Арнетта Лэм - Герольд короля Шотландии

В темнице тускло горела свеча, а Элизабет и Рандольф, соблюдая меры предосторожности, тихо переговаривались.

— Сегодня кто-нибудь заглядывал сюда? — спросила она.

— Нет, только вы — мой ангел и опекун, — ответил Рандольф, и Элизабет услышала в его словах злую иронию.

— Что с вами, Рандольф? — участливо спросила она.

— Со мной все в порядке, если не считать того, что я нахожусь в темнице. — Опять в его голосе прозвучали недобрые нотки.

Элизабет не понимала, почему он так странно себя ведет. Она ожидала слов благодарности, одобрения, любви наконец, а Рандольф лишь принимает ее помощь и разговаривает с ней как с чужим человеком!

— Рандольф, нужно надеяться на лучшее, — сказала Элизабет примирительным тоном. — Меня обижает ваша грубость. Если вы достаточно окрепли, то завтра утром мы можем бежать. Все необходимые приготовления я уже сделала.

Рандольф ничего не ответил. В глубине души Элизабет понимала причину такого поведения. Его, гордого и отважного воина, бросили в темницу, и теперь он вынужден униженно просить помощи у женщины и подчиняться ей!

На следующий день все было готово к побегу.

Рано утром сестра мальчика-конюха тайком передала Элизабет продукты и теплые вещи, а сам он снарядил лошадей для долгого пути. Элизабет незаметно выскользнула из замка и побежала в темницу, сжимая в руке найденный ключ.

Освободившись от железных оков, Макквин пристально и недобро взглянул на нее и сказал:

— Когда же Дуглас дал вам ключ?

Элизабет в недоумении посмотрела на него. За время пленения его лицо обросло густой темной бородой, а в глазах появился лихорадочный блеск. Ей очень хотелось спросить Макквина, не потерял ли он мощи святого Колумбы, но сдержалась и лишь молча протянула ему одежду — теплую накидку.

Рандольф набросил ее на плечи.

— Черт бы побрал эту темницу… — процедил он сквозь зубы.

Элизабет все еще надеялась услышать от Рандольфа слова признательности, но он с силой сжал ее руку и молча повел за собой по каменным ступеням наверх.

Около двери он обернулся и спросил:

— Каким путем лучше идти дальше?

Элизабет решила, что сейчас не время выяснять отношения, и коротко ответила:

— Через кладовую и во двор.

Стараясь двигаться бесшумно и держаться в тени, они добрались до конюшни, где их уже ожидал мальчик-конюх с лошадьми.

Он с любопытством оглядел с головы до ног Макквина и сказал:

— Все готово, мой лорд. — И, немного помолчав, пробормотал:

— Ну и вид у вас!

Рандольф взял поводья и сказал Элизабет:

— Я поскачу на жеребце.

Элизабет дала мальчику несколько монет.

— Спасибо тебе. Если у тебя вдруг возникнут неприятности или кто-нибудь заподозрит, что ты нам помог, сразу же скачи к Драммонду Макквину в башню Фэрхоуп. Там ты найдешь убежище и приют.

Мальчик согласно кивнул головой и с опаской и любопытством снова взглянул на Рандольфа, который уже выходил из конюшни.

— Элизабет, если вы едете со мной, то седлайте лошадь скорее, — нетерпеливо проговорил Макквин.

Элизабет с недоумением посмотрела на него, но ничего не ответила и подошла к лошади. Требовать в такую минуту от Рандольфа объяснений и укорять его за черствое поведение ей казалось непростительной ошибкой.

Люди Дугласа в любой момент могут обнаружить опустевшую темницу и пуститься вслед за беглецами.

Элизабет и Рандольф быстро вывели лошадей из конюшни и, оседлав их, помчались в сторону морского залива, ежась от пронизывающего, холодного декабрьского ветра.

Ред Дуглас слишком поздно узнал о дерзком побеге пленника, и его воинам не удалось ни обнаружить, ни догнать вождя клана Макквинов и герольда короля Брюса.

Корабль «Морской волк» стоял на якоре в заливе.

Рандольф и Элизабет, добравшись до него, облегченно вздохнули и остановили взмыленных лошадей. К удивлению Элизабет, Макквин даже не взглянул на нее, а сразу позвал своего помощника. Когда тот появился и подали трап, Рандольф слез с лошади и, подойдя к Элизабет, грубо схватил ее за талию и почти насильно вытащил из седла.

— Все еще носите свой пояс верности? — сквозь зубы процедил он.

Элизабет Гордон с негодованием оттолкнула руку Рандольфа.

— Что с вами? — воскликнула она. — Почему вы так грубо себя ведете?

Рандольф ничего не ответил и тут же обратился к помощнику:

— Займись лошадьми и готовь корабль к отплытию в Элгин. Мы должны попасть туда до Рождества.

— Хорошо, Рандольф.

— Нагрей для меня горячей воды и найди какой-нибудь инструмент, которым можно пилить золото.

Услышав слова Макквина, Элизабет отшатнулась и замерла на месте. Ей казалось, что Рандольф Макквин тронулся рассудком: его взгляд блуждал, а внешний вид — порванная одежда и взлохмаченные волосы — был устрашающим.

Капитан схватил ее за руку и почти силой потащил на корабль.

— Моя каюта находится около сходного трапа, — бросил он. — Идите туда. Надеюсь, у вас хватит ума не пытаться сбежать.

— Почему вы мне приказываете? — возмутилась Элизабет и попыталась оттолкнуть Макквина.

В его глазах она увидела ярость. Он еще крепче сжал ее руку, довел до своей каюты, почти силой втолкнул в нее и запер дверь снаружи на ключ.

Макквин прикрыл глаза и прислонился к деревянной перегородке. Он слышал голоса людей своей команды, готовившейся к отплытию, цокот лошадиных копыт, но, казалось, оставался ко всему равнодушным. Только две мысли не оставляли его: он сумел выжить и вырваться из каменной темницы замка Дугласа; вероломная Элизабет Гордон, предавшая его, а в этом Макквин не сомневался, теперь находится у него в руках; ее ожидает суровое наказание.

Рандольф задыхался от ярости. Как он, опытный вождь клана, мог довериться женщине, пусть даже герольду короля? На него предательски напали, избили и бросили в темницу! Очевидно, Элизабет Гордон привезла Реду Дугласу приказ Роберта Брюса, и тот охотно выполнил его. Вдруг Рандольф подумал: почему, собственно, Ред Дуглас послушался приказа шотландского короля, когда он уже давно присягнул на верность английскому монарху и теперь мог не считаться с желаниями и приказами Брюса?

Непонятной представлялась Макквину и позиция самого Роберта Брюса. Отдавая приказ о его пленении, он не мог не понимать, что вожди остальных хайлендзских кланов во главе с Ривасом Макдаффом непременно жестоко отомстят за Рандольфа Макквина. Гражданская война снова придет на землю Шотландии, и, раздираемая внутренними противоречиями, она станет легкой добычей для агрессивных англичан во главе с Эдуардом II Плантагенетом.

Рандольф вдруг понял, что какое-то важное логическое звено в цепи его рассуждений отсутствует. Почему Роберт Брюс вдруг решил предать его? А может быть, Элизабет Гордон действовала по собственной воле или, например, в интересах какого-то неизвестного ему англичанина?