Волны любви. Маленькие семейные истории - Диана Вран

— Хенри! Быстро встал и пошел к машине!

И Хенри встал. И пошел. Раздетый. С непокрытой головой и в тонком джемпере на хлопковую футболку.

Вальтер схватил куртку, побежал за ним следом и бросил ее на заднее сиденье, где уже сидел сын. Лина наблюдала через стекло входной двери как машина тронулась с места, выехала на проезжую часть, и в этот момент задняя дверь приоткрылась, а на тротуар полетела злосчастная куртка.

Некоторое время ничего не происходило. Машина не двигалась, было видно, что и водитель и пассажир сидят на своих местах. Минут через пять Хенри вышел, поднял куртку и понес ее в дом. Лина выскочила навстречу с пальто в руках и помогла ему одеться. Вальтер собрался присоединиться к ним и шел к дому с каменным лицом. Но вдруг передумал и остановился на полпути. Когда Хенри поравнялся с отцом, они вместе пошагали к машине.

Лина смотрела им вслед. Со спины Хенри был похож на уменьшенную копию своего отца. Особенно в этом пальто.

Вернувшись в дом, она поднялась на второй этаж и решилась заглянуть в комнаты Хенри. Она здесь еще не была. То там торчал Вальтер, то Хенри зависал у отца в кабинете. А еще она боялась неосторожного вторжения в его хрупкий мир.

Вальтер отдал сыну две лучшие комнаты, где первоначально он устроил свой рабочий кабинет и спальню за стенкой. В этот раз он сначала решил не снимать отдельное помещение под офис, а устроить его в доме. Большая светлая комната на втором этаже рядом с лестницей как нельзя лучше подходила для этой цели. Но когда приезд сына стал реальностью, Вальтер все переиграл и объявил, что здесь Хенри будет заниматься уроками и проводить досуг, а в смежную комнату удачно вписывалась детская спальня. Лине было все равно, ведь это не ее офис, только с иронией наблюдала его суету вокруг обустройства детских апартаментов.

Везде был порядок. Все вещи лежали на своих местах. В спальне на тумбочке возле кровати стояла фотография Елены. Лина не ожидала увидеть ее и непроизвольно вздрогнула. Она осторожно прикоснулась к рамке.

— Ну, что, авантюристка? Теперь ты в моих руках и я могу сделать с тобой все что угодно. Мечтала ли ты о том, что мы с тобой будем жить под одной крышей?

Через два часа Вальтер позвонил ей и сообщил, что сегодня он сам заберет Хенри после уроков.

— Вальтер, мы же договорились, что после уроков я буду забирать сына. Ты не находишь, что с появлением Хенри в нашей жизни стало слишком много экспромтов?

— Лина, сегодня у него первый день в гимназии. Хочу предложить ему в знак этого события купить какой-нибудь подарок. И потом… Мне надо убедиться, что утренний конфликт исчерпан.

— Вальтер, ты скоро разоришься. Имей ввиду, что моих доходов на нас троих не хватит.

— Хорошо, я приму твои слова к сведению. У меня есть еще вариант пойти на содержание к сыну.

— Разве у него есть деньги?

— Он наследник своей матери. Елена оставила ему квартиру, деньги. Ну, а в критической ситуации продадим куртку. Ведь у нас теперь есть новое пальто.

Шутка Вальтера пролетела мимо ушей Лины. Ее затормозило на первых двух фразах.

— Вальтер, ты мог бы пощадить меня и не произносить при мне ее имени.

Спустя какое-то время после этого разговора Лина вдруг подумала, что вообще-то стоило бы поблагодарить Елену. Если бы не Елена, она так и не поняла бы, что любит Вальтера. И вовсе не привычка тому виной, что она с ним уже столько лет. Ведь ей никогда в голову не приходило искать серьезных отношений в другом месте. Осталось только понять когда пришла эта любовь — в юношеские годы во время совместных дерзких вылазок за город, за которые им здорово влетало от дяди, или позднее, когда они уже были вместе.

Портрет

Сюрпризом для меня стало то, что у отца была жена, Лина. Они были женаты давно, ещё до того как отец познакомился с моей мамой. А я размечтался, что мы будем жить вдвоем и уже нафантазировал некоторые сюжеты нашего совместного жития. Может, у вас и дети есть? Куда же ты полез, дурак? Действительно, недобитый фашист. Ну, держитесь у меня! Теперь никаких «Вы»! Обойдетесь! Вернее, обойдешься.

Только когда на следующее утро я попробовал «тыкнуть», обращаясь к отцу, мне показалось, что он обрадовался. Это меня разочаровало. Ничего, что-нибудь получше придумаю. Неплохо бы посоветоваться с бабушкой, но у меня теперь нет телефона. Зачем, спрашивается, я оставил свой телефон в Шереметьево? Видимо, здорово меня колбасило! Просить телефон у отца, та еще идея. «Папа, дай мне, пожалуйста, твой телефон позвонить бабушке, чтобы спросить у нее как тебе насолить». Жесть, вообще-то.

Следующей ночью я долго не мог заснуть, строил планы мести отцу, Лине. Но в голову лезли одни мелкие пакости, возможно, потому, что было не совсем ясно за что же мстить. Я начал засыпать, когда вдруг меня пронзило: куда же тогда ездила каждое лето мама? где она жила по два месяца? Неужели в одном доме с Линой? Мысли потекли в сторону воспоминаний о маме и в конце концов я пришел к выводу, что мама была достойна счастья. Она была лучшей в мире мамой. Почему бы ей не быть лучшей в мире женщиной. На нее заглядывались многие мужчины, я замечал. Но она выбрала этого недобитого фашиста. Надо присмотреться, что же в нем такого хорошего? На этом я успокоился и заснул с намерением завтра обследовать весь дом. Вдруг найдутся следы маминого пребывания здесь?

Когда на следующий день отец и Лина уехали на работу и оставили меня до обеда одного, я приступил к своим расследованиям.

Дом, казавшийся большим снаружи, внутри был не так уж велик. Почти весь первый этаж занимали хозяйственные помещения. Я сразу же забраковал их как объект своих поисков. Не мог же Вальтер прятать маму в гараже или прачечной! На втором этаже находились три спальни, гардеробная и, судя по всему, отцовский кабинет. Обыск спален