Сергей Витальев - Любовь, обман и бриллианты

Во время еды мы молчали. Посмотрев на усталую, опечаленную хозяйку, я не стал докучать ей вопросами. Да и мне не мешало подумать. Несмотря на то, что мне наговорила про Ольгу ее родная сестричка, я все же о ней беспокоился. И не последнюю роль тут играла ночь, проведенная у Лены. Хотя и не первую.

Решив никого сейчас не беспокоить ночными звонками, а начать поиски с утра, я спросил у хозяйки:

— У вас есть будильник? Я хочу встать завтра пораньше.

Она хмуро на меня взглянула.

— Завтра суббота, и все нормальные люди встают попозже. Беспокоитесь за эту мерзавку?

— Нехорошо так говорить о своей сестричке. Она о вас лучше отзывается.

— Отзывается, может, и лучше, а думает хуже. Я же поступаю наоборот.

— Тем более. Я не хочу, чтобы она попала в руки пострадавших идиотов.

— Ничего с ней не случится.

— А вдруг случится?

— Я дам вам будильник, — сверкнула хозяйка глазами, встала из-за стола и вышла из кухни.

Минут через десять она вернулась, сообщила, что постелила мне в гостиной на диване, будильник на столе, и я могу отправляться спать. Тон ее голоса и выражение лица не располагали к шуткам, и я молча повиновался, рискнув лишь пожелать ей спокойной ночи.

Засыпая, я подумал о том, что предыдущая ночь была куда веселей. А еще я успел подумать, что с кубическим коротышкой мне лучше никогда больше не встречаться, и уснул, чтобы тут же проснуться от настойчивого звонка…

6

Кто-то очень умный, кажется Наполеон, сказал, что женщина должна спать шесть часов в сутки, мужчина — семь, а идиот — восемь. Я не Наполеон, не идиот и не женщина. Я спал всего четыре часа, а это половина того необходимого минимума, который требуется для полного восстановления моих умственных и прочих способностей.

Именно поэтому, когда прозвенел будильник и я вскочил, полагая, что это Светлана решила доконать меня, придумав такой изощренный способ, а потом, взглянув на часы, увидел, что на самом деле уже наступило утро, я понял, что сегодня мне действительно не стоит рассчитывать на свои умственные способности, не говоря уже про остальные.

Чувствуя себя немного виноватым из-за своих темных мыслей относительно хозяйки, приютившей меня, я решил ее не беспокоить и тихонько покинуть квартиру.

Беззвучно одевшись, я уже собрался было воплотить свой план в жизнь, как вдруг совершенно неожиданно для себя услышал из кухни требовательный голос:

— Решили смыться, не попрощавшись? Идите сюда.

Пришлось подчиниться. И, войдя на кухню, я увидел стол с завтраком и в придачу хозяйку в роскошном белом махровом халате.

— Не хотел будить вас и поэтому оставил записку. Выглядите прекрасно, несмотря на веселый вечерок.

— Не подлизывайтесь, — хмыкнула она. — Садитесь.

За едой мы обсудили погоду, вспомнили вчерашний день и вечер, которые Светлане уже не казались такими ужасными, и поделились своими планами на день сегодняшний.

После завтрака, пока хозяйка одевалась, я позвонил по известному мне уже телефону Ольги, но безрезультатно. А перед уходом посмел дать Светлане маленький совет:

— Когда вернетесь домой, на всякий случай накиньте цепочку и запритесь на все замки. А если пойдете куда-то, внимательно смотрите по сторонам и постарайтесь входить и выходить из подъезда с кем-нибудь из соседей, желательно вооруженных злющими псами.

Девушка беспомощно посмотрела на меня и жалобно спросила:

— Что же, мне и выйти никуда нельзя?

— Можно. Только осторожно и внимательно глядя по сторонам.

В лифте Светлана, опустив голову, задала мне вопрос:

— Вы позвоните мне, когда найдете эту мерзавку?

— Наверное. Нужно будет устроить вам очную ставку и разобраться, почему и кто вас преследует. Вчера я от вас ничего не добился, а позавчера — от Ольги. Может быть, когда вы будете вместе, мне удастся что-нибудь узнать.

Она сверкнула глазами и ледяным тоном заявила, что не имеет ни малейшего желания встречаться и разговаривать со своей мерзавкой сестрой, особенно после вчерашнего. Но когда мы выходили из подъезда, девушка вцепилась в мой рукав и не выпускала его, пока нам не пришлось расстаться возле метро.

Должен честно признаться, мне не слишком хотелось с ней расставаться. Да, в отличие от Ольги, я чувствовал себя с ней скованно. Не то чтобы я ее опасался, но мне с ней было как-то несвободно, и временами, несмотря на то что она моложе меня лет на пять, я ощущал ее более старшей, но не в смысле возраста, а в смысле ума, жизненного опыта, что ли. С ней я терял естественность, мне хотелось произвести впечатление, а точнее, не упасть в ее глазах или хотя бы удержаться на том уровне, на каком она, как мне казалось, меня представляла. С ней мне было тяжелее, чем без нее. Но все равно расставаться было жаль. И не последнюю роль в этом играл ее голос, который хотелось слушать и слушать, даже не вникая в то, что она говорит. Но как бы то ни было Светлана поехала к бабке в больницу, ну а я, проводив ее, отправился на автобусе к Елене Прекрасной — единственной нашей общей с Ольгой знакомой. А поскольку телефона Лены я не знал, я решил нанести ей визит, надеясь застать там Ольгу…

Позвонив, я услышал знакомое «иду», и вскоре дверь гостеприимно распахнулась передо мной.

— Вот уж не ожидала! — Она была так же очаровательна, со своей неизменной улыбкой.

— Извините, я на секундочку, — снова почувствовал я себя Квазимодой.

— Входи, Сашуля, — втянула меня Лена в квартиру, причем я не посмел сопротивляться такому насилию.

— Я ищу Ольгу. Ее нет у вас?

— Сашенька! Да зачем тебе Ольга?! Неужели я не смогу ее заменить?!

— Ну, смотря в чем. Так получилось, что мы с ней потерялись, и я не могу ее найти. Ее…

— Найдется твоя Ольга, раздевайся, — перебила меня Лена.

— Да, нет, Лена, спасибо за приглашение, но я пойду. Боюсь, не случилось ли с ней что-нибудь, — протянул я руку к замку.

— Раздевайся, ничего с ней не случилось, — принялась она стаскивать с меня куртку, и я снова вынужден был подчиниться.

— Позавтракай со мной, — взяла она меня за руку, увлекая за собой на кухню. — Я только что встала.

— Спасибо, я выпью чашку кофе или чая. И можно мне позвонить?

— Конечно можно, — пододвинула мне Лена телефон и стала наливать кофе, причем, как я успел заметить, не какой-то там растворимый, а свежесваренный.

Позвонив, и снова безрезультатно, я спросил у севшей напротив хозяюшки:

— Она сегодня не ночевала здесь?

— Нет. Как вы ушли вчера, так я ее больше и не видела. Да я и сама вчера поздно пришла.

Кофе оказался отменным и вполне соответствовал человеку, его приготовившему.