Пешка. Игра в любовь - Лила Каттен

Они всегда были такими. А улыбка самой нежной и счастливой, даже когда все тело было покрыто синяками. Она улыбалась мне и говорила, что любит.

Сейчас она пыталась сделать то же самое, но правда нависала над нами угрожающе темным туманом.

– Нет… Это я… Он бы… ты бы…

– Ты никогда не скажешь об этом никому. Никто не узнает. Я говорила правду в полиции и посмотри. Никто не пришел нам на помощь. Мужчины в деревне даже смотреть на Толика боялись, не то что вступиться. Нам никто не желал помогать. Но больше нам не нужно бояться. Ты поступила в колледж, и ты будешь учиться. Ты не будешь вспоминать о сегодняшнем дне. Станешь счастливой под бабушкиной фамилией. Не позволяй миру стыдить тебя за то, что ты сильная.

– Я не… нет… Мама… Мы не виноваты. Если бы он задушил…

– Прогнившая система правосудия не станет разбираться. Им это не интересно. Но из-за этого подонка ты не станешь губить свое будущее. Ты станешь женщиной: гордой и самодостаточной. Ты будешь той, кем мечтала быть. И ты сделаешь это ради нас обеих. Так?

– Но тебя же посадят… Я не могу… Мама, пожалуйста… Я не могу тебя лишиться… Я не хочу…

– Хочешь и сделаешь, – она заговорила грозно и властно. – Ты моя дочь. И я буду гордиться тобой. Пообещай, что забудешь эту ночь и что будешь идти вперед. НЕ возвращайся сюда. Вычеркни все, что было из своей памяти.

– А ты?

– Тебя воспитывала бабушка. Вот твоя история. Люди не любят долго спрашивать, им скучно знать подробности чьей-то жизни, если их не за что судить. Поэтому пусть будет так. А я… Я буду знать, что ты в порядке и идешь вперед к своей цели. Я растила тебя как могла не для того, чтобы ты просидела свои молодые годы в тюрьме из-за такого ничтожества, как твой отец. Мы, итак, слишком долго терпели это проклятое существо. Пришло время.

Я не отвечала ей, потому что не хотела верить в это. Я не могла допустить подобного.

– Нет, – решительно заявила и заплакала. – Я люблю тебя и понесу наказание.

Но мама схватила меня за плечи.

– Нет. Я твоя мать. Я та, кто защищает своего ребенка. И я этого не делала. Я виновата гораздо больше. Ты не посмеешь этого сделать, Евгения. Ради нас обеих.

Она поднялась и помогла встать мне.

Мы прошли в мою комнату и подошли к сумкам, которые я собрала для поездки. Я поступила и должна была уезжать через три дня.

– Тут, – мама открыла внутренний карман дорожной сумки, которую нам подарила баб Маша. Потому что я не хотела тратить деньги на покупку такой вещи, предпочитая обойтись пакетом, но не пришлось. – Здесь деньги. Я откладывала сколько могла. Пока Толик пьянствовал, я крала у него деньги. Тут, возможно, пятьдесят тысяч, у меня никогда не было времени их посчитать. Рассчитывай их разумно. Береги каждую копейку. В колледжах небольшая стипендия и ты должна учиться хорошо, чтобы эти деньги у тебя были. Я не смогу тебе помогать, дочка. И я бы хотела отправить тебя в дорогу. Пожелать успехов в учебе. Но все не так, как я себе представляла. Ты справишься. Ты всегда была моей сильной девочкой, – она погладила меня по щеке и поцеловала, прежде чем крепко обняв».

Я дернулась как от удара, когда почувствовала, что кто-то касается моего плеча, и столкнулась с глазами Макса.

Подонка, который воскресил память ради своей выгоды.

– Не прикасайся ко мне, – выплюнула ему в лицо и встала со стула, быстро уходя из кафе.

Глава 12

Он настиг меня на улице, потому что я пыталась перейти дорогу, а там горел красный, заставляя остановиться.

Макс схватил меня за руку и дернул на себя.

У меня не было времени на то, чтобы обдумать свои действия, когда я с размаху развернувшись ударила его по лицу. Звук пощечины, казалось, оглушил всех, кто стоял рядом.

Если он думал, что поймал меня в ловушку, то очень ошибся.

Я умею драться. Я научилась самообороне.

– Вот же…

Он был так ошеломлен, что я успела убежать с остальной толпой, которая лишь отпрянула от потасовки, но ни один не спросил все ли в порядке.

Таков мир. Деревня или город, неважно. Ты одна. И никто, кроме тебя самой не защитит. Но они всегда преуспеют растоптать в пыль с остальными или упасть в пропасть помогут.

Я думала,