Сандра Филд - Ожившая статуя

Впрочем, нечего волноваться. Урок усвоен, мистер Кэллахэн. Теперь она не коснется его и пальцем.

Иначе спектакль может обернуться реальностью.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Весь следующий день Лорен работала как одержимая, но к семи вечера поняла, что пора остановиться. Скульптура Мадонны с Младенцем была закончена. Теперь ее предстояло убрать на месяц, а потом посмотреть на нее свежим взглядом, чтобы увидеть, достигла ли она того, к чему стремилась.

Хотя Лорен знала уже, что достигла. Фигуры Марии и Христа излучали внутренний свет и естественную простоту. Девушка аккуратно завернула скульптуру в полотенце, принесенное из ванной. Как обычно после окончания работы, она чувствовала себя опустошенной. Но ни заниматься чем-либо, ни спать не могла — слишком неспокойно было на душе, слишком много эмоций отнимало творчество. И уж меньше всего ей хотелось столкнуться с Рийсом, когда он вернется из Сиэтла.

Поддавшись сиюминутному порыву, Лорен позвонила Чарли.

— Привет. Хочу тебя навестить. Ты свободна?

— Конечно. Буду рада тебя видеть. Кстати, я еще не ужинала. Как ты относишься к китайской кухне?

Лорен облегченно вздохнула. Именно это ей и было нужно: зал, битком набитый людьми, и вкусная еда.

— Хорошо отношусь.

Девушки договорились встретиться в китайском квартале. Положив трубку, Лорен отправилась в душ.

Час спустя она и Чарли сидели друг напротив друга в полумраке небольшого ресторанчика, украшенного бумажными фонариками и изображениями красных драконов, потягивали зеленый чай и ели мясо в тесте с огненно-острым соусом.

— Ну ладно, подруга, выкладывай, — без обиняков начала Чарли. — Каково быть подружкой самого богатого мужчины в городе?

— Я не его подружка!

— Ага, значит, вы сблизились! — сделала вывод Чарли. — Я чувствовала, что в Рийсе Кэллахэне сидит какая-то чертовщинка. С ним можно поладить, только если сама соответствуешь его энергетике и напору.

— Он надменный, приземленный тиран, который не в состоянии отличить правду от лжи.

Чарли ухмыльнулась:

— Значит, он поверил в версию Сэндора о твоем прошлом и не замечает того, что очевидно?

— Совершенно верно. Но мне нет до этого никакого дела. Еще пять дней. А потом я снова буду свободна.

— Никакого дела? А по тебе не скажешь.

Чарли была ее давней и верной подругой, поэтому Лорен призналась честно:

— Представляешь, он волнует меня. Что со мной не так?

— Я же предупреждала: Рийс неотразим.

— Знаешь, бывают моменты, когда в нем просыпается нормальный человек. Но он тут же делает что-нибудь такое, от чего я прихожу в бешенство.

Чарли безжалостно рассмеялась:

— Наконец-то ты вспомнила, что на свете существуют мужчины.

— Я никогда об этом не забывала. У меня были мужчины! — возмутилась Лорен.

— Ну да. Предсказуемые. Бесцветные. Вспомни, когда ты встречалась с таким, который приводил бы тебя в бешенство и в то же время тебе хотелось бы заняться с ним любовью?

— Я не стану заниматься любовью с Рийсом Кэллахэном. Никогда.

— А что плохого, если займешься?

— Боюсь, мне это может понравиться, — выпалила Лорен и сама ужаснулась этой фразе. — И к чему приведет меня роман с Рийсом? После следующей субботы наши пути разойдутся навсегда.

Внезапно посерьезнев, Чарли положила ладонь на руку подруги.

— Может быть, все же стоит попробовать. Пора уже выходить из темницы, в которую заточил тебя этот мерзавец Сэндор… слишком долго ты позволяла ему управлять твоей жизнью. Сэндор был очаровательным негодяем с раздутым самомнением и полным отсутствием даже намека на великодушие. Он обращался с людьми как с шахматными фигурами. Нельзя же всю жизнь нести в себе его проклятье. Ты заслуживаешь большего.

— Твое описание Сэндора подходит к Рийсу Кэллахэну как нельзя лучше, — бесстрастно констатировала Лорен.

— Ну что ты, они не похожи друг на друга, как день и ночь. И ты это прекрасно знаешь.

— Да. Рийс симпатичнее.

— У Сэндора внутри зияла пустота, — объяснила Чарли. — А у Рийса — нет. Вот в чем разница.

— Ага, — кивнула Лорен, не убежденная словами подруги. — Но факт остается фактом. Когда-то я подчинилась воле Сэндора. И во второй раз на эти грабли не наступлю.

— Ну разумеется, ты ему подчинилась. Он был твоим преподавателем. При его таланте, сексуальности и харизме, он легко подчинял людей. А ты была так молода, когда познакомилась с ним.

Лорен тяжело вздохнула.

— Теперь я боюсь доверять своим порывам и интуиции. А больше всего — мужчинам. Не хочу снова так обжечься.

— Однако в работе ты не боишься рисковать. Почему же не можешь вести себя так же и с мужчинами?

— Вот вернусь в Нью-Йорк и попробую.

— Зачем же ждать? Можно начать здесь, в Ванкувере.

— Чарли, ты серьезно советуешь мне завести роман с Рийсом?

— Ага.

— Да это же прямой путь к слезам и новой боли.

— А вдруг тебе понравится?

Лорен вспомнила, как прижималась к Рийсу, как растворялась в его поцелуях, но тут же поспешила отогнать несвоевременные мысли, надеясь, что подруга не заметит румянец, выступивший на щеках.

— Или уже нравится? — самодовольно улыбнулась проницательная Чарли.

— Ничего от тебя не скроешь. Я одного не пойму: почему человек, который мне просто омерзителен, так возбуждает меня.

— Хороший вопрос. Вот доем и, может быть, найду на него ответ.

— Мне не следовало вываливать на тебя свои глупые проблемы, Чарли…

— Они не глупые. По-моему, не стоит сбегать от него. Я верю своему внутреннему чутью. А оно подсказывает мне, что Рийс совсем не похож на Сэндора, будь он неладен.

— Наверное, мне нужно постараться не выходить из себя так часто, — рассуждала вслух Лорен. — Для начала. А там посмотрим. — Она взяла счет и взглянула на часы. — Пять минут двенадцатого? Не может быть!

В четверть двенадцатого Лорен вставила ключ в замочную скважину входной двери квартиры Рийса. Но не успела толкнуть ее, как она распахнулась.

— Где тебя черти носят? — разъяренно спросил Рийс.

На нем были джинсы и футболка. Волосы взъерошены. Глаза полыхают огнем. А губы побелели.

— Встречалась с другом, — выдавила из себя пораженная Лорен. — А что такое?

Он схватил ее за руку и втащил в прихожую.

— С тобой все в порядке? Где ты пропадала столько времени?

Грубость Рийса ей совсем не понравилась. Но, вспомнив о своем решении контролировать себя, Лорен ответила настолько спокойно, насколько это было возможно:

— Я ужинала в китайском квартале.