Сара Морган - Любовный спектакль

— Просто не голоден. Не обращайте на меня внимания, — раздражаясь с каждой секундой все сильнее, попросил Ангелос.

— Ангелос всегда был капризным ребенком, — насмешливо вставил Костас.

— Папа, прошу тебя, перестань! Я давно уже не ребенок, пора забыть, каким я был, — буркнул младший Зувелекис.

— Не могу я забыть этого, поскольку ты до сих пор ведешь себя как капризный ребенок, — шутливо уколол его отец.

Шанталь не смогла удержаться от смеха, когда увидела мимику Ангелоса в ответ на слова отца.

— И даже кофе не выпьешь? — спросила она своего любовника, когда тот, резко отодвинув от себя тарелку, встал из-за стола.

— Нет, не буду, — буркнул он в ответ.

— Может быть, ты хочешь что-нибудь другое? — внимательно вглядываясь в лицо мужчины, проговорила Шанталь.

— Поговорить с тобой, — сухо ответил Ангелос.

— Сам не ешь, так хоть дай другому, — недовольно бросил отец.

— Я уже наелась, — быстро произнесла Шанталь и, извинившись перед Костасом, последовала за Ангелосом.

Он шел впереди по полутемному коридору, молча поднялся по лестнице и только тогда повернулся к ней.

— Единственное, чего я хочу, — прошептал он, — тебя! Сейчас же, незамедлительно.

— Но, Ангелос…

— Только не начинай спорить, — поспешно оборвал он ее. — Никогда не перестану благодарить отца за то, что он свел нас.

— Я тоже, — шепотом отозвалась Шанталь. — Твой отец — удивительный человек, Ангелос. И я так ревную вас друг к другу, — призналась она.

— Что ты хочешь сказать этим, милая? — удивленно спросил мужчина.

— Хотелось бы мне быть частью вашей семьи. У вас настолько светлые и теплые отношения!

— Ты уже часть нашей семьи. Мой отец относится к тебе, как к родной дочери, — заверил ее грек.

— Да, у твоего отца большое сердце… Ангелос взял Шанталь за руку и повлек ее за собой. Войдя в спальню, он плотно запер двери и, обняв женщину, спросил:

— А какие у тебя отношения с твоим отцом?

— К сожалению, никаких. Он не поддерживает связь ни со мной, ни с моей мамой. Он давно бросил нас… И не будем больше говорить об отцах, Ангелос. Просто поцелуй меня так, как только ты это умеешь делать, — попросила она.

— Почему ты пошла работать официанткой? — час спустя, лениво лаская Шанталь, спросил Ангелос.

— Только такую работу я смогла найти, приехав в Париж.

— А где ты жила до Парижа?

— В Буэнос-Айресе. Там я работала с лошадьми.

— А до того?

— Новая Зеландия и Австралия. А еще Индия и Перу.

— Все-таки ты удивительная женщина, — проговорил восхищенно Ангелос.

— Ты действительно так считаешь? — кокетливо спросила Шанталь.

— Безусловно. А ты так и не сумела врасти корнями ни в одной из перечисленных стран?

— Увы…

— Какое у тебя образование?

— Среднее. Я не блистала в школе, поэтому не планировала поступать в колледж или институт… Можем мы поговорить о чем-нибудь другом?

— О чем, например?

— Расскажи, как ты стал таким богатым? — попросила женщина.

— Неожиданный вопрос для человека, который всячески стремится уверить, что не интересуется моим благосостоянием, насмешливо отметил Ангелос Зувелекис, прижимая Шанталь к себе.

— Меня интересует не твой достаток, а то, как ты этого добился, — с обидой в голосе отозвалась женщина.

— Нужно заметить; что я тоже в школе не блистал. И это заведение активно недолюбливал. Я всегда стремился к свободе. Поэтому и считал бизнес своим признанием. К счастью, в юности у меня были все возможности для удачного старта. Ведь мой отец — человек весьма состоятельный. Убежден, что без его помощи, как финансовой, так и просто человеческой, я вряд ли сумел бы так быстро добиться столь значительных успехов. Однако у нас с ним сразу возникли трения. Ведь он всю жизнь хотел увидеть меня приемником. Я же стремился заняться собственным делом, а не идти вслед за ним.

— Удивительные у вас все-таки с отцом отношения! Такие, я бы сказала, дружески-сопернические, — заметила Шанталь.

— Есть немного, — согласился Ангелос. — Но мы оба одинаково сильно любим друг друга… А какие у тебя с твоей матерью отношения? Какое у тебя было детство?

— Мы все время куда-то переезжали. Это от нее у меня склонность к путешествиям. Впрочем, в моей жизни было мало интересного… Давай лучше спать, — пробормотала она и прижалась лицом к его груди.

Глава девятая

— Ты до сих пор валяешься в постели вместо того, чтобы упаковывать вещи? — бодро выговорил ей Ангелос, вытирая полотенцем влажные после душа волосы.

— Упаковывать вещи? — переспросила спросонья Шанталь, не понимая, чего от нее хотят.

— Именно. Поторапливайся, начинай скорее собирать чемодан.

— Ты хочешь, чтобы я уехала?

— Я хочу, чтобы мы уехали, милая. Мы едем вместе! — решительно объявил мужчина, резко отдернув плотные шторы на окнах так, что яркий солнечный свет полоснул Шанталь по глазам. — Если я правильно тебя вчера понял, ты любишь путешествовать. А здесь мы, надо думать, изрядно подзадержались, так что давай собирайся, не трать понапрасну время.

— Ура! — воскликнула Шанталь, вскочив с постели. — И куда же мы отправляемся?

— В Афины. Ты ведь там еще не бывала. Поживем пару дней. Если тебе понравится, то задержимся подольше.

— Афины?! — настороженно переспросила женщина. — У тебя там дела? Тогда я, пожалуй, лучше здесь останусь…

— Да, дел действительно поднакопилось. Я в последнее время работу совсем забросил, нужно наверстывать, но, помимо дел, в Афинах, поверь, есть много привлекательного, что не оставит тебя равнодушной. Обещаю уделять тебе достаточно времени.

— Не сомневаюсь… Но я, пожалуй, останусь здесь, — проговорила Шанталь, опустившись на постель.

— Ни в коем случае! Мы едем вместе. Куда я, туда и ты…

— Я не поеду в Афины, — упрямо повторила женщина и в подтверждение своих слов вновь забралась под одеяло.

— Ну вот! Очередной каприз! И в чем дело на этот раз? — гневно воскликнул Ангелос.

— Ты хочешь оставить своего отца без компании?

— Шанталь, не виляй! Мой отец не один. У него есть его трудолюбивая мышка в халате медсестры, есть замечательная и заботливая Мария, есть вдобавок доктор, который регулярно заезжает на виллу. Не беспокойся, пару деньков он отлично проживет и без тебя… Все решено, мы отбываем после полудня. Вечером в Афинах у меня предстоит прием в связи с учреждением нового фонда.

— На прием отправишься без меня!

— Если ты откажешься, я тоже останусь на вилле.