Мэрил Хэнкс - Влюбленная мстительница

Один взгляд на легкое движение ее руки вдоль плавной линии груди — и Освальд ощутил внезапный приступ желания, который удивил его своей силой. Кровь помчалась по венам с удвоенной быстротой и застучала в висках. Ему захотелось немедленно броситься в кабинет, схватить ее в объятия и припасть к спелым вишням губ. Сколько еще можно ждать?

Но разум победил инстинкт. Если эта женщина добровольно идет в расставленную им ловушку, то к чему форсировать события? Было бы самым настоящим идиотизмом зайти так далеко и испортить всю игру из-за простой неосторожности. Вот когда перевод будет официально оформлен, тогда и можно будет немного ускорить события.

Внешнее спокойствие, с которым Белинда ожидала мистера Карденера, было обманчивым. Внутри она вся напряглась, как туго натянутая тетива. Ох, хоть бы ей удалось получить этот перевод в Сидней!..

Почти год она ломала голову над тем, как осуществить свой план, и это предложение оказалось просто даром небес в ответ на ее безмолвную мольбу.

Конечно, даже если перевод состоится, это вовсе не означает, что она окажется поблизости от могущественного босса. Может, ей придется работать вообще в другом месте. И все же в Сиднее у нее больше шансов встретиться с ним, чем во время его редких визитов в Бейкерсфилд.

Она, конечно, всегда знала, когда он приезжает, по тому нервному возбуждению, которое воцарялось во всех отделах «Фергюссон калифорниан вайн корпорейшн», но сама ни разу не встречалась с ним. Зато постоянно читала о нем на страницах иллюстрированных журналов.

Не очень высокий, примерно шести футов, но широкоплечий, с выразительным лицом, ярко-синими глазами и светлыми волосами, Освальд Фергюссон был, бесспорно, очень хорош собой. Было что-то неуловимо волнующее в его облике, что притягивало ее, заставляло напрягаться.

Пресса зачастую с плохо скрываемым восхищением отзывалась о его похождениях, называя современным Дон Жуаном. На многочисленных фотографиях Фергюссон всегда был в обществе удивительно красивых миниатюрных женщин, в основном светловолосых, как и он сам.

Еще год назад такая вызывающая сексуальная активность только отталкивала Белинду. Инстинкт подсказывал ей избегать таких мужчин любой ценой.

Теперь все изменилось. Встретиться с ним, оказаться рядом стало целью ее жизни. Единственной целью.

В предыдущий визит Фергюссона в Калифорнию ей так и не удалось попасться ему на глаза. Когда Белинда нашла наконец повод зайти в желанный офис на восьмом этаже, то узнала, что босс только что уехал в аэропорт.

Однако неудача не разочаровала ее, не заставила отказаться от плана, напротив, только укрепила волю и стремление к победе.

В последующие недели, обдумывая практические возможности оказаться рядом с Освальдом Фергюссоном, она читала все, что только могла найти в прессе о нем и его бизнесе.

Тридцатидвухлетний холостяк, хозяин многочисленных и высшей степени процветающих предприятий, был хорошо известен как у себя дома, в Австралии, так и в обеих Америках, в Европе, в Юго-Восточной Азии.

Он много работал, вел суровую политику по отношению к конкурентам, но был известен и своей благотворительностью.

Получив образование в Оксфорде, Фергюссон стал заниматься бизнесом, начав с почти разорившейся компании своего отца по производству шерсти. Твердо став на ноги, он, однако, не сосредоточился на одной отрасли, а стал скупать разные предприятия, оказавшиеся на грани банкротства. Все его начинания увенчивались успехом, и к тридцати годам Фергюссон уже был мультимиллионером, известным всему миру. Им восхищались, его уважали, боялись, поносили и прославляли. Ему завидовали.

И всегда, после очередного его визита в Штаты, газеты печатали фотографии Фергюссона с непременно прильнувшей к нему той или иной красивой длинноволосой блондинкой.

Белинда сама была очень привлекательна, но совсем в другом стиле. С четырнадцати лет, когда она из неуклюжего подростка превратилась в высокую молодую девушку с идеальной фигурой, мужчины одолевали ее своим вниманием, заставляя завидовать не очень привлекательным подружкам. И она постепенно спряталась в непроницаемую скорлупу, вызволить из которой ее удалось только Чарли. Но ничего хорошего из этого не вышло.

Бедняга Чарли…

Но теперь ей пришло в голову, что, возможно, красота, которая до настоящего времени казалась только досадной помехой в жизни, поможет привлечь внимание известного Освальда Фергюссона. Что ж, тогда она искупит все неприятности, которые причиняла Белинде в прошлом.

И даже знание того, что ее красота не та, которая обычно притягивает Фергюссона, не охладило решимости молодой женщины.

На пути осуществления плана стояло только его обыкновение вступать в легкие, ни к чему не обязывающие связи с женщинами. Если Белинде не удастся вызвать в нем искреннее чувство, то все окажется бесполезным.

Ее намерение — заставить Освальда Фергюссона влюбиться, а не просто желать…

Дверь офиса открылась, и, увидев входящего мистера Карденера, Белинда чуть покраснела, будто он мог прочесть ее тайные мысли.

Пройдя к своему столу, пожилой исполнительный директор сказал:

— Мисс Стэджерфорд, извините, что заставил вас ждать. Меня задержал непредвиденный звонок.

Белинда старалась казаться собранной и деловой, не слишком заинтересованной в результатах встречи.

Мистер Карденер окинул ее мягким взглядом и спросил:

— Вы еще заинтересованы в переводе в Сидней?

— Да, — ответила она, надеясь, что голос звучит ровно и не выдаст ее волнения.

— Вы уверены? Возможно, вам придется иногда встречаться там с мистером Фергюссоном, — осторожно предупредил ее директор.

— Да, совершенно уверена, — твердо ответила Белинда.

Что ж, похоже, она решила забыть прошлое. И Карденер с заметным облегчением спросил:

— А почему вы откликнулись на наше предложение о переводе в Австралию?

Белинда ожидала этого вопроса и выдала заранее приготовленный ответ:

— О, для меня, как для технолога, это будет совершенно неоценимым опытом. Меня очень интересуют особенности виноделия, сходства и различия в производствах по всему миру.

— Гмм, — усмехнулся директор, — ответ, как по книге. Но что-то подсказывает мне, что у вас есть и личный мотив.

Белинда оцепенела. Проклятье! Он знает… Но это же невозможно!

— Что вы имеете в виду? — осторожно спросила она.

Карденер улыбнулся.

— Помнится, вы когда-то упоминали, что хотели бы побывать в Австралии и Новой Зеландии.

— Да. Да, конечно… Я удивлена, что вы не забыли, — ответила она и немного вызывающе добавила: — Но разве это может как-то повлиять на ваше решение?