Кэролайн Кросс - Волшебное преображение

Рука Мэллори застыла. Первый «маленький сюрприз» — красивый, но очень функциональный портфель — был доставлен на следующий день после отъезда Гейба. К портфелю прилагалась записка без подписи: «Подойдет к твоим босоножкам?»

Через равные промежутки времени она получила баночку своего любимого крема для рук, новый проездной билет на автобус, букет лилий в изящной китайской вазочке и портативный холодильник, набитый свежезамороженной едой из лучших ресторанов Денвера.

И хотя все вещи стоили недорого, было видно, что их подбирали с любовью и вниманием. Никогда прежде мужчина не заботился о ней настолько, чтобы тратить на нее свободное время. Это заставило Мэллори почувствовать себя особенной. Теперь каждый раз, когда она думала о нем, внутри все пело и хотелось улыбаться. Враждебность к нему исчезала, уступая место любопытству.

Мэллори отложила ручку в сторону и посмотрела на подругу. Она никому не рассказывала о поклоннике, посылающем подарки. Значит, никто из женщин не мог знать, что им был Гейб, если тот, конечно, сам не поделился с Домиником, а Доминик поведал секрет Лайле. Впрочем, их крепнувшая день ото дня дружба была очень важна для Мэллори, чтобы лгать, и на душе стало легче, когда тайна открылась, Прямолинейность стала признаком доверия одной женщины к другой.

Мэллори оттолкнула от себя ручку.

— Как давно ты знаешь, что они от него? — Она не могла дать голову на отсечение, но ей показалось, что плечи подруги слегка расслабились.

— С самого начала, — призналась Лайла.

— О, полагаю, он посылает подарки всем своим женщинам. — Мэллори внезапно почувствовала острое разочарование.

— Нет. Раньше я никогда не слышала, чтобы он проявлял такое внимание. Даже напротив — женщины постоянно сами кидались на него.

— И как же…

Лайла пожала плечами и улыбнулась:

— Я видела вас вместе. И заметила, как он смотрит на тебя, когда думает, что за ним никто не наблюдает. А когда тебе прислали цветы в вазе, я ее узнала. Раньше она украшала полку в его кабинете.

— Вот как! — От осознания того, что он поделился с ней своими личными вещами, Мэллори кинуло в жар. — Все знают?

— Не думаю. Я никому ничего не говорила.

Мэллори выдохнула с видимым облегчением.

— Хорошо.

— Можно спросить, к чему такая секретность?

— Не хочу показаться замкнутой, но я пытаюсь оградить свою личную жизнь от сплетен. Прежде мое имя часто появлялась в газетах и бульварных изданиях. Впервые в жизни я не желаю, чтобы обо мне судачили.

— Разумно, — кивнула Лайла.

— Сначала все казалось таким простым. Я очень хотела показать свою силу и независимость, чтобы Гейб не видел во мне маленькую копию моего отца. А теперь…

Девушка замолчала, и подруга закончила за нее предложение:

— А теперь ты думаешь, что испытываешь к нему глубокие чувства.

— Да. — Мэллори внезапно испугалась собственной смелости.

— И я догадываюсь, почему. — Лайла склонила голову к плечу. — Что ты знаешь о жизни Гейба?

Мэллори некоторое время размышляла.

— То, что и все: он из семьи офицера, самый старший из братьев, его бизнес имеет успех и все его уважают.

— Он человек выдающийся, я бы сказала, уникальный. В четырнадцать лет их мать погибла в автокатастрофе. Джейку, самому младшему, и двух не исполнилось. Доминик говорит, что их отец, военный механик, крупный, сильный и молчаливый человек, потерялся как ребенок. О, он обеспечивал семью финансами — тем, что не пропивал в баре при базе. Мальчики были предоставлены сами себе. Думаю, они все могли скатиться в пропасть, если бы не Габриэль. Они все находились в шоке, но Гейб нашел в себе силы следить за тем, чтобы одежда у них была чистая и хватало еды. Он проверял уроки, укладывал мальчиков спать, договаривался с докторами, если кто-то болел, в общем, стал им и отцом и матерью. Илай однажды поведал мне, что это Гейб, не отец, вставал по ночам, чтобы утешить его и других, когда им снились кошмары или когда они плакали по маме. И при всем этом он отлично учился и всегда подрабатывал. Поступление в колледж и стипендия стали для него настоящим счастьем. Затем их отец неожиданно женился и Гейб наконец смог посвятить себя военной карьере, как и мечтал. Доминик говорил, что Гейб всегда находился в гуще самых опасных событий, осуществлял специальные операции за границей. Внезапно второй брак отца распался, и Стил-старший вдруг объявил, что уезжает на Филиппины. И у Гейба не было другого выбора, как выйти в отставку и вернуться домой, чтобы обеспечить финансовую поддержку младшим мальчикам: Джошу, Илаю, Джейку и Джордану. — Лайла прижала ладошку к пояснице и задвигалась на стуле. — Неудивительно, что его братья считают, будто он может ходить по воде. Я пытаюсь донести до тебя, Мэллори, что он очень серьезно относится к жизни. Когда Гейб заботится о человеке, он посвящает ему все свое время и всего себя, но он никогда не открывался никому, кроме семьи. Ни одной женщине. Поэтому… будь осторожна со своим сердцем.

— Я… спасибо, — поблагодарила Мэллори и замолчала, испугавшись, что выдала свои чувства, поэтому обратилась к шутке: — Обо мне не беспокойся, спроси у Никки, и она тебе шепнет по секрету, что мы, Морганы, не имеем сердца.

— Неужели? — удивилась Лайла. — Вряд ли у женщины, два дня назад обещавшей мне помочь голодающим при помощи благотворительности, нет сострадания. Как насчет того, чтобы начать с меня? Я так голодна, что готова съесть быка. — Блондинка поднялась, повесила сумочку на плечо и с надеждой посмотрела на Мэллори. — У тебя есть время на ланч?

— Конечно, я работаю сегодня с шести утра.

И Мэллори последовала за Лайлой из кабинета, решив поразмышлять о Гейбе на досуге.

Глава восьмая

После семнадцатичасового перелета Гейб рассчитывал поехать домой, принять душ и завалиться в кровать. И все это он намеревался сделать один, мечтая о долгожданном одиночестве после двухнедельного срока, когда они с Домиником буквально жили бок о бок.

Поэтому, каким образом он очутился в пятницу вечером перед офисом Мэллори, он и понятия не имел. Пока не увидел Мэллори и не ощутил, как быстрее помчалась по венам кровь.

Девушка сидела за компьютером и, несмотря на поздний час, выглядела свежей и энергичной в своем светло-желтом платье, выгодно оттенявшем переливы шелковистых волос.

Как ему хотелось броситься к ней, подхватить ее на руки и положить…

— Ты намерен поздороваться? — спросила Мэллори, не отводя глаз от экрана. — Или собираешься стоять там и глазеть на меня?

Гейб сначала удивился; но затем удовлетворенно улыбнулся: она тоже чувствовала связь между ними.