Лоринда Скотт - Горячая кровь

Блейк усмехнулся.

— Не так уж и рано, я был практически совершеннолетним.

— Не может быть, чтобы тебе был сорок один год!

— Скоро будет.

— Наверное, ты как хорошее вино — чем старше, тем лучше.

Блейк снова усмехнулся, нашел руку Клэр и переплел ее пальцы со своими.

После того как к ним вернулась способность двигаться и рассуждать, они забрались в спальный мешок — выпала роса и стало довольно прохладно. Лежа бок о бок, они смотрели на звезды, ярко выделяющиеся на темном небе. Клэр положила голову на плечо Блейка и начала рассеянно перебирать пальцами колечки волос у него на груди.

Она думала о том, что любит Блейка. Это не увлечение, а настоящая любовь. Клэр не строила иллюзий и понимала, что признаться в этом Блейку было бы ошибкой. Понимала и то, что он никогда не откроет ей свои истинные чувства, однако инстинктивно догадывалась, что происходит у него в душе. Блейк ее желает, в этом нет сомнений — иначе сегодняшней ночи не было бы, и одновременно как бы нехотя, против воли, восхищается ею и стремится защитить, оградить от страданий. Клэр виделось в этом что-то удивительно трогательное. Она верила, что эти чувства — предвестники любви, Блейк уже почти любит ее, но вот согласится ли когда-нибудь признаться своих чувствах хотя бы самому себе — это другой вопрос.

Следующую ночь они снова провели под открытым небом. Клэр проснулась и увидела, что Блейк лежит на спине и курит.

— Что, не спится? — тихо спросила она.

Он долго молчал, потом выпустил в небо струю дыма и повернул голову к Клэр.

— Не вздумай в меня влюбиться, Скарлетт. Мы отлично провели уик-энд, но это ничего не значит.

Клэр проглотила боль и сказала себе, что на самом деле Блейк так не думает. Он ее полюбил, только еще не знает этого.

— Естественно, а с какой стати мне в тебя влюбляться?

Стараясь говорить как можно небрежнее, Клэр для пущей убедительности даже пренебрежительно фыркнула. Она снова стала смотреть на звезды, только они почему-то стали расплываться перед глазами.

— Ты сказала, что любишь меня.

Клэр чуть не подпрыгнула. Я произнесла это вслух? Не может быть! Конечно, я об этом думала, но сказать…

— Блейк, не нужно принимать всерьез каждое мое слово. Сам понимаешь, в пылу страсти женщина может много чего наговорить. Не забывай, я ведь добрая католичка, рано или поздно мне придется выйти замуж и нарожать детей. А ты никак не годишься на роль примерного мужа.

Огонек сигареты вспыхнул ярче, Блейк в последний раз затянулся, потом приподнялся на локте и затушил сигарету о землю.

— Да, не гожусь. Главное, помни об этом.

— Однако в постели ты довольно неплох, — беззастенчиво добавила Клэр.

Блейк расхохотался и с легким недоверием осведомился:

— Ты что, предлагаешь мне стать твоим любовником?

— Пожалуй, это мысль! Как ты считаешь?

Блейк обнял Клэр, его губы нашли ее губы. На этот раз, когда мир снова разлетелся на миллионы сверкающих осколков, она держала рот на замке и даже уткнулась лицом в грудь Блейку, чтобы точно знать, что не ляпнет ничего лишнего.

11

— Что ж, ты не можешь сказать, что он тебя не предупреждал, — пробурчала Клэр, разговаривая сама с собой где-то в середине дня в понедельник.

Конец «отличного уик-энда», как охарактеризовал его Блейк, был ничем не примечательным. В воскресенье с самого утра Блейк вел себя с Клэр, как с товарищем по путешествию: дружески, но без малейшего намека на интимность. Он доставил ее прямо к дому, проводил до квартиры, дождался, пока Клэр откроет дверь, потом буркнул: «Всего хорошего», — и ушел.

— Он ведь честно сказал, что этот уик-энд ничего не значит, и не его вина, если ты не поверила.

С понедельника все продолжилось так, как будто совместно проведенных выходных и не было. Блейк обращался с ней, как с рядовым членом команды. По его поведению никто не догадался бы, что они провели вместе два дня и две ночи. Оглядываясь назад, Клэр честно призналась себе, что даже в уик-энд в поведении Блейка не было ничего интимного — за исключением, разумеется, занятий любовью. Как будто секс был единственным послаблением, которое Блейк себе позволял, а интимная близость — единственной ситуацией, когда он приоткрывал створки своей раковины. Но Клэр чувствовала, что и тогда это происходило почти вопреки его воле и, если бы Блейк был в силах предотвратить и эти проявления слабости, он не преминул это сделать.

Пожалуй, с понедельника Блейк стал держаться даже более отстраненно, чем до их поездки в Норфолк. Как будто испугался, что подпустил Клэр слишком близко, и теперь старался вернуть себе отвоеванное ею пространство. Если это так и было, то судьба играла ему на руку. Весь день в отделении было полно работы, пациенты шли сплошным потоком. Клэр крутилась как белка в колесе и не встречалась с Блейком до середины дня, когда «скорая помощь» привезла пострадавшего в аварии мотоциклиста. Причем на этот раз пострадавший был не каким-нибудь безмозглым лихачом-рокером, а служащим экспресс-почты. Он мчался по дороге на Норвич — той самой, по которой ехали мы с Блейком, с содроганием подумала Клэр, — и не заметил разлитое кем-то на дороге машинное масло.

Мотоциклист находился в тяжелом состоянии, одна нога сломана в нескольких местах, перелом правой большой берцовой кости, правое плечо вывихнуто, сломано несколько ребер.

— Да уж, в такой ситуации мало проку от кожаной куртки и штанов, — бурчала себе под нос Клэр, разрезая ножницами изодранную одежду пациента.

Команда врачей и медсестер действовала слаженно, по непроницаемому лицу Клэр никто бы не догадался, что она в ужасе. Оказывая помощь мотоциклисту, Клэр думала о том, что рано или поздно в таком же или в сходном состоянии в больницу могут привезти и Блейка. При одной мысли об этом у нее стыла кровь.

В это время пострадавший пришел в сознание, и Клэр заставила себя улыбнуться.

— Привет! Можете сказать, как вас зовут?

— Дик Флайерс.

— Вам очень больно, Дик?

— Вы что, издеваетесь? — проскрежетал пациент.

— Нет, проверяю, сохранилась ли чувствительность. Сейчас я введу вам обезболивающее.

Рядом с Клэр появился Блейк.

— Скоро вам станет легче, — солгал он. — А пока введем-ка вам плазму, вы потеряли много крови. Скоро должен подойти ортопед… а вот и он.

Блейк быстро ввел Алана Картера в курс дела.

— Рентген еще не делали?

— Нет, только собирались, — ответила Клэр. — Я не знала, какие именно снимки вам понадобятся.

— Ладно, начнем по порядку. Сначала обезболивающее, затем рентген, потом вправим плечо, а уж после займемся остальным. Думаю, понадобится полный снимок, левая нога лежит под странным углом, надо разобраться из-за чего — то ли из-за перелома бедра, то ли из-за повреждений в области таза. Дик, вы чувствуете боль в спине или в бедрах?