Лайза Хелл - 24 часа без любви

— Люби меня, — всхлипывала Ямина, когда все было кончено. — Слышишь, Люк, никогда не переставай меня любить!

Потом они еще долго лежали обнявшись. Ямина закрыла глаза, и Люк решил, что она спит. Ее голова покоилась у него на груди. Он долго смотрел на нее, затем нежно провел ладонью по ее волосам. Ямина подняла веки и улыбнулась.

В спальне было удивительно тихо, и их охватила сладкая дремота. Проснувшись, они так страстно приветствовали друг друга, как будто не виделись целую вечность. Потом вместе приняли душ. А затем Люк показал ей весь дом и сад. У Ямины постоянно вырывались возгласы удивления. Она бегала туда-сюда, нюхала цветы, пробовала фрукты и пирожные. Люк наблюдал за ней с улыбкой. Ему был приятен восторг девушки.

Шампанское они пили на террасе.

— Согласись, что здесь прекрасно, — просил Люк.

— Так прекрасно, как нигде в мире, любимый.

Вдали лежало море, а между островами ходили маленькие, словно игрушечные, яхты.

— Я думаю, что компьютеры приносят большой доход, — произнесла задумчиво Ямина.

— Да, особенно если ты владелец фирмы.

— У тебя собственная компьютерная фирма? — спросила она ошеломленно.

— Да, в Напа-Вэлли.

— В Калифорнии? Я ничего не понимаю, любимый! Ты работаешь в Калифорнии, а живешь в Вашингтоне? Это же неудобно. К примеру, между Вашингтоном и Сан-Франциско три тысячи миль.

— Я работал в Калифорнии, — весело ответил Люк. — Но потом я передал компьютерную фирму своим сотрудникам и переехал в Вашингтон, чтобы заняться новым делом.

— Не компьютерами?

— Нет, не компьютерами, а пароходами!

— Пароходами? Ты имеешь в виду такие корабли, как «Царица Савская»?

— Я имею в виду «Царицу Савскую»!

— Ты имеешь в виду… — проговорила она в замешательстве. — Повтори еще раз!

— Я говорю о «Царице Савской», — произнес Люк.

— Ты хочешь сказать, что «Царица Савская» принадлежит тебе?

— Только часть. Я владею долей акций компании «Стар».

— У тебя есть… — Ямина закинула голову и звонко захохотала. Люк подлил ей шампанского и подождал, пока она успокоится.

— У тебя есть… ты говоришь… — наконец с трудом произнесла она. — Ты хочешь сказать, что дядя Генри выгнал судовладельца?

— Да, он сделал именно это, — ухмыльнулся Люк.

— И ты не защищался?

— Нет. Иначе пришлось бы признаться в том, что я хотел тайно кое-что разведать на корабле. А я пообещал судовладельцам остаться инкогнито, так как мы ни в коем случае не хотели сердить твоего дядю.

— Ты так и сделал, дорогой. Но что ты хотел тайно разведать?

Люк рассказал Ямине об анонимном звонке в Вашингтон.

— Я не могу радоваться этому, — призналась она. — Дядя в любом случае узнает обо всем, а это еще одна причина для ворчанья. С другой стороны, — она отпила глоток шампанского, — он будет счастлив, узнав, что мы поженимся. Или это была только шутка?

— Лучше сегодня, чем завтра!

— Ну такой спешки нет, — пробормотала девушка. — Во всяком случае, это успокоит дядю Генри. Ты же хочешь основательно познакомиться с кораблем?

— Да, я хотел посмотреть, как работают крупье.

— И именно тебе пришлось покинуть корабль, не забавно ли это?

— То же самое подумают в Вашингтоне.

— А кто была та девушка в аэропорту? — спросила Ямина безо всякого перехода.

— Какая девушка? — Люк непонимающе смотрел на нее.

— Милая молодая женщина, с которой ты прощался в Вашингтоне.

— Милая молодая женщина? — Люк задумался. — А, ты имеешь в виду Люси?

— Ее зовут Люси?

— Да, если мы думаем об одном и том же человеке. Это Люси, моя секретарша.

— Она, кажется, влюблена в тебя.

— Люси? Не может быть.

— Абсолютно точно. Я разбираюсь в этом. Мне подумалось, что она твоя подруга, и поэтому показалось странным, что ты заговаривал со мной в самолете и пригласил выпить.

— Тут я не виноват.

— Бедняжка! — засмеялась Ямина. И тут она вспомнила о телеграмме, которая лежала в бюро. — Она прислала тебе телеграмму из Вашингтона, — сообщила Ямина. — Подписано: Люси и «Стар»…

— Имеется в виду совет, — перебил ее Люк.

— Дядя послал бы ее тебе, но у него не было адреса.

— А что она хотела?

— Тебе нужно было связаться с ними. Они, кажется, очень беспокоятся о тебе.

— Так и должно быть.

— И ты им не позвонишь?

— Каким образом это сделать без телефона?

— У тебя нет телефона? — не поверила Ямина.

— Нет, и я не хочу проводить телефон! Ты не представляешь, как это приятно, когда никто не может связаться со мной! Все кажется незначительным… замечательное чувство! А вот и Жак. — Люк позвал слугу, который как раз входил на террасу. — Что случилось, Жак?

Слуга вежливо поклонился и спросил:

— Вы поедете куда-то ужинать или я должен что-нибудь приготовить?

— Ужинать? — Ямина вскочила. — Сколько же сейчас времени, ради Бога?

— Шесть часов, мадам!

— Шесть часов? — Ямина побледнела и уставилась на слугу широко раскрытыми глазами.

— Да, мадам, шесть часов.

— Это ужасно! Я обещала дяде Генри вернуться в шесть. — Ямина выглядела очень несчастной. — Что мне теперь делать? Я должна ему позвонить. А как же без телефона?

— Не волнуйся, дорогая. — Люк гладил ее по щеке, пытаясь успокоить. — Но не оторвет же он тебе голову?

— Конечно, нет, но я ведь обещала, — причитала Ямина. — Дядя Генри такой обязательный, такой честный. Он мне этого никогда не простит! Умоляю, пойдем. Сколько тебе нужно времени?

— Час. Если ехать как сумасшедший, то, может быть, сорок минут.

— Так поезжай как сумасшедший! — умоляла Ямина. — «Савская» выходит в море в семь часов, вдруг мы еще успеем.

Девушка помчалась в дом и потянула его за собой.

— Я только возьму мою сумку. Заводи машину!

Люк охотно удержал бы ее, но Ямина была столь решительна, что он даже и не пытался.

В спальне она схватила свою сумку и на мгновение задержалась. «А что, если сейчас просто завалиться на кровать?» Искушение было огромно. Нет, она не имеет права огорчать дядю Генри. Девушка помчалась вниз по лестнице, вскочила в машину, и Люк тронулся в путь.

По дороге они почти не разговаривали. Люк с головокружительной скоростью брал повороты, а Ямина, как загипнотизированная, смотрела на свои часы.

— Когда мы снова увидимся? — спросил печально Люк. — Завтра на Антигуа?

Внезапно Ямина осознала, насколько она эгоистична. Она заставила Люка торопиться, думала только о своих проблемах с дядей Генри и даже не заметила, как расстроен возлюбленный ее поспешным отъездом.