Памела Робертс - Муки ревности

— Да, конечно, — немного смягчившись, сказала она. — Не обращай внимания. Просто я так надеялась, что мы увидимся уже сегодня…

— Послушай, малышка, у меня есть мысль, только не знаю, как ты к ней отнесешься…

— Пока не расскажешь, не узнаешь, — усмехнулась Оливия. Она поняла, что Дуэйн не меньше ее огорчен, тем, что их разлука продлится еще сутки, и успокоилась.

— Как ты относишься к тому, чтобы прилететь сюда, в Сиэтл? Погода исправилась. И если тебя не очень пугает перспектива провести за рулем несколько часов, то мы могли бы вечером сходить в ресторан или куда-нибудь еще…

— Ты это серьезно? — недоверчиво спросила она.

— О, я понимаю, что веду себя как законченный эгоист, предлагая тебе отправиться в такую дальнюю дорогу, но…

— Нет, вовсе нет! — пылко воскликнула Оливия. — Если ты, правда, хочешь этого, то я с удовольствием. Только вот программу предлагаю другую.

— Какую же?

— Я привезу еду с собой, и мы проведем вечер в постели. Как тебе моя идея?

— Ох, плутовка, не знаю, доживу ли до вечера, — вздохнув в предвкушении, ответил Дуэйн. — Если тебе удобно, возьми мой «линкольн». Тогда нам завтра не придется проделывать обратный путь на машине. Выиграем несколько часов.

— Прекрасно! Я, между прочим, присмотрела отличное место для пикника. Тебе обязательно понравится.

— Олли, ты чудо! До сих пор поверить не могу, что мне так повезло. Встреча с тобой — это самое важное из всего, что случилось в моей жизни.

— О, Дуэйн, у меня даже голова кружится от твоих слов. Если бы я не лежала, то могла бы упасть.

— Ах ты, коварная соблазнительница! Нарочно дразнишь меня, да? А ведь это совершенно ни к чему! — воскликнул он. — У меня впереди напряженный день во славу «Тренкса, Миллера и партнеров», а ты хочешь, чтобы у меня голова была занята не юридическими проблемами, а сексуальными видениями?

Оливия залилась радостным смехом.

— Потерпи до вечера, и я являюсь к тебе, во плоти, а не видением.

— Так, — суровым тоном предостерег ее возлюбленный, — давайте-ка договоримся, мисс Брэдли. До вечера вы воздерживаетесь от слов «лежу», «плоть», «голая» и тому подобных.

— Договорились, мистер Картрайт, — притворно-испуганно пискнула Оливия. — Только не посоветуете ли, господин адвокат, как лучше встретить вас — в светлом пеньюаре или темном?

В ответ раздался полувздох-полустон.

— Лучше без пеньюара, если вы дорожите своими нарядами, мисс Брэдли… Потому что я сорву его с тебя в мгновение ока. И лучше не искушай меня, чертовка, а то я все брошу и примчусь сейчас же. Учти, если меня выгонят с работы, это будет твоя вина целиком и полностью. И я вчиню тебе иск…

— Но-но-но, мистер Картрайт, адвокату не положено угрожать клиентам. — Она не выдержала и расхохоталась. — Дуэйн, как хорошо, что ты позвонил!.. Кстати, чуть не забыла спросить: ты верхом ездишь?

— В детстве ездил. Но с тех пор, ни разу не сидел на лошади. Почему ты спрашиваешь?

— Просто вдруг вспомнила о верхнем озере. Там потрясающе красиво. Но туда на машине не добраться.

— Господи, до сих пор привыкнуть не могу к тому, что ты богатая женщина. Ранчо, скот, лошади… Признавайся, Оливия, что еще у тебя есть?

— Я — самая богатая женщина на свете, Дуэйн, — серьезно ответила она. — У меня есть ты. А теперь отправляйся в свою контору, и мне тоже пора. Ведь, несмотря на богатство, я работаю. Ранний утренний свет — то, что мне необходимо, чтобы закончить картину. До встречи, любимый.

— Целую тебя, Олли, малышка моя. До встречи.

Оливия положила трубку и сладко потянулась. Поднялась, прошла в ванную и придирчиво осмотрела себя в зеркале.

А ведь я недурно выгляжу, очень даже недурно. Что бы там Эндрю ни утверждал, а талия пока еще тонкая, и грудь не обвислая, думала она, удовлетворенно проводя ладонями по бокам. Кожа гладкая, упругая. Подняла руки и собрала волосы на макушке. Да и шея длинная. Повернулась в профиль. Неплохая фигура, даже, прямо скажем, хорошая. И удовлетворенная результатами инспекции, она пустила в ванну воду и позволила себе понежиться там с четверть часа, прежде чем начать мыться.

— Миссис Грейнджер, миссис Грейнджер, вы уже поставили пирог? — закричала Оливия, врываясь в кухню со стремительностью тайфуна.

Кухарка, если и была удивлена, то виду не подала.

— Нет еще. Я так поняла, что ваш гость прибудет только к вечеру.

— Нет, миссис Грейнджер, он не сможет приехать сегодня. Поэтому я сама отправляюсь в Сиэтл и хотела… — Она замолчала, внезапно застеснявшись своей откровенности.

Благодарение Господу, Эмма Грейнджер и сама обо всем догадалась.

— И хотели взять пирог с собой, — закончила она и, получив утвердительный кивок, усмехнулась. — Это честь. Во сколько вы выезжаете?

— В полдень. Как только закончу картину.

— Повезете в подарок?

Оливия широко раскрыла глаза — такая мысль ей в голову не приходила. А ведь Дуэйн несколько раз говорил, что восхищается ее творчеством…

— Миссис Грейнджер, вы гений! — воскликнула она. — Спасибо за идею. Не знаю даже, что бы я без вас делала, — неожиданно дня себя выпалила она, с чувством обнимая пожилую женщину.

— Спасибо, дорогая, на добром слове. — Та поцеловала ее в щеку, даже не пытаясь скрыть, насколько тронута неожиданным признанием. — А теперь отправляйтесь-ка по своим делам и не мешайте мне.

8

— Олли, милая, сто лет тебя не слышала! Что поделываешь? Совсем забыла про меня, а еще подружка называешься, — мягко выговаривала Бекки.

— Ой, Бек, прости, дорогая, я была очень занята последнее время, — оправдывалась Оливия. — Как Билл, как мальчишки?

— Неплохо. Я их сейчас почти не вижу. Они опять на верхние пастбища отправились все вместе. Впрочем, оно и к лучшему. У меня несколько дней приятельница гостила… Даже не то чтобы гостила, а в основном душу изливала. Ну, неважно. Заехала бы как-нибудь чаю попить. Хочется с нормальным человеком пообщаться, а то я так от нее устала.

— А что, отличная идея, — с энтузиазмом откликнулась Оливия. — Давай сегодня ближе к вечеру загляну. Утро не хочу пропускать, таким освещением грех не воспользоваться.

— Пишешь?

— Да, Бек, каждую свободную минуту.

— Выставка скоро?

— Ориентировочно в ноябре. Но я давно с агентом не говорила. Некогда…

— Да, кстати, совсем, забыла спросить: как у тебя обстоят дела с ранчо? Помог тебе тот юрист, о котором я рассказывала? — вспомнила вдруг Бекки.

Оливия просияла при одном намеке на Дуэйна. Слава богу, подруга не видит ее, а то душу бы вымотала расспросами, заметив эту глупую и счастливую улыбку.