Мэри Уистлер - Две невесты

— Бедняжка! — прожурчала Кармелла и, подойдя к Гаю, нежно прикоснулась к пластырю, который по-прежнему белел над его правым глазом. — Все еще болит? — спросила она. — Дурно было с моей стороны так дразнить тебя, когда ты почти побывал на войне. А Брюс никогда никого не предает. Он не тот тип! Вот почему я хочу, чтобы ты пригласил его на ужин... Всего лишь благородный жест... потому что я здесь и потому что мы были с ним довольно близкими друзьями. Я повторяю: друзьями! — сделала она ударение.

Гай смотрел на нее с утомленным цинизмом.

— Интересно, имела ли ты когда-нибудь в своей жизни друзей мужчин, Кармелла? — произнес он, как будто обдумывая эту возможность в уме, и вдруг обнаружил, что трудно прийти к какому-то выводу самому.

Она улыбнулась медленной соблазнительной улыбкой.

— Я была очень дружна с Роджером, моим мужем. Мы были с ним очень хорошими друзьями. И было время, когда мы с тобой тоже были очень дружны, Гай! Ты помнишь?

Но Гай отвернулся, а она направилась к телефону и позвонила доктору. Он ответил, что будет рад поужинать в «Выборе Трегони»

Брюс Картер прибыл вечером, одетый в элегантный смокинг, и, хотя взгляд его задержался на Кармелле, восхитительно выглядевшей в вечернем платье из серебристой парчи, слишком изысканном для такого случая, но отменно подчеркивающем все изящные линии ее грациозной фигуры, окончательно он остановился на Розе.

У девушки было только одно темно-синее платье, чтобы переодеться к вечеру, но темный цвет привлекал внимание к чистоте ее кожи и мягкому блеску волос, которыми можно было любоваться в любое время, что бы она ни надела. Красивые карие глаза под слегка подкрашенными ресницами удивляли спокойствием, и для такого мужчины, как Брюс Картер, это спокойствие было особенно привлекательным.

Он считал, что Розу нечестно использовал мужчина, который теперь выступал в роли хозяина, принимающего гостей. Не имей Брюс симпатии к Уокфорду из-за несчастного эпизода в его жизни, он мог бы быть с ним менее любезен, чем был на самом деле. Но они оба пострадали в том же пожаре, и оба с трудом оправились от воздействия его сжигающего пламени, и это общее испытание связало их незримыми узами. Доктор мог презирать Гая Уокфорда, но не мог полностью его осуждать.

Однако он не был готов услышать, что Гай Уокфорд и стройная юная девушка со спокойными карими глазами, которые так пленили его, помолвлены и собираются скоро пожениться.

— Вот, кстати, и отпразднуем, — заметила Кармелла с вечно сладкой насмешкой в голосе, когда разлили спиртное. — Гай и мисс Арден собираются пожениться! А я буду следить за всеми приготовлениями к свадьбе. И мы сейчас немедленно выберем для нее место!

Брюс Картер изумленно посмотрел на нее.

— Париж! — заявила вдова. — Это моя идея, не думаешь, что она превосходная?

— Почему Париж? — спросил доктор, оправившись от удивления.

Кармелла с притворным недоумением посмотрела на него из-под длинных ресниц.

— Почему нет? Париж — особое переживание в жизни любой молодой женщины. Как я поняла, наша маленькая Роза никогда там не была. Ее можно назвать йоркширской розой... — Склонив голову набок, она с улыбочкой принялась рассматривать девушку. — Кроме того, следует учесть и неприятную рекламу, которую сделал себе Гай совсем недавно...

— Понятно, — коротко отозвался доктор и отвернулся. Сделав глоток вина, он посмотрел на Розу, и в его глазах появилось что-то похожее на разочарование.

Интересно, подумала девушка, поверил ли он, что она на самом деле выходит за Гая, и не имеет ли его разочарование какую-то личную причину?

Ужин прошел довольно приятно, потом они перешли пить кофе в библиотеку. За столом хозяйничала Кармелла. Прекрасная вдовушка так красиво наполняла благоухающим напитком тонкие чашки, что Роза подумала: как жаль, что Кармелла бросила Гая шесть лет назад! А сейчас, что бы ни случилось, он уже никогда не сможет ей поверить так, как верил тогда, и ничто уже не сотрет горечь этих лет без нее. Гай, вероятно, очень сильно страдал, когда она вышла замуж за другого, потому что даже сейчас смотрел на нее глазами, в которых таилась боль воспоминаний. А тот факт, что Кармелла теперь вдова и готова повиснуть у него на шее, должно быть, втайне возбуждал его, пусть даже он и пытался убедить Розу, будто все давно прошло. Тлеющий огонь легко возродить к жизни! Роза настолько была в этом уверена, что ощущала легкую тошноту, наблюдая, как Кармелла нагло использует весь арсенал своих средств, чтобы вновь пленить Уокфорда...

— Пойдемте полюбуемся луной, — внезапно тихо предложил Розе доктор Картер, в то время как другая пара продолжала оживленную дискуссию, предложенную Кармеллой, о перестройке «Выбора Трегони». Скажи Гай лишь слово — и вдовушка была готова заняться декорированием дома хоть сегодня, называя себя признанным экспертом в таких делах.

— Вот! — воскликнул Брюс Картер, раздвинув шторы в дальнем конце комнаты, и перед Розой раскинулось залитое серебристым светом море. Молодая луна казалась брошью, приколотой к бархату неба. — Пейзаж, который никогда не терпит неудачи и ускоряет пульс, правда?

— Да, — согласилась она. Брюс взглянул на девушку.

— Вы должны загадать желание, — посоветовал он. — Или вам уже нечего больше желать?

Роза вцепилась в портьеру, руки ее дрожали, глаза были почти слепы, когда она смотрела на изящный серп луны, парящей над водной гладью.

— Всегда есть что желать, правда? — с трудом вымолвила она.

— Но не тогда, когда вы только что обручились... или я не должен этого говорить? Сам я никогда еще не обручался, так что не могу судить об обуревающих вас чувствах. — Несколько минут царила тишина, затем он спокойно спросил: — Могу я звать вас Розой?

— Конечно. — Откинув назад белокурую головку, она посмотрела на него. Выражение его карих глаз оказалось на удивление теплым и дружеским. — Я тоже этого хочу.

— Тогда, Роза, я хотел бы удостовериться в одном моменте, если вы позволите. Вы действительно не имеете никакого отношения к тому, что Уокфорд бросил ту девушку? Мисс Вейзи, так, кажется, ее зовут?

— Я тогда даже не знала Гая, — призналась она.

— Нет? Тогда как?..

Они оба оглянулись на пару, продолжающую что-то оживленно обсуждать, не замечая ничего вокруг, и Роза рассказала доктору всю правду о своей первой встрече с миллионером-женихом и об их долгой дороге через ночь к уединенному «Выбору Трегони». Не взваливая вины на Уокфорда, она неосознанно выдала свою непреодолимую симпатию к нему.

Картер задумчиво смотрел на девушку. В ее прекрасных глазах не было ни лжи, ни лукавства.