Невинная для командора - Эллу Лотри

class="p1">Берег удалялся. А я стояла на корме и уже не сдерживала слезы. Как же больно. Меня будто ополовинили.

Но, как бы то ни было, я буду помнить Аарена за всё то добро, что он сделала для меня.

Глава 15

Аарен

Не думал, что так привяжусь в маленькой лгунье.

Расставание с ней – мука, но она точно что-то не договорила, скрывала. Я видел это по её упрямству, её глазам, взгляду!

До этого она была со мной честна, но почему в этот раз не доверилась, не развеяла мою жгучую ревность, от которой я задыхался? Почему не покаялась?

Я, глупец, готов был положить к её ногам, всё что имею. За улыбку, за легкость, за нежность, за то, что она для меня стала гораздо больше, чем любовницей.

Да кого я обманываю, она проникла в моё сердце, в которое я никого не хотел пускать.

А потом вот так легко собралась и за одну ночь перечеркнула всё то, что между нами было.

Почему?

Я не мог понять и бесился.

От ревности? О, да! Я сгорал от неё. Она запустила едкие щупальца в разум и не давала мне покоя, терзая, мучая, лишая сна.

Обида?

Да! Я верил Кассии. Дал шанс оправдаться, объясниться, но гордячка не пожелала воспользоваться им и попыталась сделать из меня глупца, не зная, что я с первого раза, ещё до рассказа Гранда ощутил на ней чужой мужской запах!

Даже после того, как помощник описал, как они обнимались и целовались, я верил ей вопреки всему.

Но после того как увидел сам, каким взглядом смотрел на Кассию молодчик, последние сомнения отпали.

Я готов был разорвать его в зале, придушить голой рукой!

Только давая шанс ей, не тронул его, а она чем отплатила?!

Маленькая лгунья!

И всё же, несмотря на боль разлуки, я понимал, что так лучше.

Верность для меня – первая добродетель, как для воина, мужчины, друга.

И от Кассии я ждал лишь верности. Мне было не важно, что она простолюдинка, что о ней распускали самые гадкие слухи, что она скрывала своё прошлое… Для меня эти мелочи были не важны. Лишь верность имела значение.

Но Кассия – гордячка – просто ушла, оставив меня в мучительных сомнениях и не дав ни одного ответа.

Стоило вспомнить о ней, в груди разлилась лава. Дракон начинал ворочаться.

С недавних пор я снова ощущаю его. Я иду на поправку. Это счастье, которое я хотел разделить с ней. Но она не пожелала дождаться, пока я встану на ноги, верну полную силу и положу перед её ногами столицу.

Не пожелала ждать и променяла меня, командора драконьей гвардии на жалкого оборванца, который переломится от моего плевка!

– Агр-р-р! – вырвалось из груди. Зверь пробуждался и негодовал.

Даже ему маленькая лгунья приглянулась.

Вспомнил, как она пришла и сообщила, что хочет уехать.

Я расценил это как попытку манипулирования. Даже когда Гранд сообщил, что она покинула дом с кофром, считал уход хитростью, ведь в него не влезет и малая часть того, что я ей подарил.

Думал, она вернется через пару дней хотя бы за нарядами.

Но прошел день, второй, третий, а она так и не пришла.

Тогда я зашёл в её покои и… – замер. Сначала от сладкого аромата Кассии, от которого защемило в груди. А потом от осознания, что она ничего с собой не взяла из того, что я ей подарил.

Ни серег, ни подвесок, ни нарядов. Ни-че-го!

В груди запульсировала тревога. Так и подначивало поехать, вернуть её в особняк, добиться правды и покаяния, но я не позволил себе слабины и приказал Гранду собрать вещи Кассии и избавиться от них.

Зная о рачительности помощника, я был уверен, что он их припрячет.

Меня это устраивало. Главное, чтобы вещи Кассии не попадались на глаза и не тревожили мой тонкий нюх волнительным, желанным ароматом.

Потом я разберусь, что делать с вещами.

Я сидел в кресле за столом, смотрел на жаркое и совсем не хотел есть.

Кассия унесла с собой не только моё сердце, но и настроение, аппетит.

Отодвинув поднос, я раскрыл свежую газету, пробежался глазами по развороту.

Ничего интересного. Откинул голову на спинку кресла и замер, разглядывая потолок.

В коридоре послышались встревоженные шаги Гранда. Затем раздался стук, дверь нетерпеливо распахнулась, и запыхавшийся помощник огорошил меня новостью:

– Милорд, в зале объявился тот самый молодчик. Спрашивает мисс Кассию.

Отодвинув со скрежетом кресло, я встал, как можно скорее спустился в зал.

Вышел – и едва ли не нос с носу столкнулся у прилавка с юнцом.

Худой, в поношенной куртке, он выглядел подавленным, однако не отставал от Магды с расспросами.

– Как уехала? И не сказала куда? Даже не намекнула?

Увидев меня, он вскинул голову, поджал тонкие губы и стиснул кулаки.

– Вы! – выдохнул, задыхаясь от гнева и играя желваками, гладя на меня снизу вверх. – Выгнали её с работы ни за что!

– А тебе она даже не сказала, что сменила работу? Может, хотела, чтобы ты от неё отстал?

– Вам какое дело до наших отношений?

– Кхм-кхм… – покашляла Магда.

– Что? – повернулся к ней юнец. Она едва заметно качнула головой, и тогда-то до него дошло. – О, мрак!

Он побледнел, схватился за голову.

– Кассия не говорила, что мне нельзя приходить! Я думал, она будет рада нашей встрече.

– Рада, – ухмыльнулся я. – Однако я её не выгонял. Она сама ушла.

– Из-за ваших глупых придирок!

– Я не терплю, когда отношения касаются работы.

– Отношения? Мы с Кассией кровные родственники! Я лишь приходил убедиться, что с ней всё в порядке!

– Не похожи, – прорычал я, не веря ни единому его слову..

С горестным вздохом юнец снял фетровую шляпу, пригладил светлые волосы, убирая с лица пряди, и повернулся ко мне профилем.

– Только у Кассии носик аккуратный, – шмыгнул он своим, с легкой горбинкой. – А я свой унаследовал от матушки.

И вправду, сходство между ними было очевидно. Они, в самом деле, кровные родственники. Но почему Кассия не сказала об этом, а лгала про друга детства?

Расстроенный, понурый юнец покинул магазин, больше не сказав ни слова. А я так и стоял у витрины, глядя ему вслед, и обдумывал услышанное.

– Милорд, я не знал, – тихо произнёс Гранд,