Джулия Тиммон - На край света

Поверить не могу! Она в самом деле совершенно не помнит ни о Бобби, ни о Саре, ни о родителях. Нет, так дело не пойдет. Резко разворачиваюсь в сторону выхода. Хэлли умолкает на полуслове.

— Эй! Куда это ты?! Раффнер там, я же веду тебя к нему!

— Мы идем не к Раффнеру, — говорю я таким голосом, каким порой вынуждена разговаривать с клиентами, когда они, зацикленные на своих проблемах, не слышат меня. — Нам нужно серьезно поговорить.

— Да ты что?! — вскрикивает Хэлли, останавливаясь. — С ума сошла?!

Я выдергиваю руку, которую она до сих пор крепко сжимала, и не оглядываясь продолжаю путь. В конце концов, если она надуется, тогда мне не придется знакомить ее с так называемой звездой, а это уже большой плюс.

Выхожу из шумного зала и останавливаюсь возле большой белой колонны. Если через минуту не выйдет, вернусь к Даррену, решаю про себя.

У меня за спиной раздается стук каблучков. Эх!

— О чем ты хочешь со мной поговорить? — нетерпеливо спрашивает Хэлли.

Поворачиваюсь к ней лицом и, прежде чем разразиться длинной воспитательной речью, продолжительно смотрю в ее незабудковые глаза. Теперь в них отражается горе, однако я ясно вижу, что печалит ее единственное — то, что я до сих пор не представила ее болвану Раффнеру.

— Послушай, ты же обещала! — восклицает она, сильнее выпячивая и без того пухлые губы.

— Хэлли! — строго произношу я. — Мне и в голову не могло прийти, что ты позволишь себе подобную дерзость! Если бы я знала об этом заранее, никаких обещаний не давала бы.

— Но ты его дала! — не унимается Хэлли.

— Верно, дала, — отвечаю я, стараясь сохранять спокойствие. — И выполню, но при одном условии.

— Каком? — Лицо Хэлли вытягивается от удивления.

— Мы сейчас же разыщем Сару и Бобби, и ты извинишься перед ними. — Хэлли округляет глаза и приоткрывает рот, но я не позволяю ей произнести ни звука. — Потом найдем маму с папой, и ты попросишь прощения у них. Но самое главное: сегодня же, теперь же ты изменишь свое отношение к Саре! И постараешься впредь сначала думать, стоит ли ни с того ни с сего плевать людям в душу, а потом уж действовать!

— По-твоему, сегодня я об этом не подумала?! — выпаливает Хэлли.

Не верю своим ушам.

— Ты что же, заранее подготовилась к этой дикой выходке?

— Представь себе! — Она мгновение-другое смотрит на меня вызывающе, потом, наверное, вспоминает о своей дурацкой любви, и ее лицо становится озабоченно-виноватым. — Джой, я ничего не могу с собой поделать. Дело в том, что буквально вчера вечером… Эмма Корлесс, одна моя приятельница — мы вместе ходим на занятия танцами, — рассказала мне о своем бывшем парне, редком идиоте. Как выяснилось, он был мужем Сары!

Ее слова, конечно, поражают меня. Но, поразмыслив над ними буквально пару секунд, я прихожу к выводу, что не узнала ничего нового, тем более такого, из-за чего могла бы возненавидеть невестку.

— Ну и что из того? — спрашиваю я совершенно спокойным голосом.

Глаза Хэлли вспыхивают.

— Как это что?! Получается, она сходилась с разными болванами, рожала от них детей, а теперь повесила этих детей на Бобби и держит его рядом с собой, прикидываясь ангелом!

Я ответила бы ей резче, но вдруг понимаю, что она по-настоящему тревожится за брата и убеждена, что ее позиция верная. Беру ее за руку.

— Но ведь и эта твоя подруга сошлась с «болваном»? Ты сама сказала, что он ее бывший.

— Сошлась и разошлась! — восклицает Хэлли.

— Сара тоже с ним разошлась.

— Но у нее он такой был далеко не один!

— У Бобби подружек было тоже видимо-невидимо, — напоминаю я. — И многие из них, ты прекрасно знаешь, не отличались ни умом, ни красотой, ни даже оригинальностью. — Вздыхаю. — Никто от этого не застрахован, Хэлли. Встречаешь человека, по уши в него влюбляешься и в упор не видишь его недостатков…

На миг вспоминаю о Себастьяне и снова чувствую тяжесть на сердце, которая с появлением Даррена будто стала невесомой. Незаметно вздыхаю.

— Я тоже все не знала, как относиться к Саре, а потом вдруг поняла, что Бобби с ней счастлив. С ней и с ее детьми, — добавляю я, мысленно переносясь в царство Синтии и Лулу.

Хэлли недоверчиво косится в мою сторону и усмехается.

— С детьми? Наверняка он их просто терпит.

— Ты глубоко заблуждаешься.

Хэлли смотрит на меня в некоторой растерянности. Обнимаю ее и снова вздыхаю.

— Ты вот тоже увлеклась бог знает кем! — восклицаю, как могу, весело. — Поверь, он еще тот прохвост!

Хэлли упрямо поджимает губы и качает головой.

— Я почти уверена, что он только хочет таким казаться. Человек с подобными глазами, — мечтательно протягивает она, — не может быть прохвостом. Надо только подобрать к нему ключик, сделать так, чтобы он раскрылся перед тобой. Знаешь… — она немного прищуривает глаза, глядя куда-то мимо меня и, наверное, видя в воображении смазливого шоумена, — мне кажется, что я прекрасно помню его таким, каким он был, когда вы учились в одном классе. По-моему, я еще тогда им увлеклась, хоть и была совсем ребенком. — Она внезапно переводит взгляд на меня и говорит очень серьезным голосом: — Детские привязанности забыть невозможно.

Я внутренне содрогаюсь. Чувствую, что лицо заливает краска, и, дабы Хэлли этого не заметила, смеюсь.

— Ты наверняка не помнишь его, просто выдумала себе красивую историю!

Замечаю, что щеки Хэлли вспыхивают, а глаза-незабудки превращаются в льдинки.

— Как ты можешь говорить, если не знаешь?! — вскрикивает она.

Не ожидая подобного всплеска, я спешу вновь обнять ее за плечи.

— Прости… Просто я подумала… Гм… В школе он был весьма неказистый.

— Ну и что? — требовательно спрашивает Хэлли.

— Успокойся, — прошу я. — Конечно, я ничего не знаю. Пошли искать Бобби и Сару. — Делаю шаг к дверям в зал, а Хэлли стоит на месте.

— Может, все-таки с Сарой и Бобби разберемся потом? — спрашивает она голосом капризной девочки, младшего в семье ребенка.

— Нет, — твердо отвечаю я.

5

Пробираюсь через толпу торопливо, досадуя, что придется убить на улаживание семейных дел столько времени, и гадая, с кем сейчас Даррен. По счастью, отыскать Сару и Бобби удается без труда.

Они стоят в зале, где организован буфет, в компании незнакомых людей. Все молчат и выглядят несколько смущенно, разговаривают лишь Сара и коренастый, коротко стриженный темноглазый мужчина лет сорока. Мы с Хэлли подходим и останавливаемся в двух шагах.

— Да, я полностью с тобой согласен, — исполненным раскаяния голосом говорит незнакомец. — Не стыжусь признать это в присутствии друзей, даже твоего теперешнего мужа. Но еще раз прошу: позволь мне увидеться с Лулу.