Мишель Селмер - К чему лишние слова?

– Опять твой ночной кошмар! Но он уже закончился. Я с тобой. Не волнуйся! Все хорошо. Нет, не хорошо. И становится все хуже.

Он обеими руками потер лицо, но не смог избавиться от видения лежащей на полу Рашель от ощущения пули в груди. Боль... Она, видимо, никогда не уйдет.

– Я так устал, – пожаловался он. – Я не могу больше видеть этот сон. У меня начинают сдавать нервы.

Мэгги, как всегда, воззвала к разумным доводам.

– Ты ведь еще болен, И пока только выздоравливаешь. Потерпи. Рано или поздно, но прошлое оставит тебя в покое.

– Она умерла мгновенно. Ты никак не мог ее спасти.

Ее слова отозвались в нем той же жгучей болью, что и попавшие в грудь пули.

– Не отправься я в магазин, был бы рядом с ней.

– И оба погибли бы.

Он качнул головой.

– Нет. Я бы заслонил ее.

– И как только б ты упал, они застрелили бы и ее тоже. Довольно говорить об этом, теперь уже ничего не исправить!

Элементарная логика подсказывала, что Мэгги права. Но во сне он раз за разом приходил к другому выводу – спасти Рашель было можно.

– Это не твоя вина, Пит.

– Знаю.

– Тогда прости себя.

– Не могу.

Мэгги прилегла на кровать.

– Попробуй заснуть.

Он свернулся рядом, обняв ее за талию и положил голову к ней на плечо. И как и во все другие ночи, проведенные ими вместе, она обхватила его обеими руками. Он вдыхал запах ее кожи, волос, чувствовал, как вздымается и опускается ее грудь. Она была в его объятиях и тем не менее так далеко!

– Тебе не надоело почти каждую ночь вставать и приходить сюда? – спросил он.

Она ласково провела рукой по его волосам.

– Знаю, это неправильно, но мне нравится спать с тобой.

Ничего неправильного! По правде, не было ничего более правильного. Ей надо лишь слово сказать, и он выдернет ее из ночной рубашки. Но до тех пор, пока она желает сохранять платонические отношения, следует уважать ее желания. Он терпелив, и своего часа дождется.

Рядом с ним Мэгги задышала медленно и глубоко. Она всегда засыпала первой. И как всегда, он поцеловал ее в висок, после чего сам провалился в сон.

Глава двенадцатая

– Есть у тебя минутка, Пит? – Джереми стоял в дверях маленького, обшарпанного кабинета. После долгих, хлопотливых пяти дней рабочая неделя Пита закончилась.

– Конечно! Что такое? Джереми присел на край стола.

– Неделя прошла отлично. Не слишком тяжело так сразу?

Честно говоря, Пит был чертовски рад, что снова стал практикующим врачом. И смены, как ему казалось, заканчивались слишком быстро, на «скорой помощи» темп работы был куда напряженней.

– Все отлично. Спасибо тебе за предложение поработать в клинике. Я сразу почувствовал себя намного лучше. А то сидел дома и кис, как старая развалина.

– Вот и здорово! Я заметил, ты больше не пользуешься тростью. Помогает терапевтический курс?

– Вообще-то у меня теперь стало оставаться маловато времени на упражнения, зато я старался побольше двигаться. Каждое утро плавал по утрам, а вечером мы с Мэгги гуляем. Она уже заводит разговор о покупке велосипедов, ведь она поправилась.

– Она стала лучше есть?

– Не настолько, насколько мне хотелось бы, но ничего.

– Прекрасно! Она славная девочка! Пит ухмыльнулся.

– У нее действительно есть немало плюсов.

– Через неделю мы собираемся у меня на барбекю, и мне бы хотелось пригласить вас с Мэгги. Будут в основном работники больницы и их семьи. У нас чрезвычайно спаянная команда.

– Мне бы не хотелось мешать...

– О чем ты? Многие очень тобой интересуются.

– С чего бы это?

– Тебе нравится здесь, Пит? – ответил вопросом на вопрос Джереми.

Пит откинулся на стуле и сложил руки на коленях.

– Нравится. А что?

– Не думаешь остаться насовсем?

– По обстоятельствам.

– Врачу, которого ты замещал на этой неделе, предложили частную практику в Аризоне. Мы ищем замену.

– Работать нужно только в клинике?

– В клинике и на «скорой помощи». С твоим опытом ты для нас просто находка. Здесь, конечно, не будет того лихорадочного темпа, как в городе. У нас стреляют только на охоте, и ранения чрезвычайно редки. А жить тут неплохо, прекрасное место поднимать семью.

Пит задумался над открывающимися перед ним возможностями. Они с Мэгги остаются тут навсегда и начинают совместную жизнь.

Идея ему понравилась.

Он не слишком скучал по Детройту с тех пор, как оттуда уехал. Готов ли он к такому обороту дел? Уверен ли, что Мэгги именно та женщина, с которой он хочет провести остаток жизни? Его поразило, как быстро сам собой пришел ответ.

Да!

Без сомнения, Мэгги именно та женщина. Но что она чувствует к нему? Что, если она не захочет тут жить? Они никогда не касались в разговоре этого вопроса.

– Короче говоря, подумай, – сказал Джереми, поднимаясь со стола. – Приходи на барбекю в субботу, познакомишься со всеми.

– Ладно. – Им с Мэгги есть о чем поговорить! – Приду обязательно.

Как всегда в дождливую погоду, Мэгги вытащила на свет божий набор настольных игр. И как обычно, Пит постоянно проигрывал. Но несмотря на то, что удача ни разу так и не повернулась к нему лицом, а Мэгги и не думала скрывать своего торжества, ему все равно было весело. Он не карабкался в гору, не скользил на лыжах по снегу. И.все равно прекрасно проводил время.

Просто он был с Мэгги, и что бы они ни делали вместе, пусть даже он просто сидел и смотрел на нее, смотрел, как светятся ее глаза, когда она улыбается, как она прикусывает губу, пытаясь сосредоточиться, ощущение громадного счастья переполняло его.

Но чувствует ли она тоже самое?

– Твой ход, – сказала она.

Он взял кости, встряхнул, выбросил снова – и снова ничего.

– Сегодня определенно не твой день, – довольно заявила она. Зевнула, потянулась по-кошачьи, взглянула на часы над раковиной: – Неудивительно, что я так устала. Уже больше одиннадцати.

– Думаю, можно считать, что настала ночь, – он тоже прикрыл зевок рукой. Хотя для него лечь в постель означало лишь проснуться часа через два в холодном поту. Означало картины крови и смерти.

Иногда он задумывался, прекратится ли это когда-нибудь. Но он не сдастся, не позволит воспоминаниям отравить ему жизнь.

– Пойдешь в ванную первым? – спросила Мэгги.

– Иди ты. Я пока приберу тут.

Мэгги отправилась в ванную, а Пит убрал игру в коробку, потом собрал грязные тарелки. К тому времени, как он помыл и вытер их, Мэгги была уже готова ко сну.

Пит пошел в ванную после нес, почистил зубы и, конечно, собрал с пола ее вещи в корзину. Процедура стала для него уже привычной, и он уже не возражал. Небольшая плата за все то, что Мэгги сделала для него, а сделала она действительно очень много: заставила его приехать сюда и начать борьбу со своей болезнью, со своей слабостью. С ней он стал лучше. Сильнее.