Карла Неггерс - Заветное желание

Она фыркнула, и Майкл вспомнил ее мать, Хейзл Олсон.

— Я не неразборчива, — заявила она.

Он засмеялся:

— Я в этом ничуть не сомневаюсь. Лиззи уже покусывала губы, понимая, что Элизабет Гест никогда бы не выразилась так старомодно и щепетильно.

— Нам надо работать, Майкл, — резко бросила она. — Я не собираюсь отрывать у вас время.

— А-а… — Его глаза живо поблескивали, а голос был спокойным и серьезным. — Это никогда не мешает и не отвлекает от работы.

Она хмыкнула в ответ, понимая, что устоять перед его юмором, смешанным с серьезностью, просто невозможно.

— Вы хотите сказать, что не назначаете женщинам свиданий?

— Нет, я назначал очень много свиданий, но никогда не увлекался ими во вред работе. Такое со мной впервые.

— Из-за меня вы забросили работу?

— Не передергивайте, дорогая. Я ведь не жалуюсь, правда?

Она встряхнула головой и сморщила губы, на которых еще оставалась влажность его поцелуев.

— Элизабет, — угрожающе проговорил он, — вы же не думаете снова о сандаловом дереве, не так ли?

— Я думаю о вашей комнате отдыха.

— Хотите пристроить там кровать?

— Майкл! — Смех душил ее. — Вы невозможны!

— Зато до конца честен.

«Ха!» — подумала она, вспомнив его рассказ о жизни на ферме. Майкл Вольф ни разу не доил коров, но, конечно, Элизабет Гест не может про это знать. Поэтому она решила не вдаваться в его «загадочное прошлое» и осторожно предложила приступить к работе.

— Да, мэм, — весело согласился он. Через некоторое время они встретились в приемной с Челси. Уже позже Лиззи и Челси обсудят, что хочет получить Майкл и как представляют себе будущий офис его сотрудники, и выработают рабочий компромиссный план. И, естественно, у Лиззи будут собственные идеи.

— Перекусим вместе? — предложил Майкл. — Я угощаю.

Лиззи начала отнекиваться, но Челси, которая никогда не отказывалась от угощений, с радостью согласилась.

— После этого я отвезу вас и покажу квартиру, если у вас найдется свободное время.

— Квартиру… Вы хотите сказать, что нашли подходящий вариант? — Челси готова была подпрыгнуть от радости, но сдержалась. — Здорово!

Майкл выглядел ужасно самодовольным, но ничего не оставалось делать, как пойти с ним в дорогой и первоклассный ресторан.

«Пожалуй, за время работы с Майклом я наберу пару килограммов», — подумала Лиззи.

— Кстати, красавицы, — сказал Майкл после того, как официант принес блюда, — я взял на себя смелость предложить вашу фирму одному из своих клиентов, Лауре Голд. Она вице-президент одной из инвестиционных компаний на Уолл-стрит и написала замечательную книгу по менеджменту. Они собираются переоборудовать свое помещение, а это около нескольких тысяч квадратных метров. Она попросила, чтобы вы с ней связались.

— О, пресвятая Богородица… Лиззи перебила подругу:

— Я обязательно позвоню ей в ближайшее время.

— Может, даже и сегодня, — пробормотала Челси.

— Вероятно, — сказала Лиззи, — но мы очень заняты.

Майкл про себя улыбнулся. Он чувствовал себя этаким покровителем. Ну, просто Санта Клаусом. Заплатив за ланч, он вышел вместе с женщинами на улицу. У него возникло желание взять Лиззи за руку, но она была задумчива и холодна. Посмотрев на ее подругу, он заметил, как из-под парика выбиваются светлые волосы. Кто же она, черт возьми?! Высокая блондинка, подруга Лиззи.

— И как давно вы знаете друг друга? — спросил он, пока они поворачивали за угол, чтобы поймать машину, и краешком глаза наблюдая за ними.

К облегчению Лиззи, Челси быстро нашлась:

— Несколько лет.

— Неужели? А складывается впечатление, что вы знакомы всю жизнь.

«Попал в самую точку», — подумала Лиззи.

— Мы очень тесно работали, и у нас весьма близкие взгляды на дизайн. И мы просто хорошие друзья.

— А вы из Нью-Йорка, Челси?

— Да, я родилась в Куинсе, — кивнула она.

— Акцент у вас не похож.

— Конечно, не похож, — ответила Челси, как будто, так и должно было быть. — Я специально старалась от него избавиться. И даже несколько лет прожила в Лондоне… А где находится эта квартира?

— В районе Девяностых улиц. Один из моих клиентов, писатель, снимал ее пару месяцев, но теперь он подыскал себе другое жилье. Он любит работать в разных местах. Знаете, такая прихоть.

— Джонатан Макгавок? — поинтересовалась Лиззи.

— Да, Гриннинг, — ответил Майкл, назвав известный псевдоним писателя. — Оригинальная личность. Правда, он доставлял мне кучу неприятностей, но, слава Богу, он стоит этого.

Вольф ухмыльнулся, когда заметил, как вздрогнула Лиззи. На какой-то миг он снова ощутил себя безжалостным Майклом Вольфом, каким старался быть в течение нескольких лет. Бедняжка, она подумала, сможет ли оправдать то беспокойство, которое причинила ему. Кто знает? Может, да, а может, и нет. По крайней мере, эта неделя была очень интересной. Да, сомнений не оставалось. Давно он не чувствовал такого оживления и радости. Пожалуй, с тех пор, как когда-то подшутил над Лиззи и ее подругой Люси Тервилигер.

Стоп. Так вот оно что — Люси Тервилигер!

Нахмурив брови, он пристально окинул взглядом Челси. Избавиться от парика, распустить волосы — и перед ним предстанет Люси. Черт побери! Челси Бернард — Люси Тервилигер! Да, весь Уилсон-Крик перебирается в Нью-Йорк.

— Что-нибудь не так? — холодно поинтересовалась Челси.

— Нет, — сказал Майкл, раздумывая над своим открытием.

Но Лиззи беспокойно покусывала губы. Они сели в такси и отправились по нужному адресу, и все это время Майкл думал, что он скажет своей коварной матери. Но как Люси умудрилась стать Челси Бернард? И что связывало их в этой истории?

— Какова плата за квартиру? — спросила Челси.

Сначала он собирался снизить ее вдвое, но теперь сообразил, что они наверняка разделят ее пополам, и понял, что в упоении своей благотворительностью зашел слишком далеко. Кроме того, если Лиззи все поймет, то обвинит его в нечистых намерениях. А в ее головке под париком было достаточно упрямой гордости. Если они собирались провести старого друга, то уж точно смогут стать настоящими нью-йоркцами и платить реальную цену за жилье.

— Девятьсот, — коротко проговорил он.

— В месяц? — Это была Челси.

— Да, цена вполне приемлемая.

— Хм, — пробурчала Челси.

— Не упирайся, Челс, — сказала Лиззи. — Это почти столько же, сколько ты платишь за свою квартиру, а ты всегда говорила, что хочешь жить в Восточном районе. Девять сотен — цена разумная.

— А тараканов там нет? Вольф засмеялся.