Арнетта Лэм - Герольд короля Шотландии

— Я согласна отправиться с вами в путешествие, но только при одном условии: мы должны отплыть до Рождества.

На какой-то миг на лице Макквина появилось разочарование, но он сразу же, как истинный житель гор, совладал со своими чувствами.

— Значит, ваша миссия здесь окончена? — спросил он Элизабет, и она в который раз поняла, что недооценивает хитрости этого мужчины.

Элизабет ничего не ответила, и Рандольф продолжил:

— Я вам честно рассказываю обо всех своих планах, а вы уклоняетесь от ответов!

Элизабет с негодованием взглянула на Рандольфа.

Хороши же откровения, касающиеся религиозных чувств испанцев!

— Вы — как наш король, которому я служу, — холодно ответила она. — Требуете подробных ответов и точных сведений.

— И какие же сведения он требует от вас?

Элизабет поняла, что легкая, непринужденная беседа зашла в тупик, и ее отношения с Макквином становятся напряженными. Она с тревогой подумала о том, что их взаимное расположение и доверие в один миг могут исчезнуть. Нет, Элизабет Гордон не хотела рисковать и терять доверие Макквина.

— Давайте не будем больше говорить ни о сроках окончания моей миссии, ни о том, чем вы займетесь на Рождество, — предложила она.

Что ж, Рандольфу Макквину придется смириться с тем, что Элизабет — умная и хитрая женщина и ему никак не удается выведать у нее важные сведения. А какое они, собственно, имеют значение, когда ему нужна сама Элизабет, а не политика, короли и их секреты! Макквину выпало счастье провести несколько дней в обществе прекрасной и умной женщины, и он будет наслаждаться ее присутствием, не забывая, правда, ни на минуту о намеченной цели. Конечно, необходимо тщательно следить за своими словами, иначе проведение объединительной рождественской мессы может оказаться под угрозой срыва, а жизнь вождей кланов — в опасности!

— Клянусь, что больше не буду вас ни о чем спрашивать! — сказал Рандольф и, взяв щетку, подошел к Мэджести. — Отвлеките ее, пожалуйста, чтобы она не лягнула меня, пока я буду чистить ей ноги.

Пока Макквин занимался лошадью, он продолжал думать о том, как ему завоевать расположение Элизабет и выиграть пари. Ради достижения своей цели он был готов на все — хоть на сделку с самим дьяволом! Рандольф был очарован этой гордой и достойной женщиной, он восхищался ее умением управляться с лошадьми, он наслаждался ее смехом даже тогда, когда она смеялась над его настойчивыми ухаживаниями. Рандольф Макквин считал, что ему повезло: он познакомился с необыкновенной, мудрой и красивой женщиной! Он даже стал представлять будущих дочерей Элизабет — таких же умных, гордых и хорошо воспитанных.

«Мое будущее связано только с ней! Я своего добьюсь!»

Внезапно дверь конюшни с шумом распахнулась, и чей-то голос позвал:

— Уважаемая герольд!

Макквин замер, узнав голос короля.

Очевидно, Эдуард II только что вернулся с вечерней молитвы, о чем свидетельствовали четки, висевшие на кожаном поясе его коротких штанов. На короле была просторная блуза, отороченная мехом, а поверх нее — накидка из бобровой шкуры. Вместо традиционной короны голову короля украшал золотой венец, усыпанный рубинами. Его русая борода была длинной и волнистой, как предписывала английская мода.

— Все еще холите своего коня, леди Элизабет?

Элизабет Гордон вышла навстречу и поклонилась.

— Ухаживать за лошадьми — для меня радость, ваше величество!

— Похоже, эта радость у вас — не единственная, — усмехнулся Эдуард II.

«А король знает о ней больше, чем я», — подумал Рандольф.

Он тоже подошел к королю и вежливо ему поклонился, молясь в душе о том, чтобы Эдуард II Плантагенет не приказал Элизабет Гордон немедленно покинуть южную Шотландию.

Эдуард снисходительно кивнул Макквину и внимательно оглядел его с головы до ног, очевидно, проверяя, нет ли у него оружия.

— Пытаетесь обольстить уважаемого герольда вашего короля? — съехидничал английский монарх.

Дерзкий вопрос возмутил Макквина.

— Мои намерения в отношении леди Элизабет касаются только меня!

Неожиданно Элизабет обратилась к Рандольфу по-шотландски:

— Макквин, помолчите и позвольте мне говорить с королем!

Слова герольда не понравились Рандольфу, но он понимал, что она находится на службе у короля Роберта Брюса и должна контактировать с английским монархом.

— Хорошо, Элизабет, — ответил он тоже по-шотландски.

— Так… Парочка из горной Шотландии предпочитает разговаривать на родном языке? — Эдуард II посмотрел подозрительно на них. — Что вы здесь замышляете?

— Ничего, ваше величество, — ответила Элизабет. — Макквин прибыл в замок Дугласа, чтобы засвидетельствовать свое почтение его хозяину, а также увидеться с братом, которого вы великодушно простили.

— Вы клянетесь, что это правда?

— Клянусь, ваше величество!

— Тогда почему вы встречаетесь с Макквином в конюшне?

Рандольф прикоснулся к локтю Элизабет.

— До моего приезда в замок, ваше величество, мы с леди Элизабет даже не были знакомы, — сказал он.

Элизабет кивнула.

— Да, у нас разный круг общения.

— Я знаю, он — из горского клана, — проговорил. король, указав рукой на Рандольфа.

— Леди Элизабет любезно разрешила мне испытать в скачках свою кобылу, — неохотно объяснил Макквин чужому монарху.

— Рандольф Макквин выполняет охранные функции, — снова вступила в разговор Элизабет.

— А англичане для вас — неподходящая компания? — презрительно усмехнулся Эдуард II.

Элизабет подняла голову и взглянула на короля.

— Ну что вы, ваше величество! Я с благодарностью вспоминаю, как во время моего прошлого визита в Лондон вы великодушно помогли мне избавиться от назойливости одного из пэров!

— Вестморленд и по сей день вспоминает о вас! — захохотал Эдуард II.

— Я польщена его вниманием, но вместе с тем очень благодарна вам за ваше вмешательство!

Король усмехнулся и вдруг заявил:

— А вы умнее и дипломатичнее многих ваших земляков!

Элизабет почтительно поклонилась и улыбнулась.

— Такова моя служба, ваше величество.

— Жаль, что вы так же хорошо служили Брюсу в годы царствования моего отца.

— У вашего отца были слишком грандиозные планы в отношении Шотландии!

В глазах Эдуарда II вспыхнула ярость:

— Такие грандиозные, что он оставил мне нищее королевство!

— Ваша политика изменит нынешнее положение, я не сомневаюсь в этом, ваше величество!

Слова Элизабет Гордон понравились королю. Он успокоился и с облегчением вздохнул.

— Будем молиться Богу, — промолвил он и, повернувшись к Рандольфу, указал ему рукой, унизанной драгоценными кольцами, на дверь. — А теперь оставьте нас, Макквин.