восьми вечера. Вызываю такси и везу Белку в дом родителей.

Ни отца, ни мамы ещё нет. Решаю, что времени у меня в обрез, и уезжаю, оставляя собачку на попечении домоуправительницы Татьяны.

Дома времени у меня хватает только на то, чтобы принять ванну, выпить полезный смузи и залезть в тёплую постель. Вылет завтра ранний, нужно выспаться.

Уже засыпая, вдруг вспоминаю Диму. Интересно, чему же он так радовался? Надо будет завтра у него узнать!

Глава 4

Половина седьмого.

Я поднимаюсь по лестнице, ведущей на крышу, таща за собой тяжеленный чемодан на колёсиках. Как это обычно бывает, взяла только самое необходимое, но получилось очень много и тяжело. Но ничего, на этот случай у меня есть Дима. Не откажет же он хрупкой девушке отнести в номер гостиницы чемодан?

Открываю дверь и выхожу на крышу.

Несмотря на то, что в воздухе уже пахнет весной, на улице ещё достаточно прохладно. И я радуюсь тому, что сразу надела на себя свои тёплые обновки. Вертолёт уже ждёт нас, внутри сидит пилот. Его зовут Вячеслав, он профессионал своего дела, в этом деле очень давно, ему точно можно доверять. Машу ему рукой, привлекая к себе его внимание. Он замечает меня, вылезает из кабины и направляется ко мне.

— Доброе утро, Виктория Сергеевна! — дружелюбно произносит он. — Готовы полетать?

— Здравствуйте, Вячеслав, — говорю я, — готова. Только дождёмся второго пассажира и в путь.

Пилот кивает, забирает у меня чемодан и укладывает его в салон вертолёта.

Мы ждём Диму, неспешно переговариваясь с Владиславом. Время идёт, а Дмитрий не появляется. Стрелки часов уже минуют отметку семи утра, но он до сих пор так и не появляется. Может, проспал или попал в пробку?

Беру телефон и пытаюсь до него дозвониться, но телефон отключен.

Чёрт! И что теперь делать?

Безрезультатно ждём ещё пятнадцать минут.

Наконец, мой телефон оживает. Не глядя, поднимаю трубку, готовая растерзать Диму на части из-за его безответственности. Но это не он. Это Анжелика.

— Виктория Сергеевна! Дмитрий Сергеевич связался со мной и сообщил о своей болезни. Лететь он не сможет, а нам в такие короткие сроки просто нереально найти ему замену. Попрошу вас вылететь в одиночку, а мы в течение двух дней пришлём вам подмогу. Работу на предприятии нужно начать незамедлительно.

Прощаюсь с Анжеликой и сбрасываю звонок.

Сказать, что я в шоке, ничего не сказать.

Я бы поверила в болезнь Димы, если бы не знала его очень хорошо. Только сейчас до меня доходит причина вчерашнего приподнятого настроения Димы. Он всё для себя решил ещё вчера. Что ни в какую Тюмень он не полетит, и козлом отпущения оставил меня.

Вот гад!!!

Я в ярости звоню ему ещё раз, идут гудки, но он не поднимает трубку, а потом и вовсе сбрасывает.

Ну всё, ему конец!

Сейчас я его достать, конечно, не смогу, но когда вернусь, он получит от меня сполна за эту подставу. Но делать нечего, вертолёт уже готов к полёту, командировка оформлена, я должна лететь.

Садимся в вертолёт, Вячеслав заводит мотор, и мы плавно поднимаемся в воздух. Смотрю на просыпающуюся утреннюю Москву и мысленно прощаюсь с моим любимым городом. Впереди меня ждёт суровая Сибирь.

Мы в воздухе уже около двух часов, размеренный шум мотора убаюкивает. Подъём у меня сегодня был ранний, и я начинаю дремать.

Просыпаюсь я от громкого хлопка.

В первый момент не понимаю, что происходит, но вдруг замечаю, что мы стремительно снижаемся. Выглядываю в иллюминатор и вижу бесконечные снежные просторы с выступающими тут и там верхушками гор, небольшие участки лесов и никаких признаков цивилизации, и мы летим, нет, даже падаем, прямо туда.

Меня накрывает волна ужаса.

Пытаюсь докричаться до Вячеслава в микрофон наушников.

Сначала он мне не отвечает, а потом я с трудом различаю слабое:

— Одень шлем и пристегнись, мы падаем.

В полном неведении от того, что с нами происходит, трясущимися руками, делаю всё, как он велит.

Земля уже совсем близко. В оцепенении застываю в ожидании удара...

Перед глазами проносится вся моя жизнь...

Вижу лица мамы, отца, Димы. И начинаю молиться. Я никогда не бываю в церкви, и не знаю ни одной молитвы. Верующей меня можно назвать с большой натяжкой. Но сейчас помощь Всевышнего мне бы не помешала, и я читаю молитву как умею, в надежде, что он меня услышит.

А земля всё ближе!

Впереди маячит участок небольшого елового лесочка. Именно к нему и направляется наш вертолёт. Со всего размаха мы врезаемся в стволы вековых елей. Вертолёт со страшным скрипом валится на землю.

Следует сильный удар. Всё вокруг подбрасывает. Я бьюсь головой, не спасают даже ремни безопасности и шлем. Теряю сознание.

Последняя мысль мелькает в