Мэри Лайонс - На крыльях любви

— Только учти, я ничего не буду читать, пока не приму душ и не переоденусь Если предпочитаешь ждать, можешь налить себе чего-нибудь выпить, — проворчал он, небрежно ткнув пальцем в сторону столика, на котором стоял поднос с напитками, и быстро вышел из комнаты.

Ничего себе манеры! Алекс, хмыкнув, покачала головой, положила папку на боковой столик и медленно прошлась по гостиной.

Вот во вкусе ему действительно не откажешь, честно призналась себе Алекс. Хотя в основном здесь потрудился опытный дизайнер, можно догадаться, что широкие, удобные диваны и кресла, драпированные велюром цвета слоновой кости, и серебристые шторы на высоких, от потолка до пола, окнах — явно выбор самого Гамильтона.

Полированный пол устилал роскошный персидский ковер в палевых тонах, стены украшали английские и итальянские пейзажи восемнадцатого века. Вдоволь налюбовавшись картинами и огромным мраморным камином с искусственными поленьями, Алекс подошла к изящному столику с напитками.

Внезапно ей страстно захотелось уйти отсюда, подобру-поздорову. Алекс упрямо тряхнула головой. Нет, теперь отступать поздно, решила она. Раз уж заявилась, надо стоять до конца. Глоток спиртного не повредит, по крайней мере успокоит нервы. Алекс с жадностью посмотрела на бутылку виски, но, памятуя о том, что ей еще вести машину, налила себе красного вина.

С бокалом в руке она пересекла гостиную и остановилась у одного из окон. Внизу простирался Гайд-Парк, но в такой поздний час почти ничего не было видно. Девушка подошла к другому окну и обнаружила, что оно выходит на широкий балкон. Вот откуда любоваться парком! Наверняка именно здесь отдыхает Лео от трудов праведных в солнечные дни…

Алекс с завистью вздохнула и отвернулась. Внезапно ее внимание привлекла небольшая картина на противоположной стене. Подойдя, она поняла, что это вовсе не картина — под стеклом, на фоне темно-красного бархата висела серебряная медаль на широкой ленте.

Ну да, конечно! Как она могла забыть о той статье Джеймса Босуэлла, ведь там говорилось, что Лео выиграл серебряную медаль в фехтовании. Алекс напрягла память. Вспомнились старые фильмы с Эрлом Флинном, лихо протыкающим шпагой бесчисленных врагов, и современные соревнования, где одетые во все белое фехтовальщики с закрытыми масками лицами атаковали друг друга на узком помосте. Времена средневековых дуэлей канули в Лету, равно как и шпаги с мечами. Теперь дерутся на рапирах и шпагах. Там еще вроде загораются какие-то лампочки. Вот и все ее познания в этом виде спорта.

Алекс задумчиво разглядывала медаль и поняла, что Лео вернулся, лишь тогда, когда он негромко кашлянул и направился к столику с напитками. Она медленно обернулась и проследила взглядом за высокой фигурой, облаченной в короткий темно-зеленый махровый халат.

— Я… я не знала о твоей олимпийской медали. Если быть точнее, до вчерашнего дня не знала, — проговорила Алекс, старательно отводя глаза от его длинных загорелых ног.

Лео пожал плечами.

— А почему ты должна была знать о ней? — Он бросил несколько кубиков льда в стакан с виски, потом подошел к Алекс и неожиданно улыбнулся. — Фехтование сейчас не пользуется особым вниманием у публики. А что до медали — мне просто повезло. Мой противник все время вел в очках и вдруг споткнулся, упал с помоста и подвернул ногу.

Глядя на медаль, Лео поднес стакан к губам.

Стараясь не слишком активно реагировать на сокрушительной силы сексуальную привлекательность, которую в эту минуту излучал вокруг себя человек, усевшийся напротив и медленно потягивающий золотистый напиток, Алекс обеими ладонями сжала бокал с вином, рискуя раздавить хрупкий хрусталь. Черт, подумала она, и как это ему удается? Только что едва не выставил ее из дома, а сейчас — само благодушие. Будто где-то внутри его организма имеется невидимая кнопочка, которую он усилием воли нажимает в нужный ему момент.

Господи, до чего же Лео красив! Изучая его лицо, Алекс машинально отметила, что он успел побриться. Интересно, о чем он сейчас размышляет? А что, если захочет снова поцеловать ее? Нет уж, дудки, этого она ни за что не допустит!

Для Алекс существовал неписаный закон, который она свято соблюдала: никогда не заводить амуры с женатыми или помолвленными мужчинами. А Лео практически помолвлен. Вот и не забывай об этом! — велела она себе, но тут же вздрогнула, вспомнив опаляющее огнем прикосновение его жестких губ и жар большого упругого тела, когда он обнимал ее вчера в своем офисе, намертво прижав к камину.

Нет, я положительно выжила из ума! — решила Алекс. Да он и не думает бросаться на меня с поцелуями. Ему и в голову такое не придет. А тот… постыдный для меня, да и для него самого эпизод в офисе — просто результат того, что я вломилась к нему и стала лезть в душу со своей серией статей. Любой бы вышел из себя, а у него злость вылилась таким несколько странным образом.

Давай, Алекс, соберись и не будь дурой! — приказала она себе. Да, Лео Гамильтон поразительно хорош собой, да, он неотразим — ну и что с того? Во-первых, у него отвратительная репутация; во-вторых, он помолвлен с Фионой Блисс; а в-третьих — и это самое главное, — тебе глубоко отвратителен этот мерзкий тип. Вот об этом и помни, чтобы снова не выставить себя на посмешище.

Будто услышав мысли Алекс и стремясь вернуть ее расположение, «мерзкий тип» опять взглянул на нее и одарил широкой белозубой улыбкой, от которой у девушки зарябило в глазах.

— Слушай, сестричка, мне очень неловко, что я встретил тебя в плохом настроении и вел себя как самый настоящий брюзга. Мне было необходимо принять душ и выпить. — Лео тряхнул стаканом, и кубики льда мелодично зазвенели. — День выдался ужасно тяжелым, но это еще не повод срывать свою усталость на тебе.

Он встал, подошел к боковому столику и взял ее папку. Черновые наброски Алекс о водопроводчике и фининспекторе сначала быстро пробежал глазами, потом вернулся к началу и прочитал уже более внимательно. Затаив дыхание, девушка следила, как он аккуратно закрыл папку и сделал большой глоток виски.

— Нечего торчать у окна словно фонарный столб, — с усмешкой протянул Лео, разглядывая застывшую Алекс. — Давай-ка расслабься, сними жакет и присаживайся. Ты слишком напряжена.

Алекс дернула плечом.

— Я, видишь ли, не могла предугадать твою реакцию, потому и не стала садиться, чтобы в любую минуту успеть улизнуть, — пояснила она, освобождаясь от жакета из добротного твида. Потом медленно пересекла комнату и опустилась в глубокое мягкое кресло. — Ну, и как ты находишь мои черновики?

— Неплохо, совсем неплохо. В сущности, должен признать, что у тебя хороший слог.