Джулия Тиммон - На край света

— Какое счастье, что ты так вовремя подошел!

— Приставал? — с улыбкой спрашивает Даррен, садясь на край фонтана.

— Вроде того, — отвечаю я, опускаясь рядом с ним.

Даррен смеется.

— Интересно, он когда-нибудь смотрит в зеркало?

— Что ты имеешь в виду? — Делаю еще один большой глоток шампанского.

— Такая обезьяна и подкатывает к такой потрясающей девушке!

У меня теплеет в груди. «К такой потрясающей девушке» — эхом раскатывается по всей голове. Он правда находит меня потрясающей? Или отвесил комплимент просто так, не вкладывая в него особого смысла? Отмахиваюсь от этой мысли, не желая усложнять нашу приятельскую болтовню.

— Зато у него волшебно красивый голос, — говорю я.

— Правда? — удивляется Даррен.

Киваю.

— Даже странно. О чем думала природа, создавая такое чудо?

Даррен смеется.

— Может, думала о красоте, но не профессионально, а гм… мечтательно? Поэтому в своей рассеянности что-нибудь перепутала?

— Может. Такому бы работать на радио. Или озвучивать сказки про прекрасных принцев.

— Наверняка он их и озвучивает. Или работает в службе «секс по телефону».

Смеюсь. Допиваю шампанское и отставляю бокал. Его тут же забирает появившийся словно из-под земли официант. У меня на душе еще тревожно и вместе с тем приходит странное успокоение. Я расслабляюсь настолько, что, ей-богу, вот-вот скину с ног новые туфли и выброшу в фонтан сумочку, которую надоело носить в руке. Это все из-за Даррена, мелькает в голове мысль. С ним чувствуешь себя совершенно свободной.

— Уладили… тот вопрос? — ненавязчиво спрашивает он.

Мне представляется, как наглец Раффнер уже вовсю лапает Хэлли и как она, опьяненная тем, что сбылась ее мечта, глупо хихикает. На сердце снова скребут кошки. Тяжело вздыхаю.

— Да, уладили. Только это, наверное, по-другому называется.

Даррен сдвигает брови.

— Что ты имеешь в виду?

Я только собираюсь поведать ему о том, к чему меня вынудила сестра, когда в зале приглушают свет и мелодичный женский голос с небольшого возвышения для музыкантов объявляет о начале танцев. Народ освобождает танцпол перед сценой, и по нему пускаются кружить разноцветные лучи света. С первых звуков, льющихся из музыкальных инструментов, узнаю танго и изумленно смотрю на Даррена. Тот пожимает плечами, подмигивает мне и с любопытством смотрит на площадку для танцев.

Поворачиваю голову и вижу направляющихся в самый центр высокую стройную красавицу-блондинку и коротышку старика лет семидесяти с хвостиком. Опять смотрю на Даррена. Он, одобрительно кивая, хлопает в ладоши.

— Это что, шутка? — изумленно спрашиваю я.

— Почему шутка? — не понимает Даррен. — Знаешь его? — Он кивает на танцпол. — Это же старина Уолш! Давний товарищ моего отца.

Озадаченно качаю головой.

— А с ним… — Даррен почесывает подбородок, — какая-то из новеньких. Наверняка тоже танцует дай бог!

Я вскидываю брови и хлопаю ресницами. Даррен смотрит на танцпол, и его лицо расплывается в улыбке.

— Ну, молодчина!

Смотрю на площадку и внутренне ахаю. Старик Уолш и блондинка уже самозабвенно танцуют. Да с какой виртуозностью! Клянусь, я мгновенно забываю о его годах и малом росте. В голове свербит единственная мысль: только бы ничего не пропустить, только бы все-все запомнить!

Когда музыка стихает, зал взрывается аплодисментами. А я настолько поражена, что даже не в силах поднять руки.

— Ну и ну! — слетает с губ.

— Понравилось? — спрашивает Даррен, отчаянно хлопая и совершенно не думая о том, что помнутся рукава смокинга или вылетит драгоценная запонка.

Впрочем, запонок у него вовсе нет. А пиджак, хоть и весьма добротный, явно куплен в готовом виде, не сшит на заказ. У Себастьяна же есть личный стилист и личный портной. На подобных вечерах он держится важно и с большим достоинством, а в его манжетах непременно поблескивают запонки. По его мнению, крайне необходимо вести себя так, чтобы на тебя всюду — в ресторанах, на званых вечерах, спортивных праздниках — смотрели с уважением. Даже в кофейнях и кондитерских. Когда-то я полностью разделяла это его мнение и восторгалась его безупречным видом. Теперь же… Наверное, немного устала от черствой презентабельности. Надеюсь, это пройдет. Или нет?

— Браво, Уолш! — с мальчишеским задором кричит Даррен. Сейчас в нем нет ни капли той грусти, которую я заметила в его взгляде в самом начале.

Старика теперь отсюда почти не видно. Его окружил восхищенный народ; слышен только хрипловатый смех героя и какие-то восклицания, но слов из-за шума не разобрать. Музыканты специально выдерживают паузу. Но по прошествии нескольких минут снова начинают играть. На танцполе собираются парочки.

— Хочешь потанцевать? — спрашивает Даррен.

На миг задумываюсь и качаю головой.

— Посмотришь на такого виртуоза и чувствуешь себя неуклюжей слонихой.

Даррен смеется.

— Брось! Уолш профессионал, у него талант. Мы же, простые смертные, танцуем ради собственного удовольствия.

— Чтобы танцевать танго, надо знать, как это делается.

— А ты разве не знаешь? — без особого удивления и уж точно без осуждения или пренебрежения спрашивает Даррен.

— Нет, — говорю я.

— Я могу тебя поучить, — так же просто предлагает он.

Изумленно приподнимаю бровь.

— А сам ты где этому научился?

— В колледже, — отвечает он.

Студентом я его совсем не знала. Жаль, приходит на ум неожиданная мысль.

— Ну так что? — Даррен кивает в сторону танцпола.

Прикасаюсь к его рукаву.

— Нет, Даррен. Спасибо, но… у меня нет настроения.

— Нет настроения учиться или вообще танцевать? — уточняет он.

— Вообще танцевать, — признаюсь я. — Тем более учиться. Не настолько я раскрепощена. Мне будет казаться, что на мои неловкости и конфузы глазеет весь зал. Если уж учиться, то где-нибудь в другом месте. Хотя бы даже дома, только не на танцполе. К тому же теперь звучит не танго.

Даррен кивает.

— Хорошо. Поучимся потом. Дома.

У меня на миг замирает сердце. Неужели он всерьез?

Легонько пошлепываю его по руке.

— Ты потанцуй, пригласи другую женщину. Наверняка многие мечтают поразмять кости. Тем более с таким кавалером!

Наши взгляды встречаются. Я краснею и опускаю глаза. Зачем я это сказала? И что имела в виду? Тоже ничего особенного? Или же в самом деле вижу в нем завидного спутника на такой вот вечер?

— Нет, я так не могу, — говорит Даррен. — Общаюсь с одной женщиной, а танцевать помчусь с другой…

Смеюсь.

— Ну что ты, какие глупости! Ты вовсе не обязан меня развлекать. Пришли мы сюда по отдельности, да если бы и вместе, я ничуть не возражала бы, если бы ты пошел потанцевать с кем-то еще.