Саманта Байард - Полночная жара

Бриджет вытерла последнюю тарелку, аккуратно повесила полотенце и спросила:

– Теперь мы можем приступить к делу? Пойдемте в гостиную.

– Ну, хорошо. Кстати, вы так и не сказали мне, что же было в том, первом конверте?

– А вы и не спрашивали, – ответила она и вышла из кухни.

– Мне казалось, вы были слишком взволнованы, чтобы говорить об этом. Я боялся, что если начну давить на вас, то вы решите вообще отказаться от моих услуг и от встреч со мною. А этого-то мне хотелось меньше всего. Думаю, что сейчас настал подходящий момент, не так ли?

Бриджет споткнулась о край персидского ковра, виновато улыбнулась и продолжила путь. В гостиной она достала из портфеля злополучные конверты, вручила их Эндрю и опустилась в большое кожаное кресло. Он сел в такое же напротив. Вся мебель в ее жилище, похоже, была верна не одному поколению и являлась олицетворением домашнего покоя. Прикасаться к любой вещи здесь было так же приятно, как надевать любимые комнатные тапочки после долгого рабочего дня.

– Великолепная комната, – заметил он, раскладывая содержимое конверта на коленях. – А камин действует?

– Конечно, хотите, я разожгу его?

Хотел ли он видеть блики огня на лице Бриджет? Сейчас это был предел мечтаний!

– Давайте, я сам займусь им.

– Займитесь, – улыбнулась она.

Он разжигал огонь в камине, не догадываясь о том, какой пожар уже устроил в ее сердце. Да и у него оно пылало все сильнее с каждой минутой. Казалось, этот огонь способен охватить все вокруг. Неужели она не видит этого? Вскоре в камине запылали дрова.

– Как в сказке, – нежно сказала Бриджет.

Отсвет огня преобразил комнату и создал интимную обстановку. Эндрю чувствовал, что должен взять себя в руки, иначе невозможно будет работать. Да и мог ли он позволить себе что-то, когда она так встревожена из-за этих проклятых бумаг?

– Пожалуйста, камин пылает, – сказал он, возвращаясь в кресло и вздыхая. – Жаль, что мы не можем сжечь в нем все эти бумаги и уничтожить заодно все недоразумения, подозрения, страхи.

– Но мы же именно этим и должны заниматься! – напомнила ему Бриджет.

– Красивая женщина, отличный повар, да еще и логик! Это уже слишком! – усмехнулся Эндрю и принялся читать бумаги. – Ничего себе, – наконец пробормотал он, просмотрев все страницы, и поднял глаза. – Вы понимаете, что это?

– Думаю, что да, – кивнула она. – Это материалы к законопроекту, который предполагает введение налоговых льгот для некоторых отраслей промышленности.

– Именно. Но это документы, которые до поры до времени должны храниться за семью печатями. То есть о них могут знать только специалисты-разработчики, глава правительства, в общем, довольно узкий круг лиц. Содержание нужно долго проверять, анализируя возможные последствия принятия такого закона для экономики страны, а может быть, и мировой экономической политики. Промышленники, узнай они об этих бумагах, просто скупили бы голоса избирателей в нынешней предвыборной кампании и привели к власти того, кто заинтересован в разработке данного законопроекта. А потом, естественно, предъявили бы ему счет.

– Я так и поняла, – прошептала Бриджет.

Она съежилась в кресле и обхватила колени руками.

– Так, так, – повторял Эндрю, перечитывая страницы вновь. – Это служебные записи, для внутреннего пользования. Скорее всего, эти бумаги предназначались для работы специального комитета. Даже я не должен видеть их.

– Но вы видите, – сказала Бриджет.

Она отвернулась и внимательно смотрела на языки пламени.

– Да, вижу. Если бы я был работником одной из компаний, о которых идет речь, я бы знал, что дальше с этим делать. Я бы нашел покупателя на эту информацию и очень дорого продал бы свой голос гражданина.

– Таким образом, все может быть обыкновенным обманом? Вся эта предвыборная борьба, лозунги, разговоры о чести. Зачем тратить деньги на агитацию, легче покупать друг у друга информацию. И все…

– Обман – это оружие политиков, – вздохнул Эндрю, складывая бумаги в конверт.

– Что вы собираетесь теперь делать? – Бриджет внимательно смотрела на агента национальной безопасности.

Эндрю был зол, но понимал, что у Бриджет есть больше оснований волноваться и даже злиться. Она работала на Кларка. И попала в ловушку. Ей необходимо было принять решение: играть не по правилам или стать доносчиком.

– Сначала, – он говорил, тщательно подбирая слова, – я должен посмотреть, что находится в других конвертах. Я так понимаю, что они должны были быть отправлены по различным адресам. Пять конвертов, пять городов, пять избирательных округов. Может быть, они содержат копии этой служебной записки?

– Вы уверены, что мы можем вскрыть их? Не будет ли это нарушением закона? – заволновалась Бриджет.

– Нет. На них еще нет печатей. Это развязывает нам руки.

– Мне даже смотреть на это не хочется, – фыркнула Бриджет.

– Тогда закройте глаза и не смотрите, – ответил Эндрю жестко и открыл второй конверт, третий, потянулся за четвертым. – Чистые листы, – выдохнул он, – здесь только чистые листы.

Бриджет продолжала грызть большой палец.

– Я не понимаю, зачем тетя Памела отправляла куда-то чистые листы?

– А слова «это тест» не кажутся вам знакомыми? – спросил Эндрю, внимательно глядя на нее.

– Тест? Но для кого это тест? – заволновалась Бриджет.

– Я не знаю. Тест для системы поставки корреспонденции? Тест для вас? Расскажите мне еще раз о сегодняшнем визите госпожи Кларк. Шаг за шагом, аккуратненько припомните все, что она говорила или делала до того, как ушла.

И хотя Бриджет уже рассказала ему о сегодняшнем визите Памелы в офис все до мельчайших деталей, она опять повторила свой рассказ, не забыв упомянуть о самолетике, который пустила госпожа Кларк через всю комнату.

– Хорошо, – сказал Эндрю. – Значит, миссис Кларк пронесла конверты именно в ваш кабинет, никого другого не попросив их отправить. Вам не кажется это странным?

– В самом деле, – удивилась Бриджет. – Она могла отдать их Энн. Или кому-нибудь еще. Вовсе не обязательно было нести их ко мне.

– Та-ак, – продолжал Эндрю, начиная понимать. – Она отвлекла ваше внимание, пустив бумажный самолетик. Вы ведь следили за его полетом, правда?

– Правда, – сказала Бриджет, кивая. – И все-таки это был очень короткий полет. Возможно, я отвлеклась буквально на несколько секунд.

– Но ведь она сидела на стуле в непосредственной близости от рабочего стола. Ну, того самого, с прикрепленным «жучком». Ей бы потребовалось всего несколько секунд, чтобы установить его.

– Вы думаете, именно она поставила «жучок» на мой стол?

– Это один из вероятных вариантов… И в то же время мадам вернула ваши ключи, тихонько подбросив их у стола Энн в приемной.