Кейт Хоффман - Грезы у новогодней елки

Он подошел к ней, обнял и прижался губами к ее волосам.

— Все в порядке, — прошептал он. Потом мягко отстранил ее, борясь с желанием отнести ее обратно на кушетку. — Иди к Сэму, — сказал он, — ты сейчас нужна ему. Помолчал и добавил: — До завтра.

Кивнув, она вышла из холла.

Джулия поставила свой багаж у двери и вернулась к камину погреть руки. Она не спала всю ночь, перебирая каждую деталь их недолгой радости. А стоило ей только закрыть глаза, как она снова видела лицо Тэннера — близко-близко, и сон не шел к ней.

Их ночь не случилась. И вопреки своим желаниям Джулия вздохнула с облегчением. Если бы они провели эту ночь вместе, еще неизвестно, какой была бы прощальная сцена, да и чувствовали бы они себя неловко. А так расстанутся как друзья.

Джулия поправила волосы. Теперь уже ничего нельзя изменить. Через час она летит в Чикаго. А завтра их будут разделять тысячи миль.

Открылась входная дверь, вошли Джо и Хок. Джо бросил взгляд на ее багаж.

— Вы уже собрались?

Джулия кивнула.

Минуту спустя вошел Тэннер, потирая ладони. Он посмотрел на Джулию, и ей показалось, что в его глазах мелькнуло сожаление.

— Все готово, можем ехать, — сказал он. — Где Сэмми?

Джулия нахмурилась.

— Я думала, он с вами.

Тэннер покачал головой.

— Я с утра его не видел.

— Он рано встал, примерно в полвосьмого, — сказала Джулия. — Я думала, он пошел завтракать с вами. А я… я опять уснула.

Мужчины переглянулись.

— Когда я выводил машину, снегохода в сарае не было, — нахмурился Тэннер.

— А он знает, как его заводить, я сам его научил. И я видел следы, но подумал, что это Верди. — Теперь нахмурился Джо.

— Верди у себя, — заметил встревожено Хок. Джулия переводила взгляд с одного на другого.

— Боже мой, вы хотите сказать, что он…

Тэннер прислонился лбом к косяку.

— Я должен был знать, что он выкинет что-нибудь в этом духе. Он же показывал мне этот чертов аппарат.

— Где Сэм? — в ужасе закричала Джулия.

— Думаю, он взял снегоход и отправился на Северный полюс.

— А там волки и медведи, — слабым голосом перебила Джулия.

— Это не самое страшное, — бросил Джо. — Хуже всего холод. Неизвестно, как он одет, и погода может перемениться. Кроме того, он может угодить в овраг или в реку…

Джулия застыла в оцепенении. Тэннер подошел к ней.

— Мы его найдем. Он не так давно уехал. Хок с собаками выследит его.

— А я поднимусь в воздух, — добавил Джо. — На открытой местности я смогу его увидеть. И сяду. Мы подождем Хока и все вместе вернемся.

Хок подошел к Джулии и коснулся ее плеча.

— Мы его найдем. Джо, пошли. А ты, Тэннер, оставайся здесь.

Джо с Хоком застегнули куртки и направились к выходу.

— Он будет держать курс на север, — напомнил Тэннер. — Джо, если ты увидишь его, радируй нам, мы будем ждать здесь.

Джулию била нервная дрожь. Ей казалось, что кровь стынет у нее в жилах.

— Все будет в порядке, — сказал Тэннер, — они его найдут.

— Это я во всем виновата. Не нужно было оставаться здесь, надо было сразу возвращаться домой.

Тэннер усадил ее на кушетку.

— Здесь не опаснее, чем на улицах большого города, — сказал он.

— Опаснее, — прошептала Джулия. — Там он дома.

— Здесь живут охотники, здесь есть спасатели… — начал было Тэннер.

— Мы должны пойти искать его! — вскочила она с кушетки. — Я не могу больше сидеть тут и ждать!

— Можешь и будешь, — тихо сказал Тэннер и усадил ее обратно.

Они сидели и молча смотрели на огонь. Казалось, прошла целая вечность.

— Пойду включу рацию, — сказал Тэннер. — Джо, должно быть, уже взлетел.

— Я с тобой.

Он взял ее за руку, и они пошли на кухню. Пока Тэннер настраивал аппарат, она решила сварить кофе. Наливая воду в кофеварку, она услышала по рации голос Джо. Бросив кофе, она подбежала к Тэннеру. Но у Джо не было новостей. Он сказал что-то про снег, про время и дал отбой. Джулия совсем приуныла.

Начинало смеркаться, и к сердцу Джулии вновь стал подкрадываться страх. Если до темноты они Сэма не найдут, то потом сделать это будет гораздо сложнее. Хок еще сможет продолжить поиски, а Джо вернется.

Когда солнце утонуло за горизонтом, Джулия отошла от окна, легла на кушетку и накрылась одеялом. Она больше не могла сдержать слез. Тэннер молча сидел перед камином, вертя в руках подарок Сэма. В комнате повисло безнадежное молчание, только часы продолжали свой бесстрастный ход.

Джулия начала молиться.

Вдруг тишину нарушил звук рации. Тэннер побежал на кухню, Джулия за ним.

— Холостяцкая бухта, Холостяцкая будка, это бухта Симпсона, прием.

Тэннер схватил микрофон.

— Говорит Холостяцкая бухта. Хок, это ты? Прием…

— Я нашел его, — сообщил Хок. — Он в тепле, с ним все в порядке. Мы в доме Марбури, нас пригласили переночевать. Скажи Джо, где мы, пусть прилетит завтра, заберет Сэма. Снегоход я сам пригоню. Прием.

— Отличные новости, Хок. Сэм там далеко? Давай его сюда. Джулия хочет с ним поговорить. Прием.

Дрожащими руками Джулия взяла микрофон из рук Тэннера. Он показал ей, как пользоваться рацией, и пошел к телефону звонить Джо.

Джулия глубоко вздохнула, потом произнесла:

— Сэмми, дружок, ты здесь?

— Привет, мама!

Услышав его голос, она не выдержала и расплакалась.

— Ты… ты в порядке?

— Мама, все отлично! Жаль, что тебя здесь нет, тут так здорово! У нас на ужин будет мясо карибу! Еще тут есть мальчик, мой ровесник, его зовут Элиот. Мы с ним будем играть.

— О… очень хорошо. Слушайся Хока и будь хорошим мальчиком. Завтра утром увидимся. Я люблю тебя, Сэм.

— Я тоже люблю тебя. Пока, мам.

— Пока.

Джулия положила микрофон на стол.

— С ним все в порядке, — сказала она слабым голосом.

Тэннер подошел к ней и взял за руку.

— Пойдем, хорошая моя. Тебе лучше лечь. Смотри, как ты устала.

Она послушно пошла за ним. Около двери остановилась и посмотрела на их сплетенные пальцы.

— Я… я даже не знаю, как вас благодарить. Ты и твои друзья… вы уже второй раз спасаете моего сына.

Он прижал ее к себе, обнял, желая защитить от любых напастей. Джулия показалась ему маленькой и невесомой. Она прижалась к нему и плакала, как потерявшийся ребенок, а он гладил ее по голове, говорил ласковые слова. Постепенно ее слезы высохли. Тогда он наклонился и поцеловал ее.

Она притянула его к себе и поцеловала, а он ответил ей нежно и страстно. Дрожащими от волнения пальцами она старалась расстегнуть его рубашку и стонала оттого, что пуговицы не поддавались. Он отвел ее руки и дернул так, что пуговицы градом посыпались на пол. А Джулия уже сражалась с ремнем на его джинсах. Он отстранил ее и медленно разделся сам: сначала ботинки и носки, потом джинсы, потом белье. И встал перед ней, обнаженный и безо всякого стыда глядящий ей в глаза.