Арнетта Лэм - Герольд короля Шотландии

Рандольф был вынужден повиноваться. Плотно сжав губы и испытывая ненависть к английскому королю, который вел себя как хозяин на чужой земле, он вежливо поклонился и направился к двери. Перед выходом из конюшни Рандольф обернулся и сказал Элизабет:

— Я буду ждать вас у солнечных часов.

Выйдя, он быстро оглянулся по сторонам, убедившись, что поблизости никого нет, подошел к задней стене конюшни и услышал приглушенные голоса Эдуарда II Плантагенета и Элизабет Гордон.

Прислонившись к деревянной стене, Рандольф с облегчением подумал о том, что им с Элизабет Гордон удалось рассеять подозрения английского монарха о якобы готовящемся заговоре, а репутация дамы-герольда, проводящей время в обществе молодого мужчины, не пострадала. Но о чем захотел побеседовать Эдуард II с Элизабет? Какие секретные планы они обсуждают?

Рандольф Макквин приник ухом к стене.

— Нам нужно обсудить условия выкупа лорда Уильяма Камерона, графа Страта, — услышал он голос короля.

«Так вот с какой целью она прибыла в замок Дугласа!» — смекнул Макквин.

— Цена, которую я назначаю, — пятнадцать тысяч марок[5], — продолжил Эдуард II.

Элизабет Гордон все еще находилась под впечатлением от недавнего разговора с Рандольфом и его страстных поцелуев, и ей было нелегко беседовать с королем на столь важные государственные темы. Она избегала внимательного взгляда Эдуарда II и машинально рассматривала золотое шитье на его блузе.

— Как я уже сообщала вам, ваше величество, наш король предлагает за лорда Уильяма вернуть три корабля, оставленные вами в гавани Тайнмута.

Глаза Эдуарда сузились, а лицо побагровело.

— Я не оставлял их там! — выкрикнул он. — Ваш Брюс украл их у меня!

Действительно, Роберт Брюс воспользовался предоставленной ему возможностью завладеть большим количеством оружия, хранящегося в трюмах кораблей, и раздать его своим воинам.

— Наш король предлагает вам корабли в обмен на лорда Уильяма, томящегося в лондонском Тауэре, — повторила Элизабет Гордон.

Эдуард II несколько минут молчал, разглядывая солому, разбросанную на земляном полу конюшни.

— А оружие, находившееся в трюмах кораблей? — наконец спросил он. — Брюс вернет его?

Элизабет часто думала о власти обоих монархов. К счастью, в последнее время влияние Брюса возрастало, а Эдуард II Плантагенет постепенно сдавал свои позиции. Поэтому она ожидала несколько иного хода беседы, но неотступные мысли о Рандольфе Макквине, почти выигравшем пари, мешали Элизабет сосредоточиться на важных государственных проблемах.

— Герольд!

Очевидно, Эдуард II принял долгое молчание Элизабет Гордон за обдумывание возможных уступок, заранее согласованных с Брюсом. Элизабет Гордон подняла голову и посмотрела на короля.

— По поводу изъятого оружия мой король просил вам передать, что у англичан достаточно железа для мечей и щитов.

Эдуард презрительно усмехнулся и процедил сквозь зубы:

— Тогда передайте Брюсу, что его условия для меня неприемлемы! Мне нужны деньги!

Элизабет помолчала, прежде чем сообщить следующее английскому монарху:

— Ваше величество, наш король уполномочил меня заявить, что вы оскорбляете его, думая, что он готов вернуть оружие, которое впоследствии вы используете в войне против его же народа.

Эдуард II сжал кулаки и, топнув ногой, крикнул:

— Я не объявлял войну! И вам это хорошо известно!

Элизабет, стараясь сохранять спокойствие и уверенность, произнесла:

— Позвольте заметить, что англичане никогда заранее не сообщают о своих намерениях напасть на кого-либо из соседей.

— Почему Брюс решил, что я готовлюсь к войне, герольд? — уже спокойнее спросил Эдуард II.

— Ваше величество, я лишь передаю послания короля Брюса, а его мысли и предположения мне неизвестны.

Король Эдуард II поднял указательный палец кверху.

— Тогда передайте Брюсу мое решение, и пусть он хорошенько его обдумает: граф Страта будет гнить в Тауэре до тех пор, пока вы не заплатите за него выкуп! — И, немного помолчав, добавил:

— Или пока мы не найдем других подходящих условий обмена.

Как всегда, Роберт Брюс заранее предусмотрел возможные варианты, и Элизабет знала, как отвечать королю в том или ином случае.

— Мой король может предложить вам следующий обмен: вы освобождаете лорда Уильяма, а Роберт Брюс возвращает вам маршала Нортумберленда.

Немного подумав, Эдуард II мрачно проговорил:

— Пэра в обмен на простого маршала?

У Элизабет Гордон был готов подходящий аргумент, и она добавила:

— Король Роберт Брюс уполномочил меня напомнить вам, ваше величество, что вы — крестный отец детей маршала. Наш король полагает, что это будет равноценный обмен.

— Какие еще подробности вам удалось вытянуть из маршала, кроме трогательной истории о крестном отце-короле?

— Ваше величество, маршалу Нортумберленду никто не причинит вреда, пока наш лорд Уильям будет в безопасности. Маршал по своей воле рассказал о том, что вы были крестным отцом его детей, а также передал послание своей супруге, которое я доставила во время осеннего сбора урожая.

Эдуард II Плантагенет поднял голову и несколько минут молча глядел в потолок конюшни, сквозь щели которого пробивались тонкие солнечные лучи.

— Ладно, — наконец произнес он. — Я подумаю.

Скоро вы узнаете мой ответ.

Элизабет почтительно склонила голову перед королем.

— Хорошо, ваше величество. Я буду ждать вашего ответа.

— Вы можете понадобиться мне в любой момент, герольд, поэтому сообщайте управляющему замка Дугласа, куда вы отлучаетесь и где вас можно найти.

— Обязательно, ваше величество.

Эдуард II смерил ее пристальным взглядом и неожиданно захихикал:

— Я вижу, вы весело проводите время в компании Рандольфа Макквина!

Едкое замечание короля не требовало ответа от Элизабет.

— Всего хорошего, ваше величество, — промолвила она и направилась к двери.

— Леди Элизабет!

Элизабет Гордон обернулась. Было немного странно видеть Эдуарда II Плантагенета — представительного мужчину в роскошной королевской одежде — стоящим посреди неубранной конюшни.

— Вы достойно несете свою службу, герольд!

Подобный комплимент нечасто приходилось слышать из уст короля Эдуарда II. Элизабет снова вежливо поклонилась.

— Благодарю вас, ваше величество.

Элизабет осталась довольна ходом беседы с королем и надеялась, что Роберт Брюс по достоинству оценит ее старания и усилия. Теперь ее ждало не менее важное испытание: новая встреча с Рандольфом Макквином, который ждал ее, сидя на камне около солнечных часов.

— Я поклялась Эдуарду II, что ваш визит в замок Дугласа вызван лишь личными причинами, но если окажется, что вы приехали в южную Шотландию с недобрыми намерениями, я дорого заплачу за обман.