Кэролин Зейн - Секрет потерянной туфельки

— Угу, — промычала Элла в знак согласия. Голова ее утонула в пуховых подушках, измученное тело расслабилось. Спать! Так хочется спать! — Да, да, — буркнула она, уже погружаясь в сон. Она поспит. Но совсем немного…

Сколько времени она проспала, Элла не могла сказать. Чуть приоткрыв глаза, она увидела Мака — он сидел в кресле-качалке с Гартом на руках и тихо напевал ему глупую ковбойскую песенку. Он улыбался сынишке с такой нежностью, что у Эллы защемило сердце от полноты чувств.

Крошечное тельце малыша покоилось в больших руках отца. Гарт с довольным видом сосал отцовский мизинец.

— Соси, соси, — приговаривал Мак. — Это, разумеется, не мама, ведь с нашей мамой ничто не может сравниться, правда, малыш?

Гарт, оторвавшись от пальца, вопрошающе взглянул на отца.

— Да, да, ничто и никто, — убежденно кивнул Мак.

Как же Мак похож на Большого Дедди, подумала Элла. Оба души не чают в своих детях. А в том, что Мак обожает своего сынишку, Элла не сомневалась.

— О да, — продолжал развлекать сына Мак. — Я знаю, что ты чувствуешь. Потому как чувствую то же самое к моей маме. К Мисс Клариссе. Она замечательная женщина. И ты полюбишь свою бабушку. Она, разумеется, будет тебя баловать, уж будь уверен. — И тут Мак улыбнулся, и на щеках его появились ямочки, в точности такие, как у его сына.

Мак продолжал качать Гарта, потчуя его рассказами о своем детстве, о том, как обрадуется Большой Дедди, узнав о рождении долгожданного внука, и как он, Мак, встретил Эллу и влюбился в нее. Глаза Эллы застлали слезы — слезы любви, печали и счастья одновременно.

—…и никакая беда тебе будет не страшна, потому что папа очень любит тебя и твою маму. — Мак поднял ребенка с колен, прижал к груди и коснулся губами его лобика.

Элла лежала, стараясь не шевелиться, и жадно внимала словам Мака. Они несколько развеяли ее решимость воспитывать сына одной. Если Мак с такой любовью возится с малышом, подумала она, то не будет ли ошибкой их разлучить?

И на губах ее медленно появилась улыбка. Как он хорошо обращается с мальчиком! Ей и всегда, с первой минуты их знакомства, казалось, что он станет прекрасным отцом. Такой он надежный, понимающий, ласковый, щедрый, даже слишком щедрый. Это и побудило ее выйти за него замуж. А потом уйти от него.

Она с удовольствием наблюдала за отцом и сыном. Именно такие отношения должны быть между родителями и детьми. Глядя, как Мак щекочет Гарту шейку и целует макушку, она с тоской вспомнила своего отца. Как он гордился бы внуком! Безвременная кончина лишила его этого счастья. А вот Большой Дедди жив. И Мисс Кларисса тоже. И они заслуживают того, чтобы узнать о рождении внука.

— Проголодался, должно быть, дружище, — изрек Мак, когда Гарт сморщил личико, собираясь, судя по всему, расплакаться. — Я, представь, тоже.

Гарт в ответ недовольно пискнул.

— Твой дядюшка Клайд, — сообщил Мак, перекладывая младенца себе на плечо и похлопывая по спинке, — уходя, оставил мне ключи от кухни. Там, говорит, еды навалом. Приготовить только надо. А я умею лишь печь оладьи — сегодня, на него глядя, научился. Но как сделать сэндвичи, думаю, соображу. И чипсы тоже. Надо лишь разорвать пакет. Этому я тебя научу — вот только подожди, когда зубы появятся. Как мама проснется, я спущусь на кухню. Идет?

— Я не сплю, — проговорила Элла и приподнялась на постели.

— Привет, мамочка! — воскликнул с нежной улыбкой Мак. — Неплохо поспала?

— Спасибо, что дал мне эту возможность.

Услышав голос матери, Гарт начал хныкать.

— Это было несложно. — Мак подкинул Гарта. — Он, по-моему, хочет есть. А что малыш сухой, сомнений быть не может, я только что его перепеленал.

— Ну да? — Элла усмехнулась, представив себе, что за зрелище это было.

— А как же. Справились своими силами, не так ли, приятель?

Гарт, желая получить свой ужин, закричал что было мочи.

— Если ты его покормишь, — сказал Мак, вставая с кресла-качалки и приближаясь к Элле, — я покормлю нас.

— Сделка выгодная, ничего не скажешь.

С величайшей осторожностью Мак передал своего драгоценного сыночка Элле, расцеловал обоих и пошел к выходу.

— Мак! — окликнула его Элла.

Он остановился, повернулся и с нежностью взглянул на Эллу.

— Что?

— Спасибо тебе. — Глаза Эллы вновь наполнились слезами. Сентиментальная дура, вот кто она такая! Так расчувствоваться из-за того, что он собирается приготовить что-нибудь на ужин! Или от досады, что она не в состоянии сделать это сама? — Не знаю, что бы я без тебя делала, — призналась она.

— Очень хорошо тебя понимаю, — серьезно сказал он, глядя в ее мокрое от слез лицо. — Потому что и сам думаю так же.

Дни пролетали один за другим, Элла и не заметила, как прошла неделя. К ней возвращались силы, чувствовала она себя гораздо лучше, но о проблемах ни она, ни Мак не заговаривали, как ни изводила обоих неопределенность. Тем не менее, это не мешало им быть счастливыми оттого, что они вместе и нянчат своего ребенка.

Маку особенно нравилось купать Гарта, и по утрам Элла ставила таз с водой в кухонную раковину, рядом клала на сушилку полотенца и мыло, а сама, стоя за спиной Мака, наблюдала за тем, как он это проделывает.

— Осторожно, приятель! — крикнул Мак, когда Гарт стал выворачиваться из его рук. — Больно ты скользкий стал.

— Вот, возьми, будет удобнее. — Элла протянула ему салфетку из махровой ткани.

— Спасибо, мамочка, — разулыбался Мак. Он засучил рукава и прикрыл одежду старым передником Клайда. — Наша мамочка прелесть, правда, ведь?

Ребенок в ответ издал какие-то нечленораздельные звуки.

— Правильно, — согласился с ним Мак. — Я и сам так думаю. Очень она у нас симпатичная. И сразу мне приглянулась.

Повернув голову набок, он одарил Эллу таким взглядом, что у нее сильнее забилось сердце и щеки окрасил жаркий румянец.

— Мак!

— В чем дело? — Он с самым невинным видом похлопал ресницами.

— Ребенка постыдись! — пробормотала она, за неимением более подходящего ответа.

— Слышишь, малыш? — захохотал Мак, откидывая голову назад. — Если мне хочется полюбезничать с твоей мамочкой, сначала следует уложить тебя спать.

Гарт смотрел на отца, кривил губки и отчаянно размахивал руками.

— Гляди-ка! — восхитился Мак. — Он улыбается.

Широко раскрытыми глазами Элла напряженно всмотрелась в личико малыша.

— По-моему, ты прав, — сказала она, заражаясь его восторгом. — Врачи говорят, что такие малютки еще не умеют улыбаться, но я им не верю. Смотри, смотри, он улыбается тебе!

— Да, да, улыбается, но не мне, а тебе.