Дэй Леклер - На том конце радуги

– Я использовал модифицированный обездвиживающий дротик, – объяснил Меррик. – Он лишает сознания только на короткое время. Возможно, парень посчитал, что просто отключился по какой-то причине, а поскольку твоя невеста была на месте, когда он пришел в себя, то постеснялся докладывать об этом. Как бы там ни было, я увез Алиссу туда, где твои люди и нашли нас на следующее утро.

– Когда вы поженились? – спросил Брандт.

– Два дня назад.

– Полагаю, ты можешь доказать законность этого?

– Могу.

– В таком случае остается только один последний вопрос.

Меррик обнажил зубы в фальшивой улыбке.

– Всегда счастлив помочь.

– Просто из любопытства… – Брандт подошел ближе, и от выражения его глаз по телу Алиссы пробежала дрожь. – На ком я женился?

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Меррик пожал плечами.

– На какой-то женщине, которую я подобрал. Не помню ее имени.

– Попытайся.

Он притворился, что думает.

– Извини, не могу вспомнить.

– Возможно, время в тюремной камере освежит твою память.

Меррик расставил ноги, словно приготовившись к удару.

– Не рассчитывай на это.

Брандт остановился перед ним.

– Я женился на женщине, которую ты «подобрал», полагая, что она Алисса. Я взял ее в свою постель и занимался с ней любовью. – Он вскинул бровь. – Ты реагируешь на это. Интересно. Итак, ты ее знаешь. И по какой-то причине тебе не нравится то, что мы были близки. Я бы подумал, что это одна из твоих бывших любовниц, если б не одна маленькая деталь.

– Какая же? – спросил Меррик сквозь стиснутые зубы.

– Моя таинственная невеста была девственницей.

Ярость Меррика прорвалась сквозь самоконтроль:

– Как ты посмел тронуть ее? Ты не имел права!

– Я имел полное право. Она моя жена. – Брандт подался вперед, говоря низким, напряженным голосом. – Думаешь, я взял ее силой? Если так, подумай еще раз. А теперь скажи мне, кто она и почему ты ее защищаешь.

Меррик взял себя в руки.

– Это моя работа. Я втянул ее в это и должен отвечать за ее безопасность.

– Тогда ты не должен был подвергать ее опасности. – Брандт отступил назад и сделал знак Толкену: – Отведи принца Меррика и его жену в Аметистовую комнату.

Меррик задержался в дверях, намереваясь оставить последнее слово за собой.

– Она ушла от тебя, Брандт, – бросил он через плечо. – Твоя жена могла бы остаться, но не осталась. Подумай над этим.

Но, очевидно, последнее слово было все-таки не за ним.

– А ты, возможно, захочешь нежно попрощаться со своей женой, – парировал Брандт, – потому что я намерен позаботиться, чтобы это была последняя ночь, которую ты проведешь с ней, на очень долгое будущее.

Алиссу и Меррика проводили в их комнату… Как только дверь за ними замкнули, Алисса шагнула в объятия мужа.

– Это все моя вина.

– Нет, – поправил он, – фон Фолька.

– Ты предупреждал меня, что это ловушка. Мне надо было послушать тебя.

– Ну, что правда, то правда.

Она покачала головой.

– Как ты можешь шутить?

– А что мне делать?

– Обними меня. – (Меррик крепче прижал ее к себе.) – Ты был прав еще в одном. Видел, как принц Брандт обращается с моей матерью? Он так… нежен с ней. Так заботлив. Подозреваю, он никогда не причинил бы ей вреда. Ты говорил мне это, но я тебе не верила.

– Ты не могла рисковать. Я понимаю.

– Я так сожалею, Меррик. – Она обвила его руками за шею. – Мне невыносима мысль, что тебя отправят в тюрьму из-за меня. Что мы будем делать?

– Дадим фон Фольку время примириться с тем, что случилось.

– А что насчет Мири?

– Мы будем молчать о ней. Ни единого слова фон Фольку.

Алисса нахмурилась.

– Ты не собираешься сказать ему, на ком он женился?

Она шутит?

– Ни в коем случае. Я не хочу, чтобы он приближался к моей сестре, так же как и к моей жене.

Алисса заколебалась, затем сказала:

– Если принц Брандт говорит правду, она была с ним по собственной воле, Меррик. Стала бы она делать это из чувства долга и преданности королю?

– Надеюсь, что нет.

– Значит, была другая причина, – осторожно заметила она.

Меррик не мог не вспомнить их с Алиссой разговор в ту ночь, когда он похитил ее и они обсуждали возможность того, что Мири настояла на участии в похищении по личным мотивам. Как бы подобное обстоятельство ни злило его, но это похоже на правду.

– Итак, что теперь? – спросила Алисса.

– Мы сделаем так, как и предложил фон Фольк. С пользой потратим время, которое у нас осталось.

– Не говори так, – испуганно запротестовала она. – Я не позволю отправить тебя в тюрьму. Я буду отрицать, что была похищена. Они не докажут, что я не уехала с тобой добровольно.

– Это тебе не Штаты. – Меррик попытался донести это до нее как можно мягче. – Несмотря на то, что ты принцесса Алисса, герцогиня Селестии, фон Фольк правит в этой части Вердонии. Его слово – закон. Он может бросить меня в тюрьму, если захочет, и никто ничего не сможет сделать. Полагаю, он подержит меня в тюрьме, прежде чем отправить в изгнание.

– Но только из Аверноса, верно? Он ведь не сможет изгнать тебя из страны вообще?

– Сможет и сделает это, если станет королем.

– Нет! Я этого не позволю.

Меррик поглядел на нее с сожалением.

– Тебе ничего не удастся сделать. – Он коснулся губами ее лба. – Поскольку мы не можем предсказать, что принесет нам завтра, нет смысла тревожиться об этом сейчас. У нас все еще есть сегодня. Давай не тратить впустую несколько оставшихся часов.

Ее глаза наполнились слезами.

– А что, если я хочу больше, чем одну ночь?

– Наши отношения никогда не подразумевались как постоянные. Таков был наш договор, помнишь? Или это изменилось?

– А… а что, если так? – Она вздернула подбородок, и что-то похожее на вызов заблестело у нее в глазах. – Что, если я скажу, что хочу больше, чем временные отношения?

Он должен был понять ее слова.

– Насколько больше?

Она сделала глубокий вдох и расправила плечи.

– Может, я хочу, чтобы наш брак был настоящим? Что ты на это скажешь?

– Я скажу, что этого недостаточно. Я жду большего от своей жены, от женщины, с которой собираюсь прожить всю жизнь.

Легкий трепет прокатился по ней.

– Тогда… что, если я скажу, что люблю тебя?

Меррик закрыл глаза, с трудом сдерживая желание закричать от счастья.

– Ты спрашиваешь? Или говоришь это?

– Я люблю тебя, Меррик.

На этот раз никаких колебаний, никаких сомнений. Никакой неопределенности. Только нотки удивления и огромная радость.

– Это все, что мне нужно знать. – Он взял ее лицо в ладони. – Я тоже люблю тебя, принцесса. Ты мое начало, моя середина и мой конец. Я хочу прожить с тобой всю оставшуюся жизнь.