Кара Уилсон - Гордая женщина

Зен взглянула на него в изумлении. Дэймон умел угадывать, что происходит в ее сердце. Он открыл ту дверь в ее душе, которую никто еще не открывал, где таились все ее тягостные сомнения. Дэймон, казалось, был в состоянии понять и исполнить ее желания прежде, чем сама Зен их осознавала.

Пока София и Фаг совершали короткое свадебное путешествие, Зен погрузилась в заботы, связанные с предстоящей свадьбой. Предстояло подобрать подвенечный наряд, и девушка была озадачена, когда ей позвонила некая Шэрин, сообщившая, что ждет Зен в четверг утром на первую примерку.

— Примерку? — повторила Зен, жестами подзывая Дэймона, который весьма кстати появился в комнате. Она протянула ему трубку и объяснила, кто на проводе.

Жених кивнул и взял трубку.

— Дэймон Аристидис. Да, прекрасно... хорошо. Я привезу ее сам. — Он положил трубку и обратился к Зен: — Я должен закончить кое-какие дела. Подвезу тебя в салон. Когда освободишься, можешь заехать ко мне в офис. Я пришлю за тобой шофера.

— К тебе в офис? — Зен была поражена. — Но ты будешь занят.

— Да, как обычно... более того, последнее время дела у меня отнимают больше времени, чем раньше. — Дэймон пожал плечами и поцеловал невесту. — Не стоит так удивляться, любимая. У меня надежные сотрудники. Может же босс позволить себе повалять дурака время от времени!

— Да, — смущенно согласилась Зен.

Дэймон нахмурился.

— Возможно, ты предпочитаешь другого модельера? Мне бы следовало вспомнить, что ты сама специалист в области моды. Не желаешь самостоятельно сделать эскиз свадебного наряда, любимая?

Зен задумалась на мгновение, затем отрицательно покачала головой.

— Возможно, у меня возникнут некоторые идеи, но я восхищаюсь работами Шэрин.

— Хорошо. — Дэймон поцеловал невесту.

Четверг был ветреным и дождливым. По дороге в Манхэттен Зен тесно прижалась к Дэймону — благо машину вел шофер.

Жених высадил ее у салона, объяснив, что внутрь не пойдет. Его ожидало много работы.

Шэрин оказалась маленькой, шустрой как птичка, с черными, как смоль волосами, собранными в пучок. Весь ее облик — от итальянских кожаных туфель до бриллиантовых серег свидетельствовал об изысканном вкусе.

К удивлению Зен, первым пунктом заказа оказалось нижнее белье.

— Это идея мадам Аристидис, — объяснила, улыбаясь, Шэрин. — Она сообщила, что вам к лицу шелка золотистого и зеленого оттенков. — Шэрин внимательно изучала девушку, которая разделась и стояла перед ней в одних трусиках и бюстгальтере. — Мадам права — эти цвета вам подходят. — Она щелкнула пальцами, и помощница подала переливчатый длинный золотистый шелковый халат. Спереди он застегивался на две крошечные пуговицы.

Зен примерила одеяние, и на лице Шэрин появилась еле заметная улыбка.

— Великолепно! — Она повернула Зен к зеркалу. — Взгляните сами.

У Зен расширились глаза при виде переливающейся, словно шелковый водопад, ткани.

— Прекрасно!

— Ваш муж потеряет голову, — проворковала удовлетворенная Шэрин.

Зен потеряла счет одеяниям, которые ей пришлось примерять. Ее голова кружилась от множества шелковых, шерстяных и льняных тканей.

Наконец Шэрин принесла Зен свадебное платье. Она только раз взглянула на оборки и заупрямилась.

— Нет, я лучше выгляжу в платье, выполненном на заказ, — сказала она. — На мой взгляд, слишком много оборок.

Шэрин вздохнула и постучала пальцем по подбородку, затем щелкнула пальцами.

— Принесите мне атласное платье кремового цвета, — сказала она помощнице.

Кроме тонких завязок, на светло-кремовом атласе не было других украшений. Лиф был слегка выделен стежками, но в остальном платье было строгим и элегантным.

Когда Зен надела его, женщины замерли от восторга.

— Вы выглядите как Венера в миниатюре. Хотя вы и невелики ростом. У вас великолепная осанка. И вы оказались правы насчет платья. Я удлиню немного рукава и заужу их возле запястий, — рассуждала Шэрин. — Вырез сделаем квадратным, едва закрывающим плечи, а на спине — в виде глубокого «V». Получится впечатляющий наряд. Пусть ваши волосы восхитительного золотистого цвета и жемчужные серьги будут единственными украшениями. Да, и еще пять белых цветов в прическе. — Шэрин прищурила глаза, представляя все это, и не удержалась: — Вы будете богиней!

— В храме без верующих, — добавила Зен, чуть улыбнувшись, пока мастерица суетилась вокруг нее, ощупывая, меряя, выправляя и что-то бормоча себе под нос...

Никакие протесты Зен по поводу большого количества белья и одежды не убедили ни Шэрин, ни ее помощницу, которая деловито отмечала принесенные вещи в блокноте.

— Ну вот и все! Мадемуазель Дрискол, платье будет готово к сроку. Месье Аристидис велел не считаться с расходами. — Женщина улыбнулась Зен.

— Но я не буду носить и половины этих вещей, — запротестовала Зен.

Шэрин пожала плечами.

— Но ведь так приятно знать, что они у тебя есть.

Хозяйка лично проводила клиентку до выхода из салона и отвесила поклон в дверях, когда та направилась к ожидавшему ее «роллс-ройсу».

— Теперь понятно, почему в Америке столько банкротств, — пробормотала Зен, откидываясь на плюшевые подушки.

По Манхэттену пробирались медленно. Повизгивали шины, выли клаксоны. Наконец остановились перед фасадом «Олимпик Лтд», умудрившись помять при парковке чей-то «мерседес».

Шофер открыл Зен дверцу автомобиля, не обращая внимания на потрясающего кулаками водителя «мерседеса».

Зен, в свою очередь, также не обратила на него внимания. Девушка только собралась объяснить охраннику, кто она, как он поклонился и проводил ее к лифту.

— Мистер Аристидис справляется о вас по телефону каждые пятнадцать минут в течение последнего часа, — пояснил охранник с бруклинским акцентом. — Я работаю у босса уже несколько лет и не помню, чтобы он когда-либо был в таком смятении из-за женщины. — Он улыбнулся Зен, когда она вошла в лифт. — Просто нажмите кнопку и попадете прямо в офис.

У Зен засосало под ложечкой от скоростного подъема.

Когда двери открылись, ее уже ожидал Дэймон. Он заключил любимую в объятия. Губы жениха коснулись ее губ. Она сразу же почувствовала слабость, голова закружилась. Все мысли и ощущения сосредоточились на Дэймоне.

— Люди увидят, — еле выдавила она, стараясь не закрывать глаза.

— Дорогая, ты в моем личном кабинете, — объявил Дэймон, увлекая Зен к дивану и сажая к себе на колени. — Я думаю о тебе весь день, даже не могу сосредоточиться на работе.

— Сначала дело, — строго заметила Зен, обнимая жениха и прижимаясь головой к его подбородку.