Глэдис Гринуэй - Свое гнездышко

Вскоре разговор стал общим.

— Нам с Джиллиан нравятся одни и те же книги, — сообщил нам Брайан. — Но воспринимаем мы их по-разному. Хотя довольно необычно, чтобы молодая красивая девушка так много читала.

Джиллиан покраснела до корней волос.

— Я много читаю, потому что больше ничего не умею делать.

— Но чтобы читать и понимать прочитанное, нужно немало ума, — возразил Брайан.

Джиллиан была смущена, но было видно, что ей очень приятно. Наверное, нелегко быть такой красавицей, вдруг подумала я. Мужчины воспринимают только внешность и считают, что раз есть красота, то ум ни к чему. Дэвид гордо улыбнулся, словно похвалили его любимого ребенка.

— Да, Джиллиан очень умная девочка. Я постоянно твержу, что ей надо учиться. Просто жаль, что она тратит здесь попусту время.

Джиллиан пробормотала что-то насчет того, что не может сосчитать, сколько будет дважды два. Дэвид на это радостно усмехнулся и заявил, что сам не может сложить два и два, зато не говорит так бегло по-французски, как она. И прибавил, что жаль не использовать такой природный талант к языкам.

Так открылась еще одна тайна. Значит, Джиллиан знает языки, но почему-то предпочитает жить в деревне? Интересно, известно ли Джонатану об этих ее скрытых талантах? Было трогательно видеть, как Джиллиан расцвела от похвал Дэвида. Пару раз она покосилась в сторону Джонатана, словно надеясь, что тот тоже что-нибудь скажет, но он лишь дружески ей улыбнулся.

Когда мы собирались уходить, Дэвид спросил:

— Лиз, так наше свидание на завтра остается в силе? Я подумал, что, если не будет дождя, тебе захочется порисовать.

— А если пойдет дождь — будет прекрасный предлог побездельничать. — Я старалась не смотреть ни на Джонатана, ни на Джиллиан. Что я делаю в мое свободное время, никого не касается.

— Тогда мы с Бертом заедем за тобой в одиннадцать.

Тетя Хетти была заинтригована моим эскизом будущего убранства гостиной, и наутро мы с ней отправились в подвал посмотреть портьеры, которые я обнаружила в сундуке. Она заявила, что, если удастся на самом деле оформить гостиную в таком стиле, это наверняка произведет благоприятное впечатление на родителей будущих учеников. Впрочем, она так и не сказала, что решила по поводу предложения Стэнли.

— Нам с тобой и Гленн надо будет обсудить всерьез, что делать дальше. Если мы надумаем остаться здесь, прежде всего необходимо будет переделать старую часть дома, включая подвалы. Кстати, здесь можно устроить библиотеку.

Разговор шел в подвале; я прислушивалась, но не различала даже отдаленного шума океана. Был отлив, и волны уже не разбивались о гранитные скалы побережья.

Дэвид с Бертом явились точно в одиннадцать, минута в минуту. Я села в машину, нагнулась и поцеловала Дэвида в щеку — сердце у меня перевернулось. В Дэвиде было какое-то величие. Конечно, он не вызывал у меня таких бурных эмоций, как Джонатан. Это было нечто совсем другое, но я знала наверняка, что, куда бы ни уехала и что бы потом ни произошло в моей жизни, я никогда не смогу его забыть. Не то чтобы я хотела всегда быть с ним, стать спутницей его жизни — нет, ничего подобного. Просто он как будто излучал тепло, какое-то лучезарное сияние. Мне так хотелось, чтобы он был счастлив, чтобы получал радость от жизни.

Мы почти доехали до Пензанса, когда снова принялся моросить мелкий дождь. Переглянувшись, мы с Дэвидом рассмеялись.

— Да, ты угадала — тебе так или иначе не пришлось бы работать. Берт, поставь машину в самом красивом месте, какое увидишь, — чтобы был виден океан, и позаботься о еде. Найди место, где можно поставить мое кресло. Не буду пытаться идти сам — чтобы не смущать людей. Все же зрелище не из приятных.

Рядом с Бертом на переднем сиденье лежал складной стульчик.

Берт вышел из машины, а мы с Дэвидом то болтали, то просто сидели молча, как старые друзья. Было тепло и безветренно, дождик уютно стучал по машине. Мы открыли окна и с удовольствием вдохнули влажный пахучий воздух. Наверное, я первая заговорила о Джиллиан, хотя точно не помню. Несмотря на все загадки нашего дома и его подвалов, несмотря на мое растущее увлечение Джонатаном и упрямство Дункана Стэнли, эта девочка не выходила из моей головы. Она была для меня загадкой. То, как она отозвалась на внимание Брайана к ее увлечению книгами, стало для меня откровением. Недовольное выражение сошло с ее лица, и я неожиданно поняла, что с ней может быть очень интересно. У нее был свой мир, хотя при этом она бродила одна, ни с кем не общалась и дичилась в обществе. Мне показалось, что у нее вообще нет друзей в деревне. Я никогда не видела ее ни с кем, кроме Джонатана. Неужели она совсем никуда не ходит — только в гости к Дэвиду?

— У нее правда есть способности к языкам или ты просто хотел подбодрить ее?

— И то и другое, но она действительно легко осваивает языки. У нее хороший слух, ей легко дается произношение. Когда я с ней познакомился, мы с Бертом снимали комнаты в «Голове короля» — в то время мое бунгало только строилось. Иногда она так мило шутила, изображая разные акценты, что я смеялся до колик в животе. Наверное, Джиллиан специально хотела меня развеселить, потому что тогда я был в ужасном моральном состоянии. А она как раз бросила коммерческий колледж и вернулась в деревню, у нее было время обратить внимание на беспомощного калеку…

— И она махнула рукой на свое образование? Решила бросить колледж и сидеть дома? — Меня раздражали такие люди. — Ведь Джиллиан могла бы неплохо устроиться на работу со знанием иностранных языков.

— Да, я пытался ее в этом убедить, но она, глупенькая, считает, что у нее ничего не получится. Решила остаться здесь навсегда.

— Что ж, это естественно — если учесть, что тут живет мужчина ее мечты.

Дэвид промолчал. Я смотрела вдаль — океан отсвечивал под дождем маслянистым блеском.

— Это всего лишь первая влюбленность — наивное полудетское увлечение, которое быстро проходит. Надеюсь, в скором времени Джиллиан поймет это и попытается как-то иначе устроить свою жизнь. Ей надо бывать в обществе, где она могла бы встретить других молодых людей, вращаться, излечиться от неуверенности в себе.

Вернулся Берт и сел на водительское сиденье.

— Нашел небольшой симпатичный ресторанчик, где мы можем перекусить. Я попросил их передвинуть столы, чтобы могло проехать кресло.

Когда Берт завел машину, я вдруг почувствовала, что злюсь на Дэвида и на его чрезмерную деликатность. Почему он так боится смутить окружающих?

— Знаешь, Дэвид, временами ты просто выводишь меня из себя. Я уверена, что если бы даже какая-то женщина полюбила тебя, ты отказал бы ей в праве на счастье — только потому, что она, видите ли, жертвует собой ради тебя. В чем-то ты очень великодушен, а в чем-то — отвратительно мелочен. В глубине души я даже начинаю подозревать, что тебе нравится роль счастливого мученика.