Бывший-босс. Ты мой папа? (СИ) - Саяна Горская

— И я очень рада за тебя, но у нас будет ребёнок. Внутри меня растёт жизнь, понимаешь? Это не просто планы, это уже реальность. И ты так же, как и я, несёшь за это ответственность.

Он резко поднимает взгляд.

— Я согласен. Совершенно согласен, но…

— Но ты не собирался иметь детей со мной, да?

Макар напрягает челюсть.

— Я хочу детей, Лида. Но есть обстоятельства, которые против этого.

— Какие обстоятельства⁈ — Мой голос предательски дрожит. — Ты говорил, что любишь меня. Или это тоже было не всерьёз?

— Я люблю тебя. Но всё не так просто.

И в голове моей мелькает страшная догадка.

Страшная, однако до мельчайшей детали объясняющая всё происходящее.

— У тебя кто-то есть? В твоём городе тебя ждёт жена, семья, да?

— Лида, прекрати. Ты сейчас говоришь глупость, — голос Макара становится жёстче, но он держит себя в руках. — Как ты видишь своё будущее? Какая картина семьи для тебя идеальна?

— Я хочу видеть рядом любимого мужчину, — говорю я, с трудом справляясь с дыханием. — Надёжного, готового быть рядом в любой ситуации.

— Хорошо. А дети? Дети обязательно должны присутствовать в этой твой идеальной картине будущего?

— Конечно!

Макар сжимает пальцы, напряжённо всматриваясь в моё лицо.

— Ты уверена?

Встаю из-за стола.

— Я надеялась на совершенно другой разговор. Но, знаешь что? Забудь.

— Лид, прошу, просто дай мне пару часов, чтобы прийти в себя, идёт? Я… Я шокирован, честно признаюсь. Мне нужно разложить всё это в своей голове, и тогда мы сможем обсудить и понять, что делать с этой проблемой.

— С этой проблемой? Это ребёнок, Макар!

— Технически — ещё нет. Это даже плодом пока нельзя наз…

Не даю договорить.

Хватаю бокал с водой и выплёскиваю ему в лицо.

— Пошёл ты!

Ухожу, не оборачиваясь.

Глава 2

Сжимаю в ладонях стакан с чаем, но тепло не проникает в пальцы, совсем не греет. Да и вряд ли сможет — мне холодно изнутри.

Вот оно — истинное лицо человека, которому я доверяла. В которого влюбилась без оглядки, как девчонка, как наивная глупая дура!

А ведь мне, на минуточку, уже двадцать девять!

В этом возрасте уже давно пора завести семью, детей. И Макару, которому тридцать восемь, тем более.

А может, я не ошиблась, думая, что у него есть жена и дети? А я для него всего лишь лёгкое развлечение, приятное времяпрепровождение и лекарство от скуки в чужом романтичном южном городе?

Чёрт.

Телефон вибрирует.

Макар.

Я стискиваю зубы, заглушаю звук вызова и переворачиваю гаджет экраном вниз.

Нет.

Я не стану с ним разговаривать. Точно не сейчас. Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями. Чтобы понять — нужен ли мне мужчина, который готов избавиться от собственного ребёнка, как от проблемы?

Набираю пенную ванну, включаю музыку. Зажигаю свечи. Пока набирается вода — успеваю на нервах навести на кухне хрестоматийный порядок.

Сбрасываю с себя одежду и ложусь в горячую воду, позволяя пене мягко окутать тело. Закрываю глаза.

Надо расслабиться.

Надо подумать о чём-то другом.

Но мысли всё равно упрямо возвращаются к этому вечеру в ресторане. К тому, как он смотрел на меня. К его словам.

— Это даже плодом назвать нельзя, — фыркаю вслух, копируя голос Макара.

Господи. Как можно было так ошибиться в человеке?

Я ведь перед ним душу раскрыла. Я думала, что мы созданы друг для друга, что у нас есть будущее.

Идиотка.

Глупая, наивная идиотка.

— Расслабляешься?

Я вскрикиваю, резко распахиваю глаза и судорожно подгребаю пену к себе.

Макар стоит у двери в ванную, прислонившись плечом к косяку.

Я дышу тяжело, сердце колотится в горле.

Он медленно присаживается на край ванны, опускает руку за борт, пальцами проводит по моему колену.

— Я не мог до тебя дозвониться.

Прижимаюсь спиной к тёплой керамике, увеличивая между нами дистанцию.

— Может, если человек не берёт трубку, это значит, что он не хочет с тобой разговаривать?

Он задумчиво кивает.

— Об этом я как-то не подумал.

— Что тебе нужно, Макар?

— Я подумал о том, что ты сказала, — всматривается в моё лицо, будто пытается что-то прочитать по глазам.

Робкий огонёк надежды зажигается в груди. Может, просто не сразу дошло? Может, теперь он осознал, что скоро мы станем родителями?

— Лида, я всё обдумал и решил. Ты должна сделать аборт.

Шокировано моргаю.

— Что?

— Прости. Других вариантов нет. Это необходимость.

— Ты в своём уме? Ты понимаешь, что ты мне сейчас предлагаешь?

— Понимаю. В полной мере. И осознаю свою ответственность. Однако так будет лучше для всех.

— Для кого, Макар? Для всех — это для кого⁈

Он устало выдыхает.

— Для нас. Для тебя. И для этого… ребёнка в том числе.

— Для нас? — Горько усмехаюсь.

— Лида, у нас обязательно будут дети, но позже. Не сейчас.

— Ты хоть понимаешь, что одним из возможных осложнений аборта является бесплодие? Ты действительно готов так рискнуть, просто потому что сейчас тебе не подходит?

— Можно ведь усыновить. Удочерить. Это даже лучше.

Я смотрю на него, не веря своим ушам.

— Лучше? И чем же это лучше?

Макар раздражённо дёргает уголком губ.

— Не знаю… Тебе не придётся переживать беременность, токсикоз, отёки, изжогу, набор веса… растяжки…

Зажмуриваюсь крепко, чувствуя, как накатывает тошнота.

— Боже… Ты вообще слышишь, что ты говоришь? Ты правда думаешь, что меня волнуют растяжки⁈ Неужели за эти пять месяцев ты так и не понял, что я за человек?

— Лида, у нас есть будущее, но сейчас я просто не могу дать своё согласие.

— Скажи честно, — поднимаю на него испепеляющий взгляд. — У тебя есть другая женщина, да?

— Всё намного сложнее, чем тебе кажется, — хмурится Макар.

Я киваю. Губы дрожат. Подбородок тоже. Едва удерживаюсь от порыва позорно расплакаться.

— Всё понятно. Ты мог бы сразу сказать мне об этом, чтобы я не раскатывала губу.

Макар проводит рукой по поверхности воды, набирает в ладонь пену, затем сжимает её в кулаке. Пенные пузырьки лопаются с хрустом.

— Ты думаешь, мне просто? — Он смотрит на меня в упор. — Я привык решать проблемы. Решать их радикально. Но есть вещи, на которые я не могу повлиять. Которые я