Развод. Милый, дальше я без тебя - Милана Лотос

больше слышать тебя… и видеть. Уходи, Ром. Уходи, прошу… к ней.

Роман замер. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на боль, но тут же погасло, сменившись холодной яростью.

– Дарина оказалась стервой и предательницей, – прошипел он. – Но это не меняет сути. Ты – моя жена. И ты останешься ею. Я не позволю тебе унижать меня.

– Ты сошел с ума, – прошептала я. – Ты действительно больной.

Он вдруг схватил меня за запястье. Его пальцы впились в кожу как стальные клещи.

– Нет, Фима. Просто я наконец понял, чего хочу. И я этого добьюсь. Ты вернешься ко мне. Добровольно или нет.

За его спиной что-то двинулось.

В дверном проеме стоял Макс. Он был суров и сосредоточен. В руках сжимал бейсбольную биту, которую, видимо, взял в машине.

– А ну отпусти ее, – его голос прозвучал низко и опасно. – Сейчас же.

Роман медленно обернулся, не отпуская моего запястья.

Увидев Макса с битой, он усмехнулся.

– О, и это тот самый рыцарь на блестящем внедорожнике? Как мило. Пришел защищать честь дамы?

– Я предупредил один раз, – Макс сделал шаг вперед. Его глаза были сузившимися щелочками. – Отпусти. Её.

Рома посмотрел на меня, потом на Макса. В его взгляде читалось безумие, смешанное с холодным расчетом.

– Хорошо, – неожиданно сказал он и разжал пальцы. – Сегодня я уйду. Но это не конец, Фима. Я вернусь за тобой.

Он подошел к двери, остановившись рядом с Максом.

– Береги ее, – бросил он через плечо. – Она очень хорошая жена и любовница. Просто восторг.

Дверь закрылась за ним. Я медленно сползла по стене на пол, обхватив голову руками. Трясло так, что зубы стучали.

Макс бросил биту на пол и присел передо мной на корточки.

– Фим, дыши. Все хорошо. Он ушел.

– Он... он с ума сошел, – с трудом выдавила я. – Он сказал... он сказал, что я должна вернуться к нему. Добровольно или нет.

– Этого не случится, - Макс сжал кулаки, его челюсть напряглась. - Я не позволю.

– Нет. Ты не должен, - просипела я испуганным голосом, - они убьют тебя.

– Слушай меня внимательно. Завтра же мы поменяем замки. И я поговорю с охраной в доме. Он больше не пройдет. И... – он сделал паузу, глядя мне прямо в глаза, – тебе нужно подумать о заявлении в полицию. Официальном. О преследовании. Понимаешь?

– Да. Понимаю, - кивнула и протянула руки к Максу. Он быстро обнял меня и прижал к себе.

– Я помогу тебе. Не переживай. Я буду рядом. А сейчас, ты едешь со мной. К нам домой. Степка будет рад.

Глава 24.

Макс аккуратно помог мне подняться, его руки были твердыми и надежными. И так нежно касались меня, словно боялись сломать. Как будто я была его главным сокровищем.

А я все еще дрожала от произошедшего, но спокойная уверенность этого мужчины, который несколько дней назад, был для меня абсолютно чужим, действовала лучше любого успокоительного.

В глубине души я была ему очень благодарна, что он пришел и спас меня. Как будто я была принцессой, которой была нужна помощь от ярости злого дракона.

– Я соберу тебе вещи, – сказал он мягко, но непреклонно. – Ты не останешься здесь одна сегодня.

Я не стала спорить. Мысли путались, а внутри все еще звенело от адреналина. Руки дрожали, и зубы не переставали отбивать чечетку. Вот это меня накрыло. Я не могла успокоиться и, обхватив себя за плечи, пыталась дышать глубже.

Пока Макс собирал мою небольшую сумку, я стояла посреди гостиной и смотрела, как он это делает. Быстро и ловко собирал мои немногочисленные вещи со стульев и кровати. Я толком не успела ничего распаковать, а уже переезжала.

Дикость какая-то.

Через десять минут мы уже ехали к нему домой. Степа, увидев меня снова, радостно залопотал с заднего сиденья:

– Тетя Фима! Ты поедешь к нам?

– Да, милый. Я решила пока не расставаться с вами, - мягко ответила и ощутила, как внутри меня распускаются ромашки.

– Ула! Папа, а мы будем смотлеть мультики?

– Сначала поужинаем, командир, – ответил Макс, бросая на меня быстрый, проверяющий взгляд. – А потом, если тетя Фима не будет против, можно и мультики.

– Я не против, – улыбнулась я, и это была первая искренняя улыбка за весь день.

За пять минут мы добрались до дома Макса, и я поняла, что его дом не сильно отличался от того, где жила я.

Квартира Макса встретила нас теплом и светом.

Пахло свежестью и чем-то домашним, уютным. И квартира совсем не была похожа на холостяцкую берлогу, видно было, что здесь хозяйничала женская рука. Наверняка рука няни и сестры Макса. В комнате и на кухне стояли цветы, пахло свежеиспеченным хлебом, а из ванной доносился запах свежевыстиранного белья. Квартира была четырехкомнатная. Одну комнату занимал Степа, вторую - Макс, третья стояла пустой, но там была вроде как комната для гостей. Гостиная была проходной, и в ней ощущался творческий беспорядок. Игрушки, детская и взрослая одежда, включенный телевизор на канале мультиков. Все говорило о том, что в этой квартире живет ребенок.

Степа сразу же потащил меня в свою комнату показать коллекцию машинок.

– А это самая быстрая! – он торжественно вручил мне красную гоночную машинку. – Она всех обгоняет!

Я присела на корточки рядом с ним, и мы устроили гонки по ковру. Детский смех и азартные возгласы Степы понемногу разгоняли тяжесть в моей душе.

Из кухни доносились звуки готовки и бархатный голос Макса:

– Командир, тетя Фима! Ужинать будете?

– Да, - одновременно ответили мы со Степой и снова засмеялись.

– Тогда марш на кухню. Будем готовить вместе!

На кухне царил организованный хаос. Макс, засучив рукава, управлялся у плиты, Степа с серьезным видом перебирал в дуршлаге мытые овощи, а мне поручили нарезать хлеб и накрывать на стол.

– Папа, а можно я положу вот это? – Степа потянулся к полке со специями.

– Только чуть-чуть, – предупредил Макс. – И не красный перец, помнишь, что было в прошлый раз?

Степа задумчиво потер подбородок, явно вспоминая тот «огненный» суп, и хмыкнул.

– Ничего не было. Так немного остловато. Пожгло лот и нос.

– Кажется, в тот раз