Хильда Никсон - Свет луны на воде

— Вы Андреа Карсон, проживающая в Килн-Коттедж? — поднялся со своего места защитник.

— Да.

— Давно вы проживаете в данном районе?

— Меньше недели.

— В таком случае вы не слишком хорошо знакомы с местными дорогами?

— Нет, не слишком.

— В рассматриваемый день вы возвращались из Норвича и собирались повернуть на парковку у «Фоксиз».

— Нет.

— В заявлении полиции сказано, что вы возвращались из Норвича.

— Я возвращалась из Норвича, но не собиралась сворачивать на гостиничную парковку.

— Это ваши слова. В любом случае вы все-таки врезались в машину, покидающую «Фоксиз».

— Я не врезалась. Это мисс Дрейк в меня врезалась.

Защитник пожал плечами, всем видом показывая, что не видит разницы.

— Может быть, вы расскажете суду, что произошло после аварии.

Андреа собралась.

— Мою машину вынесло на встречную полосу движения, прежде чем я сумела остановить ее. С минуту я посидела, превозмогая головокружение, затем рядом притормозил другой автомобиль, и из него вышел водитель. Он сказал мне, что видел, как все случилось…

— Этот водитель присутствует в зале суда?

— Я не знаю.

— Будьте добры, посмотрите вокруг.

Андреа пробежалась взглядом по рядам. Она не могла понять, к чему клонит защитник. Похоже, он хочет выставить ее виновницей происшествия, а не просто получить подтверждение заявления Моники относительно стакана бренди. Злость закипела в ней с новой силой, и она выпалила на одном дыхании:

— Я не вижу в зале заседания мистера Джеймсона, того самого водителя, и, если бы вы хотели пригласить его сюда, вы бы могли взять в полиции его имя и адрес, и если вы желаете спросить меня, пила ли мисс Дрейк после аварии, мне ничего об этом не известно. Я не пересекала дорогу и не подходила к ней и даже не видела ее, пока полицейские не привели ее к своей машине!

Судья ударил молоточком.

— Довольно, юная леди. Вы здесь, чтобы отвечать на вопросы, а не речи говорить!

— И я здесь по своей доброй воле. Никто меня не вызывал.

— Тишина! Я не позволю вам препираться с судом. — Судья повернулся к защитнику: — Имеются ли у вас дополнительные вопросы к свидетелю?

— Нет, ваша честь. Я не вижу способа добиться от нее правды.

— Вы уже получили ее! — взорвалась Андреа.

— Тишина! Вы свободны.

Андреа прошла на свое место. Руки ее тряслись, ноги не слушались. По залу пробежал шепоток, все головы дружно повернулись к ней. Затем раздался стук молоточка, и она словно сквозь сон услышала, как Монику Дрейк объявляют невиновной, а судья говорит что-то о противоречивых доказательствах и всем известной добропорядочности юной леди. Застучали отодвигаемые стулья, Моника Дрейк поплыла к выходу с гордо поднятой головой, защитник и мистер Сандерс шли за ней по пятам, словно два телохранителя.

Андреа поспешила покинуть здание суда. Щеки ее горели, и было с чего — ее выставили лгуньей! Вскоре весть разлетится по всей деревне, и жители сочтут ее мстительной упрямицей. На парковке у соседней машины стояла Моника Дрейк. Девушка весело болтала с мистером Сандерсом и своим защитником и никуда не торопилась. А вот Андреа хотелось убраться отсюда как можно скорее. Она развернулась и чуть не столкнулась с Джерри.

— Слушай, душа моя, прости за опоздание. Мне очень жаль, что так вышло, я…

— Жаль? — Андреа чуть не рыдала. — Ты всегда опаздываешь, если вообще приходишь. Убирайся прочь! Ты мне был нужен, а теперь уже нет. Видеть тебя больше не желаю. Проваливай в свой драгоценный Лондон и найди себе другую, которая сможет мириться с твоей непунктуальностью. Их там целые стада!

Джерри вытаращил на нее глаза и открыл, было, рот, чтобы что-то сказать, но Андреа почувствовала: задержись она еще на миг, и непременно разрыдается, выставив себя на посмешище перед Моникой Дрейк и ненавистным мистером Сандерсом. Сейчас ей хотелось только одного — остаться одной. Она села в машину и рванула домой, но пока она закрывала за собой ворота, рядом притормозил еще один автомобиль. Окошко водителя опустилось, и из него выглянул седовласый мужчина. На суде он сидел вместе с Моникой Дрейк и мистером Сандерсом.

— Мисс Карсон, не могли бы вы уделить мне минуту внимания?

— Для чего? — подозрительно поглядела она на него. — Я занята.

— Всего минуту. Меня зовут Дрейк, Роберт Дрейк. О нет, только не поймите меня неправильно, — поспешно добавил он, увидев, как девушка ощетинилась. — Я не на тропе войны. Я действительно отец Моники, но…

— И что вы хотите мне сказать?

— Неприятно говорить так о своей дочери, но я приехал извиниться.

— Извиниться? — удивилась Андреа. — Но за что?

— Я был в суде. И понял по вашему лицу, что вы говорите правду. Полагаю, вина лежит на мне. Слишком уж мягок был я с ней в детстве. Не научил ее тому, что нехорошо искать себе оправданий, когда ты виноват, но с этого момента все изменится. Надо быть с ней построже. Я заставлю ее извиниться перед вами. Это меньшее, что она может для вас сделать.

— О нет, мистер Дрейк, прошу вас, не надо! — решительно отвергла его предложение Андреа. — Я обижена, но переживу как-нибудь свое унижение. Если же вы заставите свою дочь прийти ко мне с извинениями, она всю жизнь меня будет ненавидеть, а мне бы не хотелось наживать себе лишних врагов. Спасибо вам за заботу, но оставьте все как есть. Заново ворошить все это — только хуже будет.

— Пожалуй, вы правы, — вздохнул он. — Я думал, знакомство с Родом Сандерсом прибавит ей ответственности или, по крайней мере, он сможет держать ее в узде. Вы его знаете?

Род. Вот, значит, как зовут его друзья. Совсем ему не подходит, слишком милое имя.

— Знаю, — бросила она, всем сердцем желая, чтобы мистер Дрейк уехал и оставил ее в покое.

Уж кого-кого, а Рода Сандерса ей обсуждать вовсе не хотелось, но мистер Дрейк не унимался:

— Он парень уравновешенный. Поглядели бы вы, как он с людьми управляется, скала, да и только! С ним особо не поспоришь.

— Значит, вы с ним работаете? — спросила Андреа, еще раз убедившись, что не ошиблась насчет Рода Сандерса.

Упертый, самонадеянный болван, вот кто он такой.

— Работаю, в определенном смысле этого слова, — сухо хохотнул мистер Дрейк. — Он мой временный менеджер. Мы — фирма речных инженеров, углубляем, расширяем, причалы ставим и тому подобное.

— И заборы?

— И заборы, но это редко.

С языка Андреа уже готов был сорваться вопрос об изгороди, отрезавшей ее от запруды, когда на дороге показалась машина Джерри.

— Уезжаю, — многозначительно улыбнулся мистер Дрейк. — Рад был познакомиться с вами, мисс Карсон. До свидания.