Глэдис Гринуэй - Свое гнездышко

— Нет, Лиз, ты не права. Никто не имеет права ставить другого человека в такое положение, чтобы он чувствовал себя обязанным перед тобой по гроб жизни. Этого надо избегать всеми силами. Кстати, я очень рад, что не был женат до аварии. Для любой женщины это была бы невыносимая ситуация.

— Такое отношение мне кажется несправедливым и очень глупым.

— Лиз, как ты строга! — усмехнулся Дэвид. — Мужчине трудно будет с тобой справиться и отстаивать свое мнение.

Глава 8

Когда я вернулась домой, в гостях у нас были Джонатан и Брайан.

— Хорошо прошел день? — приветствовал меня широкой улыбкой Джонатан.

— Да, спасибо. День был чудесный, похоже, солнечная погода продержится какое-то время. Завтра мне надо будет наконец поработать.

— А сегодня не удалось?

— Нет, сегодня весь день прошел в великолепном безделье. Дэвид как-то так на меня действует, что не хочется ничего делать. Хочется просто беспечно наслаждаться его обществом.

— Да, он отличный парень. Хотя, по правде говоря, ему нужно жениться и завести семью. Он так много способен дать.

Я была поражена: Джонатан говорил так, словно прочитал мои мысли.

— А где ты завтра планируешь писать? — спросила меня тетя Хетти, поднимая глаза от своего вязанья.

— Я еще не решила, но надо будет поискать какое-нибудь местечко.

— А давай поедем завтра на пикник. Все-таки у Гленн и Брайана отпуск. Они так мало знают Корнуолл, почти ничего здесь не видели. Мы могли бы съездить в Тинтагель. А пока ты будешь писать акварели, мы пойдем погулять по Камелфорду. Завтра как будто обещали солнечную погоду.

Если бы это предложил кто-нибудь другой, а не моя тетя, я постаралась бы отказалась под любым предлогом. Мне хотелось побыть одной, обдумать все, что накопилось за последнее время, однако не принять ее приглашение было бы невежливо. Мы договорились отправиться утром пораньше, и даже Мэри не стала говорить, что у нее дела по дому, а с удовольствием согласилась поехать с нами. Я уснула сразу же, как только голова моя коснулась подушки.

Видимо, пару часов я проспала, как ночной сторож, и вдруг проснулась. Было два часа ночи. Некоторое время я лежала не шевелясь, и могу поклясться — уши у меня вытянулись в длину, но я не слышала ни звука. Бог знает что на меня нашло, но я выбралась из постели и завернулась в халат, но тапочки надевать не стала. Я пошла на кухню и первым делом подошла к кладовке. В прошлый раз подозрительный звук, будто захлопнулась дверь, доносился оттуда. Сейчас все было тихо. Я решила, что со мной творится что-то неладное. И если бы я не обнаружила случайно дверь сначала закрытой на замок, а потом открытой — можно было бы подумать, что мне все это померещилось. А вдруг тетя Хетти или Мэри спускались сюда и потом просто забыли про это или решили об этом не говорить? Да, так, скорее всего, и было. Вот и ответ. Как же это не пришло мне в голову раньше? Я ведь спускалась в подвал одна и никому об этом не сказала. Вот и они могли поступить точно так же.

В этот момент позади меня раздался какой-то шорох, и я подпрыгнула от неожиданности.

— О, Лиз, прости, не хотела тебя напугать. Мне показалось, что здесь кто-то ходит.

Это была Гленн, и вид у нее был до забавного растерянный.

— Я не могла уснуть и спустилась выпить молока с печеньем. Знаешь, ночами иногда бывают такие приступы голода! — Я усмехнулась и увидела, что она смотрит на мои босые ноги.

— Но странно — как я могла тебя услышать, если ты босиком?

— Наверное, от сквозняка дверь слишком громко хлопнула. Хочешь молока?

— А там хватит на двоих?

— Конечно! Тетя Хетти всегда держит большой запас молока. Она считает, что оно мне полезно. Говорит, что я слишком худая и мне надо набирать вес. — Я болтала без умолку, только чтобы что-нибудь говорить. Значит, Гленн тоже что-то слышала? Но что? Я не хотела ее спрашивать. Нет смысла делиться с ней моими подозрениями, иначе она станет такой же нервной, как я. Одной подозрительной сумасшедшей в доме более чем достаточно. Я уже убедила себя, что на самом деле, видимо, дверь отперла либо Мэри, либо тетя Хетти, а потом они ее заперли и забыли об этом. Так что ничего удивительного или загадочного в этом нет. И все же я была рада, что Гленн спустилась ко мне в кухню. С ней было как-то спокойнее.

Мы выпили молоко и пошли спать. И все же я еще долго ворочалась, размышляя. Этот дом все же слишком большой, и чем скорее его наполнят веселые шумные ребятишки — тем лучше. И хорошо еще, что я никому не рассказала о моих подозрениях. Можно представить, как глупо я бы тогда выглядела! Воображаю, как хмыкнула бы на это тетя! Нет, вряд ли она спускалась одна в подвал — иначе знала бы, что там есть электрическое освещение. Значит, это была Мэри. «Перестань, наконец, вспоминать про все эти запертые и незапертые двери!» — рассердилась я на себя и принялась думать про Бейтса, про то, как видела его в машине со Стэнли, который так настойчиво хочет купить наш дом, про Трегарта и его незаконную ловлю омаров в нашем заливе, про Джиллиан и Джонатана… Когда я наконец уснула, мне показалось, что будильник прозвонил почти в тот же момент.

Утро выдалось замечательное. Я втайне боялась, что Джиллиан попытается получить приглашение на наш пикник, но опасения мои оказались напрасны. Сказать, что для меня это было облегчением, — все равно что ничего не сказать. Целый день видеть эти огромные несчастные глаза — на это у меня не было сил. Я и так была выбита из колеи бессонной ночью, однако твердо решила насладиться праздником. Солнце ярко светило, с разных сторон слышались радостные голоса детей, и я радовалась, что никому ничего не рассказала про свои ночные страхи и подозрения. Сейчас все это казалось глупым. Скорее всего, я придавала значение пустякам, которые ровным счетом ничего не значили. Даже то, что я видела Бейтса в машине со Стэнли, тоже еще ни о чем не говорит. Бейтс, правда, солгал, но что в этом такого? Может быть, он просто не хотел, чтобы все знали, что ему известно о намерении Стэнли купить дом?

Мы осмотрели в Тинтагеле все, что было можно. Гленн пришла в восторг от всего увиденного. Но после плотного обеда на меня навалилась бессонная ночь — глаза у меня начали слипаться. Я надеялась, что, когда остальные уедут в Камелфорд, мне удастся немного вздремнуть. Я поставила мольберт возле входа в замок, так что через ворота был виден океан, предоставив остальным собирать корзины с остатками обеда. Когда все было убрано и отнесено в машины, я с облегчением вздохнула. Наконец все уехали. Я надеялась найти какой-нибудь тихий уголок, чтобы подремать.