Мэри Уистлер - Две невесты

— Роза, вы не думаете, что две недели знакомства — довольно короткое время, чтобы узнать человека и обручиться с ним?

Розе очень хотелось признаться ему, что в этом обручении не было ни капли серьезности, но она дала слово и не могла его нарушить.

— Нет, не думаю.

— Но вы его едва знаете. — Картер бросил еще один взгляд в конец комнаты, где Гай и Кармелла все еще были поглощены беседой. — По-моему, то, что вы узнали о Уокфорде, не вызывает к нему особого доверия, разве не так? Он был на грани женитьбы, и... один удар по голове полностью изменил все его планы!

Девушка внезапно возмутилась.

— Но вы не можете осуждать его за это! — запротестовала она. — Это была не его вина. Такое может случиться с каждым.

— Может ли? — Легкое сомнение в тоне Картера заставило Розу покраснеть. Она чувствовала, что не сможет реабилитировать Гая, хотя страстно этого хотела. — Лично мне потребовался бы более сильный удар по голове, чтобы он смог повлиять на мои серьезно выстроенные планы.

Роза отвернулась к окну, намеренно отводя взгляд от другого конца комнаты.

— Вы отдаете себе отчет, что Уокфорд — миллионер? — тихо спросил доктор, вновь притягивая ее внимание к себе.

На этот раз она негодующе вскинула голову:

— Это никак не связано с моим... с моим обещанием выйти за него!

— Конечно нет, Роза, — мягко согласился он. — Но тем не менее это многое может значить для такой юной женщины, как вы. Я хочу сказать, что богатый муж — ценный вклад. Другие женщины думают так же... о Гае... — Его взгляд намеренно переместился к грациозной фигурке, затянутой в серебристую парчу.

Роза почувствовала, как кровь забилась у нее в висках.

— Тогда почему же она бросила его? — спросила Роза сдавленным голосом.

Доктор Картер пожал плечами:

— Трудно объяснить прихоти женщины... особенно женщины определенного типа. Но она вернулась назад, не так ли? И сегодня вечером прекрасно вписалась в картину.

— Гай не слабовольный, — заявила Роза, чувствуя необходимость защитить его. — Он ее сюда не приглашал.

— Но она здесь, и вы скоро обнаружите, насколько трудно выбить ее с этой позиции, пока не уступите ее собственным планам. Она, по-моему, полна решимости погубить ваши свадебные замыслы. Вы действительно стремитесь выйти замуж как можно скорее?

— Я... — Роза затруднилась с ответом. — Я... не думала об этом... мы еще не обсуждали...

— Но миссис Кавендиш с удовольствием уже все планирует!

— Да. Она хочет, чтобы мы отправились в Париж, и предложила мне остановиться в ее доме.

— Это ее стратегия, — пояснил Картер и тут увидел, что к ним направляется Гай.

— Вы двое, видимо, о многом успели поговорить, — заметил Уокфорд, окидывая их обоих настороженным взглядом. — Но в этой части комнаты холодно. — Он обнял Розу за плечи, и в его прикосновении было что-то собственническое. — Пойдем к огню, моя дорогая, пока ты не подхватила простуду. Я удивлен, что доктор держит тебя на сквозняке.

— Но из этого окна восхитительный вид на море, — почти учтиво возразил Брюс Картер.

Гай взглянул на него, как будто увидел в первый раз.

— И луна! — с неприкрытой насмешкой крикнула от камина Кармелла. — Когда тебя начинают интересовать различные фазы луны, это многозначительный признак!

Следующие несколько дней миссис Кавендиш только и говорила, что о Париже и о вещах, которые они там купят, снуя туда-сюда между «Выбором Трегони» и своим коттеджем на краю крутой скалы, который пыталась привести в относительный порядок. Роза, как могла, помогала ей, миссис Бивс стирала занавески и чехлы с диванов. Гай по какой-то причине наотрез отказался даже приближаться к коттеджу. Когда Роза простодушно заметила, что он должен посмотреть этот очаровательный дом и одобрить их старания, Кармелла как-то странно взглянула на нее из-под своих белых век и вульгарно накрашенных ресниц.

— Он видел его, — объяснила она. — Мы часто устраивали там пикники, правда, Гай?

— Да, — отрезал он.

— А однажды в очень бурную штормовую ночь, когда не было никакой возможности без риска спуститься со скалы на машине, мы провели там несколько часов, ожидая, что нас в любой момент смоет прямо в Атлантический океан! Ты помнишь, Гай, как нам было тогда уютно? — А поскольку он ничего не ответил, Кармелла продолжила: — Мы поддерживали огонь в камине, я принесла свой матрац в гостиную, а ты сидел рядом в кресле до самого рассвета. Затем, когда ветер стих, мы вернулись сюда, в «Выбор Трегони», и миссис Бивс приготовила нам восхитительный завтрак! — Глаза Кармеллы сверкали от воспоминаний, рот томно приоткрылся. Потуже затянув поясок шерстяного бледно-лилового платья, не скрывающего ни одного изгиба ее грациозной фигуры, она бросилась на свою любимую кушетку и теперь смотрела на Гая снизу вверх, как будто желая заставить его вспомнить каждую деталь той ночи. — Бекон, яичница и грибы! — прожурчала она. — Что за ночь и что за завтрак!

— Я съел достаточно других восхитительных завтраков с тех пор, — хмуро заметил Гай.

Розе показалось, что он не может оторвать взгляда от фигуры на кушетке. Она тихо попятилась, и Гай, повернувшись, требовательно приказал:

— Вернись, Роза! Я не возражаю, что ты помогаешь Кармелле в ее коттедже, но не хочу, чтобы ты постоянно исчезала!

Действительно, в последнее время у Розы вошло в привычку оставлять их наедине. Она выдумывала любой предлог, чтобы сделать это, особенно после того, как Кармелла вынудила Гая уступить ей апартаменты его бабушки, где красовалась ее собственная фотография.

— Оставь ее, Гай! — бесцеремонно вмешалась вдовушка. — Даже самая влюбленная молодая женщина хочет иметь немного свободы и время от времени желает побыть одна!

Но глаза Уокфорда раздраженно сверкали, когда он повернулся к ней:

— Я не желаю, чтобы Роза чувствовала себя лишней и постоянно оставляла нас наедине! Даже ради старой памяти о былых временах!

Кармелла грациозно потянулась на кушетке и томно посмотрела на него:

— А что она знает о наших «былых временах»? И знает ли она все? Роза знает, как отчаянно мы были влюблены друг в друга? Или как ты грозился покончить с собой, когда мы расставались? Я благодарю Бога, конечно, что ты этого не сделал, дорогой! Но ты угрожал, ведь так? — лениво улыбнулась она.

— Угрожал, — холодно подтвердил Гай.

— А Роза знает это?

— Она знает достаточно, — сквозь зубы процедил он, — но твои бесконечные косвенные намеки вынуждают ее фантазировать бог знает что!

— О, дорогой, на это не требуется большого воображения, не так ли? Каждый раз, когда ты смотришь на меня, ты заново переживаешь прошлое. А Роза очень умная молодая женщина.