Шэрон Де Вита - Я тебя никогда не обижу!

На мгновение ему стало не по себе: а правильно ли он поступил, не рассказав ей о Брайане и обстоятельствах его гибели? Он руководствовался благородными намерениями, действительно благородными, но… может быть, таким образом хотел защитить, скорее, себя самого?

Или все-таки ее?

Майкл вздохнул. Наверное, давным-давно следовало рассказать Джоанне, что случилось в тот день, – не ради того, чтобы облегчить душу, а просто потому, что она имела право знать. Но он не мог. Особенно теперь, когда он знает о ее прошлом, об их с Брайаном отношениях перед его гибелью. И еще эти медицинские осложнения… Нет, нельзя ее сейчас волновать.

Он поступил правильно! Нужно только придерживаться этого решения. Самое главное – беречь Джоанну и ребенка.

– Пойдем. Тебе надо устроиться. – Он потянулся за ее чемоданом. – Думаю, нам обоим стоит отдохнуть.

Помогая ей выйти из машины, Майкл поклялся, что, защищая Джоанну, не будет ее соблазнять.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

– Как, опять?! Ты опять выигрываешь?! – возмущенно воскликнул Майкл, ероша волосы. Он уставился на «Монополию» – она была постоянно разложена на игровом столике в его гостиной. На насмешливые взгляды, которые бросала на него Джоанна, он не обращал внимания.

– Да, Майкл, опять. – Джоанна иронично улыбнулась. – И, между прочим, уже в двенадцатый раз за… за две недели, кажется? – Она была очень довольна. С тех пор как Джоанна переехала, Майкл не выиграл ни разу. О, она не позволит ему об этом забыть.

– Да, но у тебя ведь есть преимущество, – простонал он. – Это нечестно!

– И что же, интересно, это за преимущество? – спросила Джоанна с улыбкой, взяв из вазы, стоящей на столе, пригоршню попкорна – низкокалорийного и несоленого.

Она взглянула на попкорн и постаралась не хмуриться. Очередная «идея» Майкла! Сколько их уже было… Квартира просто забита всевозможной здоровой пищей, какую только он ухитрился разыскать, заботясь о ее здоровье.

Их первый поход в бакалею кончился истерикой. Никогда раньше Джоанне не приходилось ходить по магазинам в обществе мужчины. Брайан избегал любого занятия, которое казалось ему «сугубо женским».

В принципе Майкла привлекали чипсы, печенье и пиво. Но ведь Джоанна беременна! Сильно покраснев, он тут же ринулся в противоположном направлении. Выбросив почти все из своей тележки, он по второму разу принялся обходить ряды супермаркета, набивая корзинку всем, что казалось ему «полезным».

Джоанна не могла удержаться от смеха. Кажется, в их тележке были собраны все существующие низкокалорийные и обезжиренные продукты. Вот только, чтобы все это съесть, потребовалась бы, пожалуй, не одна беременность.

– Беременность – это и есть преимущество, – заявил Майкл, все еще разглядывая доску и свою жалкую кучку бумажных денег. – Всем известно, что в беременных женщинах есть нечто особенное. – Он нахмурился. – Ну, особая сила или что-то вроде того. Во всяком случае, когда они играют в настольные игры.

Джоанна рассмеялась: до чего же добродушно он умеет проигрывать! Ее поражало, как быстро они с Майклом притерлись друг к другу и как им вместе весело. Она-то думала, что жить с ним будет тяжело и неудобно, но опасения оказались напрасными.

Только в его доме Джоанна впервые осознала, какой должна быть нормальная жизнь. И вновь ее охватила тоска по тому, чего она всегда была лишена. Раньше она не до конца понимала, чего ей не хватает. Теперь узнала, и это наполнило ее и радостью, и глубокой печалью.

Но она была благодарна Майклу, давшему ей возможность – пусть даже на время – побыть с ним и его семьей. Джоанна постоянно напоминала себе, что все это временно, только до рождения ребенка, пока они оба не окажутся в безопасности. Она просто не могла позволить себе очередное «а если бы…». В детстве она любила мечтать, надеясь и тоскуя по чему-то и кому-то, и всегда это кончалось жестоким разочарованием.

Нет, не стоит мечтать о несбыточном. Это прямая дорога к сердечной боли. Так бывало уже не раз.

Но, Боже мой, почему бы немного не пофантазировать? Порой ночью Джоанна лежала, положив руку на живот, и размышляла о нормальном браке и семье. Ее охватывала тоска – даже не из-за себя, а из-за ребенка. Нелегко примириться, что у малышки не будет настоящей семьи. О, конечно, у нее будет она, Джоанна, но достаточно ли этого?

Салливаны сразу же приняли Джоанну в свой круг, старались, чтобы она чувствовала себя комфортно. Больше всего времени она проводила с Папой, который мог часами развлекать ее своими воспоминаниями об Ирландии.

Когда он бывал занят, компанию ей составляла Мэйв. Каждый день после ленча они отправлялись на прогулку. Что касается Дэнни и Патрика, и даже Кэтти, они относились к Джоанне как… к члену семьи. Ничто не могло сделать ее более счастливой. А возможность каждый вечер выигрывать у Майкла в «Монополию» лишь вносила изюминку в их отношения.

Джоанна, прищурившись, глядела на Майкла. Она едва сдерживала улыбку.

– Майкл, если ты пытаешься сообразить, какими особыми силами обладает женщина, я тебе открою эту тайну. Ничего общего с беременностью она не имеет. – Улыбка озарила ее черты, когда она увидела озадаченное лицо Майкла. – Просто интеллектуально мы выше вас. – Она постучала пальцем по доске. – Особенно если приходится играть с самонадеянной особью мужского пола.

– Удар ниже пояса, – пожаловался Майкл, подсчитывая оставшиеся деньги и обнаруживая, что близок к банкротству. Похоже, Опять проиграл… Майкл вздохнул.

– Так ты покупаешь эту железную дорогу? – поинтересовалась Джоанна, прикладывая руку к спине и разгибаясь. Просто невероятно, как она потолстела за последние две надели! Доктор сказал, что это совершенно нормально, но полнота мешала ходить и спать. – Или будешь продолжать нести чепуху?

– Единственное, что мне остается, – мрачно признался Майкл.

Он взглянул на Джоанну, заметив ее взгляд.

Жизнь с ней за эти две недели научила его обращать внимание на малейшие нюансы. Он чувствовал, когда она устает, испытывает неудобство или просто голодна.

Никогда прежде ему не приходилось жить в одной квартире с женщиной. И поначалу это его немного тревожило, хотя он ни за что бы в этом не признался. Впрочем, волнения оказались напрасны: они с Джоанной прекрасно уживались. В сущности, они идеально подходили друг другу. Во всем, даже тем для разговоров хватало. Забавно, вообще-то он не любил разговаривать с женщинами, разве что с матерью.

Жизнь с Джоанной – он знал, что она здесь по вечерам, когда он возвращается с работы, и по утрам, когда просыпается, – оказалась приятнейшим экспериментом.