Генриетта Рейд - Ты моя судьба

— Мм! Все выглядит очень аппетитно! — весело воскликнула Эмер, усаживаясь на землю около Рована. — Как я завидую, что у тебя есть Дорин, она так прекрасно готовит.

Ита согласно кивнула, наливая кофе из термоса:

— Да уж, но жаль, что она такая суеверная, да к тому же в этих краях ее в этом здорово поощряют. Последняя ее история была о том, что она якобы видела, как Черный Делани прохаживался по подъездной дорожке, и теперь она каждый вечер заставляет Тэди провожать ее домой.

— Вероятно, она просто хочет внимания! — предположил Рован, с аппетитом уплетая куриную ножку. — Очень, между прочим, действенный способ держать Тэди на коротком поводке.

— Типично мужская реакция! — усмехнулась Эмер. — А разве это было бы не романтично, если бы Черный Делани и правда охранял Рахин! Как бы мне хотелось с ним встретиться. Мне кажется, он должен быть невероятно красив в одной из этих шляп с перьями, которые носили в его времена.

— Скорее всего, на нем была бы маска и он держал бы парочку пистолетов за пазухой, — сухо бросил Рован. — Забыла, что он был бандитом с большой дороги?

— Тем лучше! — ответила Эмер. — Я восхищаюсь опасными мужчинами.

Я тихонечко сидела рядом с Итой и слушала разговор, наблюдала за волнами, омывающими огромные темные блестящие валуны, оставляя на темно-золотом песке островки зеленых водорослей.

Затем до меня донеслись слова Рована:

— Ну а ты, Никола, согласна с этим?

Я посмотрела на него, застигнутая врасплох вопросом. Это, несомненно, была попытка смутить меня, и я твердо решила не поддаваться, чтобы окончательно не ударить в грязь лицом.

— Ну, все зависит от того, что Эмер понимает под определением «опасный мужчина», — уклончиво ответила я.

Эмер пожала плечами:

— Это сложно объяснить; просто некоторые мужчины обладают таким качеством. У них это просто есть или нет, я полагаю.

— Не думаю, что когда-либо встречала мужчину обладающего таким качеством, — пожала я плечами.

Эмер издала короткий смешок.

— Значит, ты жила совершенно одиноко и без приключений. В истории каждой женщины встречается мужчина, которого она считает опасным — он представляет опасность для ее покоя и разума, — добавила она, глядя мне прямо в глаза. — Кто-то, способный напрочь перевернуть ее жизнь, кто-то, кто приносит в ее жизнь непередаваемый восторг, даже если этот человек не отвечает на ее чувства, он создает полный хаос в ее сердце.

Я слегка покраснела. Это звучало так, будто ее обладание Рованом делало ее чувствительной к тем флюидам, которые исходили в его направлении от любой из женщин. Неужели я выдала себя каким-то случайным взглядом или она просто попала в десяточку наугад? Я заметила, что все внимательно смотрят на меня, и, собрав все свои силы, умудрилась сказать с правдивой легкостью:

— Ну, как ты правильно отметила, моя жизнь не изобиловала приключениями.

— Даже когда ты приехала в Рахин? — упорствовала она.

— Ну что ж, сегодня, например, я чуть было не утонула, — сухо ответила я.

— И была спасена Рованом, который является живым воплощением Черного Делани, так что, вероятно, жизнь твоя стала более опасной, чем ты представляешь себе.

Сделав такой вывод, Эмер переключилась на разговор о предстоящем аукционе в Гэлуэе. Но я заметила, что она разочарована тем, что ей не удалось выудить из меня более изобличающей информации.

Чуть позже мы собрали остатки нашего пикника и покормили чаек, которые стремглав бросались в волны за пищей, а их крылья сверкали ослепительно белыми вспышками на солнце. Было невероятным облегчением хоть чем-то заняться, пока Ита и Эмер оживленно болтали. Я сознавала, что Рован наблюдает за мной с каким-то шутливым вниманием, которое, честно говоря, жутко досаждало мне. Когда он собрал вещи в корзинку, мы все вытряхнули песок из обуви и пошагали наверх.

Эмер убежала вперед и теперь стояла на вершине, тяжело дыша от быстрой ходьбы и посмеиваясь над тем, как мы пытаемся тщетно успеть за ней, затем она изящным жестом откинула волосы назад и посмотрела на скалы внизу.

— Так-так, смотрите, кто явился на место преступления! — провозгласила она.

С тревогой в сердце я увидела Брайана Карбери, который стоял, прислонившись спиной к отвесной скале, и смотрел на море — совсем как в первый раз, когда я его увидела.

Я с тяжелым сердцем почувствовала тут же возросшее напряжением между Рованом и Итой, Эмер же, казалось, не замечала никакой перемены в их настроении.

— А как это романтично, Ита! Я слышала, что все члены археологической экспедиции уже отбыли по домам, а он, выходит, остался здесь только для того, чтобы не отдаляться от Рахина в надежде поймать хотя бы мимолетный твой взгляд.

— А он догадывается, что нарушает границы частной собственности? — Голос Рована дрожал от гнева. Он поставил корзинку. — Я спущусь и велю ему убираться отсюда.

Я увидела, как побледнела Ита, и догадалась, какие муки она испытывает, боясь, что Рован и впрямь исполнит свою угрозу и прикажет убираться с этой земли человеку, которого Ита так хотела видеть своим мужем.

Эмер молча наблюдала за Рованом, она словно с любопытством ожидала поединка между двумя мужчинами. При этом видела отчаяние подруги, стоящей рядом с ней, бледной и дрожащей, понимающей, что никакие мольбы не заставят брата отказаться от его планов.

Прежде чем я сообразила, что делаю, я уже бросилась вперед и схватила Рована за руку.

— Не надо, Рован! — воскликнула я, в запале неожиданно для себя перейдя на «ты». — Неужели ты не видишь, что так причиняешь гораздо больше вреда, нежели пользы? Ита достаточно настрадалась. Неужели ты хочешь все у нее отнять? Даже сознание того, что о ней помнят. Как ты можешь быть таким жестоким? Неужели ты не видишь, как она несчастна? — страстно закончила я.

Далее последовала гробовая тишина. Казалось, легкий ветерок, который теребил осеннюю траву, разнес мой голос по всей округе и разбил мои слова об эти грозные безмолвные утесы.

Рован пристально посмотрел мне в глаза и стряхнул мою руку.

— Держись в стороне от этого, Никола! Это тебя совершенно не касается!

В его голосе звучал такой гнев, что я сочла это достаточным предупреждением. Но, дрожа от волнения, я поняла, что останавливаться уже поздно, и, не обращая внимания на эти предупреждения, обеими руками вцепилась в его рукав.

Какой-то момент он смотрел на меня с раздражением, затем неожиданно схватил меня и бросил в заросли дикой фуксии.

Ита, сбросив оцепенение, подалась вперед.

— Ты же сделал ей больно! — с упреком выкрикнула она и помогла мне подняться.