Бетти Нилс - Молчаливый профессор

     — Ну как, виделись с Филдингом? Сначала это неприятно, а потом привыкнете.

     Он остановился и, как обычно, преградил ей дорогу. Меган довольно холодно поздоровалась с ним. Зачем начинать день с неприятного для нее разговора, когда ей так хочется вообще забыть об этом? Но он, очевидно, ждал ответа, и она сказала:

     — Да, я видела Оскара несколько раз. И он, и Мелани очень счастливы, я тоже счастлива.

     Она подняла на него глаза и с досадой увидела, что он улыбается.

     — Что ж, это хорошая новость. Вы слишком молоды, чтобы озлобиться. Я думаю, вообще полезно влюбиться, разлюбить, полюбить другого... Зато когда придет настоящее чувство, вы поймете разницу. Как понял Филдинг...

     — Какой вы злой, — сказала Меган. — Я помню, что вы врач и мне полагается уважать вас, но сейчас мы не на работе.

     — Просто вы не в настроении, признайтесь честно, Мег. В первый же ваш выходной я отвезу вас к родным, чтобы они увидели, что вы совсем оправились.

     Меган судорожно глотнула воздух.

     — Я не хочу... — начала она с раздражением.

     — Это будет в пятницу, не так ли? В восемь тридцать я заеду за вами. Постарайтесь быть готовой к этому времени.

     — Нет, не буду. — Меган сердито тряхнула головой.

     Ей удалось проскользнуть мимо него, и она направилась в свое отделение. Из-за него она опоздала, к тому же и настроение он ей испортил.

     Медсестру, дежурившую ночью, она слушала рассеянно, другой сестре даже пришлось кое-что повторить, чего раньше никогда не случалось. Когда они ушли и Меган осталась с Дженни обсуждать план работы на день, она, в полной рассеянности, стала рисовать каракули на чистом листе блокнота, в то время как верная Дженни тщетно старалась заинтересовать ее соображениями миссис Бриггс относительно съеденного ею завтрака. Наконец, поймав недоуменный взгляд Дженни, Меган с неловкой улыбкой сказала:

     — Прости, Дженни, я отключилась. Так что ты говорила насчет миссис Бриггс? Похоже, она большая зануда, так ведь? Давай передвинем ее кровать к другой стене, пока у нее не возникли осложнения с миссис Коук, ее пожилой соседкой. — Меган перевернула страницу блокнота. — Так кого мы сегодня отправляем на операцию?

ГЛАВА 5

     Не раз Меган убеждала себя, что вовсе не собирается ехать в пятницу с профессором, однако вдруг обнаружила, что стоит перед шкафом и выбирает, что бы такое надеть понаряднее, чтобы выглядеть как можно лучше. Пожалуй, она остановится на коротком сером жакете и плиссированной юбке. Этот наряд достаточно элегантен и идет ей. Она приготовила эти вещи на утро, легла спать, но через полчаса поднялась, убрала все обратно в шкаф и достала темно-коричневую вельветовую юбку, шелковую блузку цвета ржавчины и коричневый кардиган с воротником-шалькой: Ведь она предполагала погулять, покопаться в саду, так что глупо было наряжаться. И тут комок вдруг подступил к горлу: ей вообще не стоило наряжаться, разве был у нее кто-нибудь, ради кого это стоило делать? Она снова легла и скоро заснула. Однако ночью несколько раз просыпалась и наутро выглядела едва ли лучшим образом, хотя и приложила все усилия, чтобы это скрыть. Поэтому, когда она открыла постучавшему в дверь профессору, он тотчас заявил:

     — Вы снова плакали. Тем более стоит провести этот день в деревне.

     Он посадил начавшего было возражать Мередита в его корзинку, повел Меган к машине и помог ей сесть. Затем, поставив корзинку с котом на заднее сиденье, сел рядом с Меган.

     — Мы поедем кружным путем, хорошо? Когда вас ждут?

     — Если я еду на своей машине, я обычно приезжаю около одиннадцати.

     — Прекрасно. Мы поедем через Хай-Уайкомб, а затем свернем. У вас будет время рассказать мне, почему вы выглядите такой расстроенной.

     — Я не расстроена, профессор. Просто немного устала.

     — Если вас больше это устраивает, объясните, почему вы немного устали? — Он мельком взглянул на нее. — У вас слишком много работы?

     — Нет, конечно, — резко ответила она. — Я выполняю эту работу уже почти пять лет...

     — Вам нужно сменить обстановку, вырваться из привычного круговорота.

     — Таким образом вы тактично даете понять, что теперь, когда мы с Оскаром разорвали помолвку, мне было бы лучше покинуть Регентскую больницу. — Меган повысила голос.

     — Ничего подобного. Вы прекрасная палатная сестра, и я бы первый пожалел, если бы вы ушли.

     — Но вы сами мне только что предложили...

     — Уйти? Да. — Он говорил спокойно. Он почти всегда говорил спокойно. — Но решать вы должны сами. Как только вы встречаете Оскара — а, работая в больнице, вы не можете его не встречать, — вы нервничаете и плачете, и не потому, что вы его любите, а потому, что вас мучают воспоминания, а это, Меган, пустая трата времени.

     Сначала Меган возмутилась до глубины души. Она не хотела соглашаться с профессором, но, конечно же, он прав, хотя это и означает, что ей придется оставить работу в этой больнице, — работу, которую она любила, которую выбрала, как она считала, на всю жизнь, и начинать сначала, вдали от Лондона, где-то, где она может встретить Оскара разве что случайно. Она уже стала перебирать в уме места, куда могла бы поехать, когда профессор прервал ее размышления.

     — Забудьте об этом, — тихо сказал он. — Радуйтесь сегодняшнему дню. Я сейчас сверну, и мы поедем по красивой дороге. А что вы собираетесь делать дома?

     — Поработаю в огороде, погуляю с Мелани. Мама, конечно, угостит чем-нибудь вкусным.

     Они ехали по проселочной дороге, по обеим сторонам которой росли деревья, а дальше расстилались поля. Небо было голубым, но дул бодрящий ветерок, и на горизонте собирались облака.

     — Отличная погода для прогулки, — заметил профессор, — и вам совсем не повредит как следует закусить. Вы похудели за последние дни.

     Меган покраснела и пожалела в глубине души, что была с ним откровенна. Его тон был совершенно бесстрастен, так говорят врачи со своими пациентами. Она смотрела в окошко и не заметила его быстрый взгляд и легкую улыбку.

     В половине одиннадцатого они подъехали к дому ее родителей. Меган не предупредила мать, что приедет с профессором, поскольку до последней минуты была уверена, что не поедет с ним. Однако миссис Роднер ничем не показала своего удивления, увидев его «роллс-ройс», она вышла их встретить, обняла дочь и повернулась к профессору:

     — Я рада вновь увидеть вас. На этот раз вы обязательно останетесь выпить кофе. — Она повела гостей в дом. — Вы в самом деле никуда не торопитесь?