Ева Ратленд - Бухгалтерия чувств

— Магазин? — переспросила Синди. — Я думала, они все потеряли.

— Кроме самого здания. Хотя к этому все шло. Мэгги считает, что это и спровоцировало сердечный приступ… ну, когда Гарри понял, что будет вынужден продать здание. Но Клэю как-то удалось… — Том покрутил в руках трубку, которая в очередной раз погасла. — Он от всего отказался, чтобы спасти отцовский бизнес.

Синди машинально следила за колечками дыма, не пропуская ни слова, пока Том рассказывал ей, как Клэй всеми правдами и неправдами добился ссуды, переоборудовал здание, а затем сдал в аренду другим фирмам — в том числе прачечной самообслуживания, где потом сам и работал. Перед ней предстал совсем иной облик «счастливчика Клэя Кенкейда, тридцатишестилетнего миллионера». Она увидела худющего, работающего на износ студента, который отказался от спорта и развлечений, взяв на себя заботу об отце и его бизнесе.

— На двери кабинета Клэя висела табличка с именем Гарри Кенкейда — крупными такими буквами. Но после приступа Гарри не мог работать полный день, и Клэй пригласил меня. Я назывался заместителем, но, в общем-то, всем руководил. Клэй трудился в поте лица, и все это окупилось. Через пять лет он приобрел еще три фирмы, положив таким образом начало «Кенкейд Энтерпрайзиз». И с тех пор так и не сворачивает со своего пути.

— А эти фирмы… — поинтересовалась Синди. — Полагаю, они обанкротились… или же были на грани?

Том хмыкнул.

— Не стану изображать из себя большого знатока психологии, — сказал он, выбивая трубку в пепельницу, — но впечатление и в самом деле такое, что после несчастья своего отца Клэй не может спокойно видеть, как другие становятся банкротами. У него сердце разрывается, если кому-то приходится закрывать предприятие и выгонять людей на улицу.

«Как в случае с денверским инструментальным», — подумала Синди.

— И, глядя на него, я начинаю верить библейским заповедям типа «возлюби ближнего». — Том вынул из кармана табакерку и принялся вновь набивать трубку. — Видите ли, у Клэя вроде бы на уме милосердие, а не деньги. И при всем при этом он миллионер. Вам не стоит так беспокоиться, Синди. Помните, я как-то сказал вам, что Клэй всегда приземляется благополучно?

Синди все сильнее впадала в задумчивость по мере того, как новый образ Клэя Кенкейда вырисовывался все четче. Ей хотелось бы задать еще очень много вопросов и как можно больше услышать о Клэе. Но она понимала, что достаточно хотя бы произнести вслух его имя, как Том по ее голосу обо всем догадается.

Кое-какие подробности Синди удалось услышать и от Мэгги. Как-то раз они вместе обедали, и Синди, полагаясь на свое хладнокровие, обмолвилась, что Том немного рассказал ей о прежней жизни Клэя.

— Вот как? — испытующе взглянула на нее Мэгги.

— Ну, о том… — Синди ковыряла вилкой в салате, — как он спас отцовский бизнес.

— Он сделал куда больше, — без колебаний заявила Мэгги. — Он спас Гарри жизнь.

— Да-да. Том говорил мне, что мистер Кенкейд был предан бизнесу душой и телом, а Клэй спас магазин и начал с нуля.

— Ах, вот вы о чем. — Мэгги пожала плечами. — Ну, такой результат был неизбежен. Клэй — прирожденный предприниматель. Я имела в виду то, как он поддерживал интерес отца к жизни — консультировался с ним по поводу каждого своего шага, постоянно обращался за помощью. Словно именно Гарри вел все дела, а не Клэй. Но я даже и не это имела в виду. Клэй дал отцу стимул к жизни. И обеспечил наилучший уход и заботу. Готовил для него диетические блюда, переоборудовал тот старый дом, где они жили, — ведь Гарри не мог ходить. Кондиционеры, лифт — абсолютно все для удобства Гарри.

Синди вспомнились небрежные, как бы между прочим, объяснения Клэя. Провел центральное отопление, систему кондиционирования… Научился готовить, потому что отец этого не умел. И ни намека на то, что все это было сделано ради отца.

— Должно быть, он сильно любил его.

— Вы абсолютно правы, — сказала Мэгги. — Клэй не только заботился об отце, он старался проводить с ним как можно больше времени. Гулял вместе с ним, возил на свои игры в гольф. Убедил вернуться на работу. Он подарил Гарри девять лет, а ведь врачи обещали не больше двух. — Мэгги опустила чашку на стол и взглянула на Синди. — И при этом Клэй был страшно занят, стараясь поставить бизнес на ноги. У него практически не было свободного времени, а если и выдавалась минутка, он спешил к отцу. Никаких встреч с девушками или развлечений…

— Ну, полагаю, он теперь наверстывает, — довольно едко заметила Синди.

— Естественно. Он хорош собой, одинок и богат. Женщины на него охотятся. Впрочем, и их винить трудно. — Покачав головой, она рассмеялась. — Я бы и сама за ним побегала, если бы не годилась ему в матери. Клэй Кенкейд — личность необыкновенная.

Синди молчала, в душе понимая справедливость этого замечания. Как и то, что за последние дни узнала о нем очень много.

— Но меня это прямо бесит! — вдруг выпалила Мэгги и отпихнула тарелку. — Все эти женщины… Большинство из них даже не сознают, какой он необыкновенный! Их интересуют лишь его деньги. А Клэй… он… он мужчина!

— Да, — согласилась Синди. Ее развеселила горячность Мэгги.

— Мужчины просто идиоты, Синди, — не унималась Мэгги. — Всякий раз попадаются на ерунду типа «ах, ты такой замечательный!». И даже не догадываются, что у женщины на уме на самом деле. Боюсь, как бы и Клэй не попался на подобную удочку. — Она доверительно наклонилась к Синди: — Клэю нужна особенная женщина — ему под стать. Женщина мягкая, чтобы понимала и любила его по-настоящему, но и сильная, чтобы могла указать на его ошибки. — Мэгги выпрямилась. — Да, будьте добры, — кивнула она официанту, возникшему у их столика со свежим кофе.

Синди дождалась, когда официант вновь наполнил их чашки и отошел, а потом все же не удержалась:

— А он… ну, вы понимаете… у него есть кто-нибудь близкий?

Мэгги задумалась.

— Трудно сказать. Какое-то время казалось, что он увлекся одной учительницей… протеже его сводной сестры. Довольно милая девушка. Но сейчас… сейчас он, похоже, отдает предпочтение Лизе Дэниэлс. Даже в Денвер ее с собой брал, — многозначительно добавила Мэгги.

— О да. Я ее видела. — Сердце у Синди болезненно екнуло при воспоминании о прелестной женщине с копной белокурых волос.

— Разумеется, я не в курсе, насколько серьезен его интерес. Может, он просто возится с ней как… как с одной из своих подопечных.

— О чем вы?

— О благотворительности.

— Я об этом не слышала.

— Неудивительно, но это так. Тому много примеров. Взять хотя бы интернат для трудных подростков, где очень помогли одному из его сводных братьев. Несколько лет этот интернат содержался в основном на средства Клэя.