Кэрол Дин - Мужчина на всю жизнь

— Не вижу никакой проблемы. А ты, Пол?

— Проблемы?.. Какой именно?

— Я имею в виду Линн. Она могла бы поехать с нами на обед.

Пол прекрасно знал, что Мишель частенько меняет свои планы, причем внезапно, но на этот раз он рот раскрыл от изумления. Должно быть, Линн увидела лицо Пола в зеркале заднего обзора и истолковала его удивление по-своему.

— О, спасибо за приглашение, — поспешно проговорила она, — но я вряд ли выдержу весь вечер в обществе. В данный момент мне хочется только одного: положить голову на настоящую парижскую подушку и крепко уснуть.

— В самом деле? — Мишель казалась разочарованной.

— Да-да, поверьте… А теперь расскажите мне о Париже. — Откинувшись на спинку сиденья, Линн с улыбкой посмотрела на собеседницу. — Я не могу дождаться встречи с ним.

— Ну, для покупок есть Галерея Лафайета, Принтем, рю де Парадиз, а также…

Мишель рассказывала, Линн внимательно слушала, а Пол тем временем вспоминал… Оказывается, он кое-что знал о жизни Линн Макдональд.

Она была вдовой — муж погиб в автомобильной катастрофе. И в той же катастрофе получил травму черепа ее сын, ставший членом Спортивного фонда Мэрион. Фонд был основан Квинном для помощи физически и умственно неполноценным спортсменам, и сын Линн Макдональд присутствовал почти на всех презентациях фонда и часто путешествовал вместе с Квинном, когда тот устраивал соревнования или искал спонсоров. Поскольку парень был уже довольно взрослым, Пол решил, что Линн Макдональд вдовствует лет шестнадцать, а возможно, дольше. «Посвятила себя сыну», — сказала о ней Эмили.

Заметив в зеркале недоуменно-вопросительный взгляд Линн и ее дружелюбную улыбку, Пол ощутил какое-то странное беспокойство. Снова уставившись на дорогу, он погрузился в раздумья.

Женщина, прожившая значительную часть своей жизни ради другого… Невероятно! Такую ему встречать не приходилось. Да и сам он всю жизнь заботился только об одном человеке — о Поле Севернсе. И надо заметить, ему везло: он неизменно получал все, чего желал; выгодные контракты, деньги, женщины — все доставалось без всякого труда, особенно женщины. Да, несомненно, он всегда был везучим парнем, и у них с Линн Макдональд нет ничего общего. Ничего общего? Ну и что? Он просто отвечает за нее до тех пор, пока не приедут ее сын, Квинн и Эмили. Он-то выдержит, вопрос в том, выдержит ли она.

— О Боже, вы только взгляните! — Линн, не скрывая восторга, смотрела на Триумфальную арку, напоминавшую в эти мгновения сверкающее полотно Ван Гога. — Неужели я в Париже?! — воскликнула Линн. — Да, я действительно в Париже! Действительно! На самом деле! — Она снова откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

«А ведь она еще способна радоваться жизни», — мысленно отметил Пол.

Миновав еще два квартала, они подъехали к отелю «Рояль», где должна была остановиться Линн. Пол подрулил к тротуару, и она, не дожидаясь, когда он откроет ей дверцу, выбралась из машины и подошла к багажнику — Пол уже доставал чемоданы.

— Спасибо, Пол. Теперь я справлюсь сама. Вы с Мишель уже и так опаздываете на обед.

— Ничего страшного. Вы бы спрятались от дождя под навесом, — он жестом указал на дверь отеля, — а я принесу багаж.

Пол ожидал, что она начнет возражать, но вместо этого Линн тихонько засмеялась.

— О'кей. Если мы будем здесь стоять, то вымокнем до нитки.

— Весьма разумное замечание, — улыбнулся Пол.

Они вместе поднялись к ней в номер. Пока носильщик раскладывал багаж, Пол обследовал апартаменты. Номер был старый, просторный, с высокими потолками, а с балкона, выходившего на улицу, можно было увидеть Триумфальную арку. Линн была совершенно очарована; она провела пальцем по старинному бюро, потом присела на край кровати, после чего отправилась смотреть ванную комнату. Когда она вернулась, носильщика уже не было: получив от Пола чаевые, он тотчас удалился.

— Здесь все очень французское, мне так нравится… — Линн подошла к арочному окну — в него задувал ласковый, чуть влажный ветерок. Потрогав белую кружевную занавеску, она обернулась к Полу, и лицо ее осветилось счастливой улыбкой. — Номер великолепный. А теперь, Пол, вам пора идти. Мишель заждалась, и я думаю, ей достаточно хлопот на один вечер. Передайте ей мою благодарность. — Она подошла к нему и поцеловала в щеку. — Спасибо, что встретили меня.

Этот поцелуй казался настолько обыденным, что Пол почувствовал себя двенадцатилетним мальчиком. Но уже в следующее мгновение он ощутил на щеке ее теплое дыхание, и это тепло тут же распространилось по всему телу. Осторожно сжав ее плечи, он заглянул в широко раскрытые зеленые глаза. Линн смутилась, перевела взгляд на его руки.

— Я позвоню вам завтра. — Пол отступил на шаг. — Если вы не против, мы сходим вместе на ленч. Я бы пригласил вас на завтрак, но не знаю, как долго вы будете отсыпаться.

— Вам не обязательно это делать.

— Что?

— Не обязательно куда-нибудь меня приглашать. Я знаю, Квинн и Эмили просили вас присмотреть за мной, но поверьте, в этом нет необходимости. Завтра я проснусь… когда проснусь и отправлюсь протирать подошвы своих туфель. Все будет чудесно. — Линн вскинула подбородок и поправила очки на переносице.

Пол в растерянности шагнул к двери. С тех пор как он приглашал женщину на ленч не ради дел, а просто так, прошло бог знает сколько времени, и еще больше времени прошло с того дня, когда женщина отказала ему.

— Я позвоню… Ну, скажем, в одиннадцать. — Он приложил палец к ее губам, давая понять, что не желает слышать никаких возражений. — Неужели вы хотите, чтобы Квинн занес меня в список провинившихся? Об Эмили я уж и не говорю.

— Но, Пол, я… Хорошо, буду готова. — Она одарила его очаровательной улыбкой — Значит, до завтра?

На сей раз Пол ее поцеловал. Поцеловал в лоб, точно ребенка.

Как только дверь за ним закрылась, Линн уселась на кровать и сняла очки. Потом улеглась на белое покрывало и зажмурилась. А через несколько секунд, открыв глаза, уставилась в потолок.

«Неужели я могла забыть, как выглядит Пол Севернс?! — Линн невольно усмехнулась. — В следующем месяце вам будет тридцать девять, мадам, но, принимая во внимание полнейшее отсутствие памяти, вам можно дать все сто. Ни одна женщина, у которой есть глаза и в жилах течет кровь, не может забыть мужчину с небрежно причесанными белокурыми волосами, безумно обольстительными губами и чудесными синими глазами — в них можно утонуть без всякой надежды на спасение… А его удивительный голос, его сочный баритон вызывает в воображении черные атласные простыни, тускло горящие свечи и бесконечно звучащее «Болеро». Да, вам, мадам, определенно необходимы очки, если не переливание крови».