Хельга Нортон - Бабочка и огонь

— Вот дрянь! — выругался он. — Обманула! Пропади все пропадом! Эта чертовка обещала мне устроить уборку в доме, а сама прикатила сюда. Ну, я ей покажу!

— Что? Что она сделала? — не понял Джейк.

— Она приехала сюда!

От злости губы Питера побелели.

— Ну и что?

— А то, что я не велел ей сюда ездить, а она назло мне притащилась!

Питер стал нервно мерить комнату шагами.

— Я жду, не дождусь, когда познакомлюсь с твоей женой. Решительная особа!

На лице Джейка снова появилась широкая улыбка.

— Пошел к дьяволу, Джейк! Мы поговорим чуть позже. А сейчас я должен найти свою жену, пока она не влипла в какую-нибудь историю. Хотя, зная ее, боюсь, что уже опоздал.

— Одну минутку, Питер! Два слова относительно завещания твоего деда. Когда мы отправимся в суд, твоя жена должна…

Питер остановился на полпути.

— Послушай, Джейк, я передумал. Не хочу, чтобы моя жена на открытом заседании суда рассказывала всем и каждому о нашей свадебной ночи. — Питер ни за что бы теперь не согласился обнародовать свои отношения с Адой. — Ты должен сделать так, чтобы судья Джексон и Эд Честерфильд согласились на закрытое заседание. Может быть, пригласить их на обед или ужин, где можно будет все обсудить в более спокойной обстановке?

— Обед или ужин? — повторил адвокат, не веря своим ушам. — Что за ерунду ты несешь? И в какой форме она сделает свое признание? «Будьте уверены, господа, в первую брачную ночь мы с моим мужем выполнили все, что положено. А теперь, если вас не затруднит, подайте мне соль и немного перца…»

— Я не позволю, чтобы Аду мучили такими откровенными вопросами! — Питер исподлобья посмотрел на Джейка. — Понятно? Судья может просто спросить, как прошла наша брачная ночь? А она ответит, что все было хорошо, и на этом точка.

— А! Значит, все было хорошо? Ну и как, очень хорошо?

— Если бы ты не был моим адвокатом, я бы вогнал тебе зубы прямо в глотку!

От ярости Питер побагровел.

— Будем считать, мне повезло… — Джейк примирительно улыбнулся. — И все-таки ответь мне еще на один вопрос. Ты не передумаешь расстаться с ней? И она уедет, как только условия завещания будут выполнены? И ты ее не остановишь?

— Это целых три вопроса, — нахмурился Питер, — и ни один из них, мистер Джеймс, не должен тебя волновать. Просто организуй ужин. Ты все понял?

— Отлично, но ты обязан предупредить Аду.

— А как же иначе.

Питер вышел на улицу, окунувшись в неверное тепло ноябрьского солнца и обдумывая на ходу план предстоящих действий. Ада, конечно, ничего не должна знать. Он просто предупредит ее заранее, что судья занудный старикан, и она должна снисходительно отнестись к его не совсем тактичным вопросам.

Он с отвращением сплюнул.

С какой стати он оказался в роли личного защитника Ады Менсон? Ну и ситуация, разрази ее гром! Теперь приходится делать приличную мину при скверной игре.

Подписав чек, Ада на прощание помахала Кэтрин и направилась к выходу. Неожиданно у самых дверей возник человек, загородивший ей дорогу.

— Говорят, что вы вышли замуж за Стила, — произнес он вместо приветствия. — Это правда?

В переполненном магазине неожиданно наступила мертвая тишина. Ада посмотрела в глаза незнакомца. Неприкрытая злоба исказила черты лица мужчины, и она в первый момент даже растерялась.

— Если вы имеете в виду Питера Стила, тогда да, я его жена, — призналась она и подала мужчине руку. — Меня зовут Ада.

Он проигнорировал ее жест и, засунув большие пальцы рук под ремень, качнулся на каблуках.

— Питер женился на тебе, чтобы заграбастать мое наследство, — громко объявил незнакомец, глядя на нее воинственно.

— Ваше наследство? — от удивления Ада приподняла брови.

— Эд, умоляю! — взмолилась стоящая рядом женщина с грустными глазами, пытаясь ухватить его за рукав. — Прошу тебя, не устраивай сцен.

— Я — Эд Честерфильд! — почти выкрикнул мужчина. — И земля и ферма, которые заграбастал твой муженек, по справедливости принадлежат мне!

— Разве земля… не наследство Стила?

— Только если он законным образом женится и проведет брачную ночь в постели с женой.

— Тогда нет никаких проблем, — попыталась улыбнуться Ада.

Ей не следовало так говорить. Ее слова только подлили масла в огонь. Руки Эда непроизвольно сжались в кулаки, и он сделал шаг по направлению к ней, отодвинув тележку с покупками.

— Ты сказала это, потому что не знаешь всех обстоятельств дела.

Она решительно подняла подбородок: этому скандалисту не удастся ее запугать.

— Я знаю то, что мне полагается знать…

— А про завещание деда ты тоже знаешь? — Слова вылетали из него, точно пули. — Он женился на тебе только для того, чтобы получить мою землю!

— Свою землю, — поправила она, тоже начиная злиться. — Простите, я не желаю обсуждать с вами моего мужа. Одно могу сказать — он добрый и великодушный человек. Поэтому мои племянники, — Ада прижала к себе мальчиков, — живут теперь со мной. Извините, мистер Честерфильд, у меня дела, я очень тороплюсь.

Эд Честерфильд в бессильной ярости беззвучно открывал и закрывал рот, пытаясь что-то возразить. Казалось, у него отнялся язык.

— Похоже, Питер крепко подцепил тебя на удочку, — в конце концов вымолвил он. — И мне тебя искренне жаль. Как только он добьется своей цели, ты и твои племянники останетесь ни с чем. Запомни мои слова.

— Эд, прошу тебя, — снова вмешалась женщина, пытаясь прервать неприятный разговор. — Оставь ее в покое.

— Заткнись, Роза. Я только хочу объяснить новоиспеченной миссис Стил, какой негодяй и подлец ее муженек.

— Дядя Питер не подлец! Он любит нас! — заорал Билли, покраснев от негодования.

Ада крепко сжала плечо племянника.

— Все хорошо, милый. Мистер Честерфильд ошибается. — Она посмотрела на Эда. — Вы не правы. Мой муж — благородный человек, и в один прекрасный день он это докажет. Кстати, если вы и в дальнейшем не прекратите своих нападок на него, то, клянусь, скоро очень пожалеете об этом. А теперь отойдите. Нам пора.

Она схватила тележку и покатила ее прямо на Эда, едва успевшего отскочить в сторону.

— Не очень-то задавайся! — крикнул он ей вслед. — Сколько он тебе заплатил, чтобы затащить в постель?

Кто-то из покупателей ахнул, и Ада почувствовала, что ее терпению пришел конец. Она развернулась к обидчику, чтобы дать ему достойный отпор. Но ее негодование было ничто по сравнению с бешенством, охватившим человека, который до этого незаметно стоял на пороге магазина и наблюдал за происходящим.

6