Сергей Витальев - Любовь, обман и бриллианты

Затем этот джентльмен подошел к нам, освободил мою руку от наручника и сковал обе руки девушки. Та начала возмущаться, но длинный ее оборвал:

— Увянь. Посиди одна, сучка. — После чего своими немытыми пальцами потрепал Светлану по щечке.

И вот этим своим наглым действием он окончательно вывел меня из душевного равновесия. Я вспомнил одну мою школьную учительницу, обожавшую бить учеников линейкой по рукам, и горько пожалел, что я — не она, а Химик не мой ученик. Длинный же, даже не подозревая о моем возмущении и предполагаемой каре, которой я готов был его подвергнуть, предложил мне пойти с ним. Я посмотрел в испуганные глаза Светланы и из чистого любопытства пошел с длинным.

Внизу я понял, почему они так настойчиво приглашали нас в гости. Оказалось, им понадобилось спустить в подвал огромный письменный стол, и, ясное дело, без меня с такой задачей справиться им было не под силу. Непонятно, правда, почему они и Светлану не позвали тягать мебель. Но как бы то ни было, я счел, что с моей стороны будет верхом неблагодарности не отплатить людям, предоставившим нам свой кров. Я выслушал от коротышки, что от меня требуется, и с готовностью предложил свою помощь.

Стол оказался тяжелым не только на вид. Мы с длинным с трудом приподняли его с одного края, в то время как амбал-коротышка в одиночку сделал это с другой стороны. Потом мы протиснули этот ужасный стол в узенькую дверь и стали спускать его вниз по такой же узкой и достаточно крутой лестнице. Мне некогда было думать над тем, зачем им понадобилось оборудовать подвал письменным столом, кто их знает, может они решили реконструировать его в дыбу. Я собирался проверить готовность моих новых друзей к экстремальным ситуациям. Именно поэтому, когда мы с длинным спустились на пару ступенек, а коротышка прошел уже половину лестницы, я отпустил одну руку и толкнул пыхтевшего рядом длинного, после чего отпустил и вторую руку. Реакция у моих друзей оказалась неважнецкой, поскольку вся эта композиция, состоявшая из матерившегося внизу коротышки, не способного удержать лавиной обрушившийся на него стол, самого стола и оседлавшего его Химика, с грохотом рухнула вниз. Мне, если честно, любопытно было посмотреть, что там внизу получилось после моей шутки. Но еще больше хотелось взглянуть на Светлану, и я выскочил из подвала, погасил там свет и припер дверь плетеным креслицем, стоявшим в холле.

Светлана, очевидно заинтересовавшись поднявшимся шумом, стояла у дверей своей комнаты заточения.

— Спускайся быстрее, — крикнул я ей, и она в ту же секунду оказалась внизу, вопросительно глядя на меня. — Бежим! — Схватив девушку за скованные руки, я повлек ее за собой из этого чертова «теремка».

Мы выскочили во двор и по дорожке побежали к воротам. Уже выбегая на улицу, я услышал хлопнувшую входную дверь. Очевидно, преследователи бросились за нами в погоню. Мы рванули в лес. На наше счастье, были уже глубокие сумерки, а сумерки в лесу, это не в городе с фонарями, если они, конечно, светят, а не служат только насестом для ворон. К тому же наши преследователи не видели, в какую сторону мы побежали, и я очень надеялся, что нам удалось от них оторваться.

Минут пятнадцать мы бежали.

— Не могу больше, — запыхавшись, простонала Светлана и остановилась.

— Хотите вернуться назад? — обернулся я к ней.

— Нет, но и бежать больше не могу, — задыхаясь, ответила она и протянула мне руки: — Снимите с меня это.

— Они вам идут, очень уж трогательно вы в них выглядите, — заметил я, снимая с нее наручники и засовывая их в карман. — Да вы и сами могли их снять, без моей помощи: у вас же руки не молотобойца. Ну ладно, отдышались? Бежим дальше, — вновь потянул я ее за собой.

Она же особого энтузиазма не проявила, и, упираясь, заявила мне:

— Не могу. Думаете, легко бегать на каблуках по лесу? — показала она на свои сапоги, точь-в-точь как у Ольги.

— Да, обувка у вас не подходящая для таких прогулок. Но все равно, надо идти, — потянул я ее дальше, подозревая, что ее сестрица сейчас, наоборот, меня тянула бы за собой…

Мне нравилась наша прогулка по лесу. Во-первых, я был не один, а с очаровательной спутницей. И если нам повстречаются дикие звери, они съедят сначала ее, поскольку она моложе и не успела до такой степени пропитаться никотином. А во-вторых, уже несколько дней не было дождя и в лесу было относительно сухо. Во всяком случае, на нас не капало с деревьев.

Но в этой прогулке по лесу были и минусы. Хотя моя спутница и была очаровательна, даже несмотря на свое хныканье, а я все же ничего о ней не знал. Вернее, знал, но сведения были слишком противоречивые. Ее сестра говорила о ней одно, а она сама о себе совсем другое. А что, если она закружит меня по лесу до смерти, чтобы досадить своей сестрице? К тому же я не представлял, в какую сторону нам нужно двигаться.

Примерно через полчаса, после того как я снял с нее наручники и мы перешли на шаг, я спросил у Светланы:

— Как вы думаете, мы правильно идем?

— Не знаю. А мы что, идем наугад?

— Я плохо помню дорогу после всех этих поворотов по лесу, да я на нее и внимания мало обращал, придумывая, как нам отделаться от наших похитителей.

Мы остановились, и я прикурил, предложив сигарету спутнице, но она отказалась и просто стояла рядом, отдыхая и озираясь по сторонам.

— Я думала, вы знаете, куда идти.

— А я думал, что вы знаете, — парировал я, наугад выбирая направление движения. Мне показалось, что девушка посмотрела на меня с подозрением, впрочем, не уверен — было уже темно.

— Только я с вами познакомилась, как вы втянули меня в жуткую историю, да еще не знаете, как отсюда выбраться.

— Простите, я не виноват. Это меня самого втянула в историю ваша милая сестренка. Так что я, можно сказать, невинная жертва вашей семьи, а следовательно, и ваша.

— Не упоминайте эту мерзавку. Что же теперь делать, куда идти?

— Думаю, туда, — махнул я рукой в сторону и, потушив окурок, отчего, кажется, стало еще темнее, пошел в выбранном направлении.

— Почему вы так решили? — с сомнением в голосе спросила Светлана.

— Куда-то же надо идти.

— Подождите! — Согласившись с моими железобетонными доводами, она догнала меня и, точь-в-точь как сестрица, вцепившись в мой рукав, пошла рядом.

Мы шли около часа, а конца пути не было видно. Я уже начал было опасаться худшего, но потом успокоился, решив, что наши пограничники зорко стоят на страже рубежей нашей Родины и где-нибудь на китайской границе наверняка нас остановят.

Тем временем моя спутница полюбопытствовала, что произошло в подвале и как нам удалось выбраться из этого дома. Когда я рассказал ей о своем подвиге, она, вместо того чтобы сердечно поблагодарить меня за спасение, заволновалась: