Фиона Худ-Стюарт - Дикая штучка

— Больше всего меня беспокоит, что она еще до конца не восстановилась, — Констанца посмотрела брату в глаза. — Она так бледна, сама на себя не похожа. Боже мой, куда же она уехала?

— Не знаю, — Риккардо провел рукой по волосам. — Может, она в Бразилии?.. Хотя интуиция мне подсказывает, что домой она на этот раз не поедет… Думаю, надо поговорить с персоналом в аэропорту. С этого и начнем.

— Принцесса, какие чувства у вас вызывает фотография вашего мужа, целующего другую женщину, на первых полосах всех газет?

Даже в терминале аэропорта репортеры не давали Габриэле прохода. Как они узнали, что она будет здесь? Габриэла не представляла, куда ей отправиться. Она хотела где-нибудь скрыться, купив билет на самолет в один конец. Но сейчас это желание окончательно стало невыполнимым: весь мир следил за каждым ее шагом. Первый раз она пожалела, что уехала без сопровождения телохранителей.

Габриэла передумала брать билет на самолет. Она выбежала из здания аэропорта и быстро запрыгнула в подъехавшее такси. Вспышки фотоаппаратов, десятки взглядов в этот момент были прикованы к тонированным окнам «мерседеса», увозившего принцессу.

Автомобиль покинул стоянку перед аэропортом и выехал на шоссе.

— Куда вас доставить? — равнодушным голосом спросил водитель, пытаясь не показывать свое любопытство.

— Я… думаю… — Габриэла мгновение колебалась, а затем решила, что поедет в Швейцарию — к мадам Делормэ, директору частной школы, в которой она училась. По крайней мере, там она сможет спрятаться. — Мне нужно в Лозанну, Швейцария, — сказала она.

— Хорошо, мадам. Поездка займет несколько часов.

— Мне все равно, — Габриэла поудобнее устроилась в кожаном кресле и закрыла глаза.

— Как же ее найти? — в очередной раз повторил Риккардо.

— Иди сюда, посмотри, — Вильгельм показал на экран телевизора. — Ее засняли, когда она садилась в такси в аэропорту Мюнхена.

— Ужасно, — пробормотал Риккардо, сжав кулаки. — Мне становится плохо при мысли о том, через что ей пришлось пройти. Господи, о чем она только думала?..

— О тебе — ничего хорошего, — парировал Вильгельм.

— Да, вероятно, ты последний человек на Земле, которого она хочет видеть, — добавила Констанца.

— Я прекрасно это понимаю, — резко ответил Риккардо. — И просто хочу знать — во-первых, где она, а во-вторых, как заставить ее выслушать меня.

— И то, и другое очень сложно, учитывая сложившиеся обстоятельства, — покачала головой Констанца. Она видела, что ее брат страшно расстроен. За гневом скрывалось сильное беспокойство.

— Ты звонил ей на мобильный? — спросила Констанца.

— Миллионы раз.

— Ясно… Давайте выпьем чего-нибудь, — предложил Вильгельм. Он наполнил бокал виски и протянул его Риккардо. — Не переживай, дружище, мы ее скоро найдем.

Войдя в знакомое здание, Габриэла невольно вспомнила, сколько всего произошло с тех пор, как она с отличием закончила эту школу. Теперь ей казалось, что она покинула эти стены много лет назад.

— Как я рада снова тебя видеть! — нежно проговорила мадам Делормэ, седая худощавая женщина. Она распорядилась, чтобы им с Габриэлой принесли кофе. — Какими судьбами? Ты останешься погостить или вскоре уедешь?

— Я хотела остаться… ненадолго, — Габриэла нервно сжимала ручку дорожной сумки, не зная, как объяснить мадам Делормэ причины своего неожиданного визита.

Пожилая женщина ласково посмотрела на свою бывшую ученицу и осталась недовольна тем, что увидела. С Габриэлой что-то не так. Она была слишком бледной и худой и совсем не походила на ту веселую, бойкую девушку, какой ее знала мадам Делормэ. Задорный смех, искорки в глазах Габриэлы куда-то исчезли.

Но мадам Делормэ не стала ни о чем ее расспрашивать, решив дать молодой женщине время отдохнуть и расслабиться. Напротив, она сама стала рассказывать ей о делах в школе, о жизни одноклассников, с которыми Габриэла потеряла связь.

— Я очень удивлена, что ты не пригласила Синтию и Агнессу на свадьбу, — продолжала мадам Делормэ, кивнув служанке, которая принесла поднос с кофе. — Они были твоими лучшими подругами. Надеюсь, вы поддерживаете связь?

— Да, общаемся по электронной почте. К сожалению, моя свадьба планировалась в такой спешке, что у меня совсем не было времени кого-то приглашать. Если бы я могла, я бы, конечно же, пригласила и вас. Вы же знаете, мадам, — ответила Габриэла с лукавой улыбкой, до боли знакомой мадам Делормэ.

— Я знаю, что пригласила бы, — рассмеялась директриса. — Расскажи мне, что привело тебя сюда? У меня такое чувство, что это не просто визит вежливости.

— Да, вы правы, — Габриэла посмотрела женщине в глаза и попыталась улыбнуться, но не смогла. — Мадам, это ужасно.

— Что случилось? Объясни!

— Мой брак ужасен. Вы, должно быть, видели газеты?

— Вообще-то, нет. Какие газеты? Я живу здесь, в Швейцарии, и не читаю иностранную прессу.

— Да, конечно, я забыла. Это на первых полосах всех британских и американских газет.

— Что там? — терпеливо допытывалась директриса.

— Он, с ней.

— Он — это кто? Пожалуйста, выражайся яснее, — мадам Делормэ сделала замечание строгим тоном, так хорошо знакомым Габриэле. — Я тебя не понимаю.

— Моего мужа, принца, сфотографировали, когда он целовался с любовницей. Этот снимок красуется теперь на первых полосах всех бульварных газет. Я не вернусь к нему, мадам, я отказываюсь, — чуть не плакала Габриэла. Она вскочила со стула и начала ходить по комнате.

— Успокойся, девочка. Значит, твоего мужа уличили в измене и это главная новость на сегодня, так?

— Да. Теперь вы понимаете, почему я не могла там оставаться? Я думала о том, чтобы вернуться в Бразилию, но есть причины, по которым я не хочу сейчас отправляться в долгое путешествие.

— Понимаю. Так вот почему ты вернулась в школу?

— Да, я была здесь счастлива. Мне нужно время, чтобы подумать. Вы не против, если я останусь ненадолго? Я больше нигде не могу спрятаться, а жить в отеле мне очень не хочется.

— Конечно, дорогая, оставайся, — ласково отвечала директриса, поднимаясь и поглаживая Габриэлу по руке. — Можешь занять старую комнату мадемуазель Шуасель. Сейчас она пуста… Но, Габриэла… Убегать от неприятностей — это так на тебя не похоже! Я бы гораздо меньше удивилась, если бы услышала, что ты устроила скандал и перевернула весь замок вверх дном.

— Возможно, при других обстоятельствах я бы так и поступила, — согласилась Габриэла и усмехнулась. — Понимаете, мадам, я сильно изменилась. Риккардо женился на мне только из-за того, что мой отец, умирая, просил его это сделать. Он ласков и нежен со мной, но… — Габриэла отвернулась, ей вдруг стало трудно дышать. — Правда состоит в том, что этот брак для него не более чем обязанность. Он встречался с той женщиной задолго до нашего с ним знакомства. У нее гораздо больше прав на него, чем у меня.