Кэтрин Дженсен - Выйти замуж за принца

— Но ведь я могла бы увезти Крея отсюда, — возразила Эллисон, хватаясь, как за соломинку, за такую возможность. — Могла бы где-нибудь спрятаться, пока буря не уляжется.

Он покачал головой.

— Послушай, Элли. Я всю свою жизнь провел в окружении репортеров, наблюдавших за мной в телеобъективы и бинокли, цеплявшихся за малейшее мое движение и ждавших, чтобы я сделал неверный шаг. И я его в конце концов сделал. Случайно встретился с женщиной, которая заставила меня забыть об осторожности. Она забеременела от меня, и теперь у нас сын, которого мы должны защитить от этого безумия. — Он посмотрел на Крея, и в его темных глазах блеснул лучик радости. — Брак узаконивает нашего сына, а нас превращает в почти обыкновенную супружескую пару. Телевидению и газетам из этого ничего не раздуть. Они поместят парочку материалов, потом мы им наскучим, и они найдут себе что-нибудь попикантнее.

— Я не знаю, — пробормотала Эллисон. А вдруг все это неправда? Если она послушает его, то не поставит ли Крея и остальных своих родных в еще более трудное положение? — Ты поломал мою жизнь. Как же я могу выйти за тебя замуж?

— Раз уж мы говорим откровенно, — холодно сказал он, — я тоже чертовски зол на тебя!

— Ты зол на меня? За что, позволь спросить, когда я тебе ничего не сделала?

— Еще как сделала, леди! Тем летом я был совершенно околдован тобой, Элли. Я перестал быть тем, кем был всю жизнь. Перестал думать о будущем. Забыл все обязательства, политические планы и всякую ответственность. — Его взгляд переместился на кровать. — И сделал ребенка...

— Да, это так, — тихо сказала она. У нее на ресницах блестели слезы.

— Теперь нам придется иметь дело с реальностью. То, как мы вынуждены действовать, может не нравиться ни тебе, ни мне, но выбора у нас нет.

Эллисон прерывисто вздохнула, ощутив в груди резкую боль.

— Значит ли это, что Крей когда-нибудь станет... — она не смогла произнести слово «королем», — займет твое место, как ты займешь место своего отца?

— Нет. Он может претендовать на него, и только. Кабинет министров и советники сейчас работают над этим. Поскольку его мать не королевской крови, право престолонаследия ему не гарантировано. Его положение спорное. Тут масса всяких юридических сложностей. Но план, в двух словах, состоит в том, что мы с тобой разводимся по прошествии подобающего времени — через год или около того, — а затем я снова женюсь. — Он впился в нее глазами, словно боялся пропустить малейшую ее реакцию на свои слова. — Так что тебе не придется долго оставаться замужем за человеком, которого ты ненавидишь.

— Понятно! — спокойно произнесла она. Так вот в чем дело! Якоб все продумал — он и не собирается жить с ней. Ему лишь нужно, чтобы все было чистенько и аккуратненько!

Его лицо было непроницаемо.

— Так будет лучше для всех. Не только для моей семьи, но и для твоей тоже.

И Эллисон сдалась. Во всяком случае, так она хотя бы защитит Крея и своих родных.

— Хорошо, — прошептала она. — Сделаем, как ты предлагаешь.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Лимузин отъехал от дома.

— Дело сделано, — сказал Якоб, вздохнув. — Она согласилась.

Пожилой мужчина с проницательными глазами, деливший с ним просторный пассажирский салон, удовлетворенно кивнул.

— Жаль, что дело дошло до женитьбы, — сказал он по-немецки. — Но другого выхода нет.

Якоб поморщился, услышав эту холодную оценку ситуации от Фредерика, советника отца.

Сначала он намеревался просто переправить Эллисон с сыном самолетом в Эльбию, так как считал, что сможет оградить их от назойливых журналистов, если будет держать при себе и вдали от чужих глаз. Но советники короля считали, что принцу, во избежание проблем, не стоит держать в стране любовницу и внебрачного сына, пока он все еще занят выбором супруги. Идея кратковременного брака по договоренности принадлежала Томасу. Фредерик и король предпочли бы, чтобы принц вообще отрицал сам факт своего знакомства с этой американкой, но тот оказался тверд. После долгих споров все сошлись на том, что план Томаса представляет собой наименее неприятный вариант.

Теперь, заручившись согласием Эллисон, они могли приступать к следующему этапу. Лимузин направлялся в аэропорт Кеннеди, откуда Фредерик вылетит на «Конкорде» обратно в Париж. Якоб же вернется в Нанти-кок и, не теряя времени, поведет Эллисон в кабинет одного старого друга отца, городского мирового судьи Нью-Йорка.

— Keine Sorge, ваше высочество, — успокаивающим тоном произнес Фредерик, похлопывая принца по колену морщинистой рукой. — Не беспокойтесь, это будет не слишком неприятно. А через год-два... никто и не вспомнит эту женщину. — Он говорил с очень сильным акцентом.

Якоб вздрогнул при этих словах. «Никто и не вспомнит»... Неужели это действительно так?

— Свадебная церемония будет быстрой и тихой, — продолжал Фредерик. — Рядовое гражданское бракосочетание. Все уже устроено.

— Как же вы это устроили? Всего несколько минут назад у нас еще не было согласия Эллисон на брак.

Старик хохотнул.

— Имея такой богатый опыт в отношениях с женщинами, Якоб, ты иногда поражаешь меня своей наивностью. Какая женщина отвергнет подобное предложение? Такие деньги вообще за пределами воображения простой работающей американской девушки. Того, что она получит после развода, хватит ей и ребенку, чтобы жить в роскоши до конца дней.

Под пристальным взглядом хитрых желтых глаз Якоб почувствовал себя не в своей тарелке. Фредерик слишком хорошо его знает.

— Ты ведь сказал ей о деньгах? — спросил Фредерик по-немецки.

Якоб медленно выдохнул:

— Нет.

Густая седая бровь взлетела вверх.

— Но почему, помилуй Бог, почему ты не сказал ей, мой мальчик?

— Мне нужно было знать, примет ли она мое предложение без подкупа, — резко бросил Якоб. — Вам, наверное, не понять. Я и сам точно не знаю, почему это важно, но это так!

Действительно, почему это должно иметь вообще какое-то значение? Они и так неплохо справились с Эллисон. Разве у нее был какой-нибудь другой выход? И все же тот факт, что о деньгах не было сказано ни слова, почему-то радовал Якоба. Словно каким-то непостижимым образом Эллисон согласилась ради него самого.

— Впрочем, не страшно, — Фредерик небрежно махнул рукой. — Главное то, что ситуация под контролем. Чиновники американского Госдепартамента снабдят нас нужными документами, удостоверяющими трехлетний брак. Даже если журналисты решат покопать, то ничего не найдут. А что родственники этой женщины?

— Эллисон при мне позвонила родителям и попросила их ничего не говорить ни о дате, ни о деталях нашего брака. Я стоял рядом и слышал каждое слово. Ее друзьям в любом случае ничего не было известно об отце ребенка, она никогда никому не рассказывала об этом.