Рэй Морган - Ее Валентинов день

  Джейми плакал. Она схватила полотенце и услышала возле двери в ванную напряженный голос Макса:

  -  Кэрри, ребенок плачет. Почему он плачет?

  -  Возьми его на руки и посмотри, что ему нужно! — крикнула Кэрри, быстро вытираясь полотенцем.

  Надев халат, она выскочила из ванной и побежала к плакавшему Джейми, крича на ходу успокаивающие слова:

  -  Иду, иду! Все хорошо, малыш!

  Макс стоял в детской рядом с кроваткой и в замешательстве смотрел на малыша. Кэрри взяла ребенка на руки и качала до тех пор, пока он постепенно не успокоился. Потом подняла глаза на Макса и наткнулась на его хмурый взгляд.

  -  Почему он плакал? — спросил он.

  - Успокойся. Случается, что дети плачут.

  Он нахмурился еще больше.

  -  Но ведь, когда няня позволяла ему плакать, это было плохо...

  Стоп. Когда-то это уже было... Что-то похожее она слышала давно-давно.

  Услужливая память тут же выдернула эпизод из своего хранилища.

  Было очень поздно, когда Мишель расплакалась, и Кэрри никак не удавалось успокоить ее. Она пошла согреть бутылочку, чтобы отнести ее малышке. И в этот момент Брайан вышел из себя.

  —  Разве ты не можешь заставить ос замолчать?! — рявкнул он из спальни. — Я должен поспать! Знаешь ли, утром мне надо на работу!

  -  Сейчас-сейчас, одну минуточку!

  —  Кэрри, если ты не заставишь этого ребенка замолчать, я уйду. Я не могу так жить.

  —  Брайан, дай мне минуту...

  Из спальни донесся грохот: Брайан запустил лампой в стену.

  Кэрри отогнала от себя это воспоминание. Она взглянула в лицо Максу.

  —  Ты оставила его одного, — в голосе Макса звенели обвиняющие нотки. — Почему это случилось?

  Кэрри глубоко вздохнула и собралась с силами.

  - Макс, послушай меня внимательно. Когда я пошла принять душ, ребенок спал. Он остался один всего на несколько минут.

  Кэрри с серьезным видом смотрела ему в лицо. Наверняка он разумный человек и должен это понять.

  Но, может быть, она ошибается и Макс такой же, как Брайан? У нее упало сердце. Что тогда делать, если так оно и есть?

  -  Макс, дети часто плачут. Конечно, их нельзя оставлять в одиночестве на протяжении нескольких часов, но иногда это происходит.

  Она с облегчением видела, как его взгляд постепенно теплеет. Макс посмотрел на ребенка и, слегка смутившись, провел рукой по своим волосам, потом посмотрел на Кэрри.

  -  Извини, — отрывисто произнес он. — Конечно, ты права. Просто я вошел и услышал его плач, а тебя не было.

  Охватившее ее чувство облегчения переросло в нежность. Ей захотелось прикоснуться к Максу, погладить его по щеке. Вместо этого она спросила:

  -   Почему тебя так сильно беспокоит детский плач?

  Макс замер. Судя по всему, вопрос слегка ошарашил его.

  - Наверное, из-за опасения: вдруг что-нибудь случится, а я не сумею это исправить, — наконец признался он.

  Слава богу, что все ее опасения оказались напрасны. Он все-таки не похож на Брайана.

  -  Хороший ответ, — прошептала она. — То есть это не означает, что шум доводит тебя до безумия?

  -  Ну, я не могу сказать, что люблю шум, — усмехнулся он. — Но, по-моему, до безумия — это было бы уже чересчур.

  -  Хорошо.

  Она в порыве радости обняла его одной рукой, прижимая другой к себе Джейми. А потом зашагала с малышом в гостиную. Макс пошел следом.

  -  Что там? — воскликнула она, обводя взглядом пакеты и коробки.

  -  Подарки для моей мамы. Подарки для слуг в доме моей мамы в Венеции. Подарки для всех, кто у меня работает. — Он покачал головой, в замешательстве глядя на нее. — Черт возьми, почему женщины так любят подарки?

  Она пожала плечами и усмехнулась:

  -  Однако это ведь ты их покупаешь.

  -  Меня заставила Си Джей.

  -  Конечно. — Кэрри фыркнула. Он искоса бросил на нее взгляд.

  -  Я хотел купить подарок тебе. Но Си Джей не пришла от этого в восторг.

  -  Спасибо, но это лишнее. Достаточно того, что я нахожусь здесь и забочусь о Джейми.

  -  Мне все время хотелось вернуться сюда, к тебе, — мягко произнес он.

  Она закатила глаза:

  -  О да, ну конечно.

  -  Нет, действительно. Ты этому не веришь?

  Кэрри снова посмотрела на него и почувствовала, что краснеет. Да, она этому и верила, и не верила. Но его искренний, открытый взгляд говорил, что это правда, и зажигал в ней радость жизни. Как и тот сегодняшний утренний поцелуй... При воспоминании об этом из ее груди вырвался тихий вздох. Судя по его глазам, Макс ищет повод, чтобы повторить это.

  -  Макс, мы должны поговорить.

  -  О том, чтобы мы не увлеклись друг другом? - догадался он, словно только что думал об этом.

  -  Вот именно. — Кэрри покачала головой. — Особенно если ты собираешься жениться на Си Джей.

  - Жениться на Си Джей... — Он тяжело опустился на диван и застонал, обхватив голову руками. — Это будет не так легко, как казалось раньше.

  -  Кажется, она не очень тебе нравится.

  -  Ты ведь это понимаешь, правда? — Он взглянул на Кэрри из-под прядей блестящих черных волос, падавших на глаза. Ей немедленно захотелось коснуться их рукой. — Было бы нечестно сказать, что она мне не нравится. С ней все в порядке. Любой мужчина от нее был бы без ума. — Внезапно он фыркнул от смеха. — Например, Рэнди.

  Она с улыбкой кивнула.

  -  Кажется, он очень увлекся ею.

  -  О да. И не сводит с нее глаз.

  - Тогда пусть он женится на ней! — Кэрри щелкнула пальцами, подытожив сказанное.

  -  Хорошая идея. Но есть одна проблема: тогда не будет ранчо.

  Она уселась рядом с ним на диван и, положив ноги на низкий столик, посадил на колени Джейми. Ребенок засмеялся, глядя на Макса и Кэрри, и они с ним поиграли. Потом она повернулась к Максу:

  -  Ты всерьез подумываешь жениться на ней только ради этого ранчо?

  — Да, всерьез.

  Она не ожидала ощутить это: когда сердце словно пронзает ножом. Убежденность Кэрри в том, что для нее это ничего не значит, оказалась  плохим щитом от непрошеных чувств.

  —  Почему?

  Он посмотрел на нее ясными и полными решимости глазами.

  —  Ради моей мамы.

  —  Это она говорит тебе, на ком жениться?

  —  Нет. — Он покачал головой. — Ты не понимаешь.

  Она пожала плечами.

  —  Вот именно.

  - Хорошо. Я попытаюсь объяснить.

  —  Пожалуйста, попытайся.

  Он сидел не шевелясь. Ее сердце тревожно забилось, отозвавшись на чужое большое горе, о котором этот человек решился поведать.

  -   Мой  брат Джино,  он  недавно  погиб,  был прекрасным человеком.

  По его напряженной позе было понятно, насколько трудно ему об этом говорить. Он подался вперед, положил локти на колени и обхватил голову руками. И Кэрри захотелось пожалеть его, погладить густые, блестящие волосам. Но она молча ждала.