Сильвия Торп - Поместье любовных грез

Гвенни выглядела испуганной.

– Ваша светлость велели мне к завтраку снести вниз все подарки из большого шкафа на верхней площадке. Но их оказалось слишком много, чтобы принести все разом. Я захватила часть и пошла обратно за остальными, а когда вернулась, этот лежал на столе, рядом с другими. Я подумала, что его положила туда мисс Мелисса или мисс Фрэйн или что ваша светлость прислали с ним кого-то. – Она тревожно переводила взгляд с одного на другого. – Я сделала что-то не так, миледи?

– Позже узнаешь, так или не так, а сейчас можешь идти!

– Какие еще доказательства вам нужны? – обратилась она к доктору Мередиту после того, как Гвенни ушла. – Индийский слуга Хоксуорта был у меня в саду вчера утром.

– Вы не ошибаетесь? – спросил Мередит.

– Никакой ошибки. Я сам его видел, – заметил Эдвард. – Так же как и двое садовников. Насколько я понимаю, это происходило примерно в то же время, когда Гвенни уносила подарки вниз.

– А Стивен рано утром выгуливал свою собаку, – добавила леди Таррингтон, – так что дверь возле винтовой лестницы была незаперта.

– Но ни мистер Хоксуорт, ни его слуга не могли об этом знать! – возразила Памела, высказывая мысль, только что пришедшую ей в голову.

– Ваше мнение, мисс Фрэйн, никого не интересует, – процедила сквозь зубы леди Таррингтон. – Несомненно, этот человек нашел бы способ попасть внутрь. Получить сведения о внутренней планировке моего дома довольно легко, поскольку у слуг длинные языки. – Она снова повернулась к Мередиту: – Невозможно спорить с фактами. Совершена попытка лишить жизни моего внука, и все указывает на то, что за это злодейство ответственен Хоксуорт. И поскольку ближайший к нам судья – сэр Чарлз Редфол, я пошлю за ним и доверю дело ему. Негодяй Хоксуорт должен и будет предан в руки правосудия!

Какое-то время доктор Мередит внимательно смотрел на нее, а затем вздохнул.

– Миледи, вы так же твердо уверены в виновности Джейсона, как я – в его невиновности, – произнес он. – А сейчас позвольте порекомендовать вам отдых. Я останусь с мальчиком до тех пор, пока он не проснется, так что не терзайтесь из-за него.

Она посмотрела на него так, будто собиралась дать гневный отпор, но, видимо, мудрость его совета возымела на нее действие почти помимо ее воли. С усилием, которое само по себе явно указывало на ее полное изнеможение, она поднялась.

Эдвард подал ей руку.

– Обопритесь о меня, сударыня! – сказал он. – Я помогу вам дойти до-вашей комнаты.

Она кивнула и, не взглянув на Мередита, вышла, грузно опираясь на руку Эдварда. Доктор Мередит посмотрел на Памелу.

– Вам тоже нужно отдохнуть, мисс Фрэйн, – тихо произнес он. – Больше вы в настоящий момент ничего не сможете сделать.

Памела кивнула и вышла из комнаты.

Вернувшись к себе, ока легла. Не в силах заснуть, она пыталась разобраться в случившемся. Кто-то пытался убить Стивена. Это чудовищно, этого просто не может быть!.

Ощущение нереальности сохранялось в течение всего дня. Весь дом бурлил слухами – все слуги обсуждали факт покушения на жизнь сэра Стивена. Памела подозревала, что источником лавины толков и пересудов является Гвенни, судя по ее виду преисполненная сознанием собственной значимости.

От Гвенни Памела ближе к полудню узнала о прибытии сэра Чарлза Редфола, и, когда ее позвали в гостиную леди Таррингтон, она была готова к ожидавшему ее испытанию. По просьбе судьи она рассказала историю о леденцах и ответила на его вопросы, но не нашла в себе мужества поведать ему о своей убежденности в том, что Хоксуорт и его слуга обвиняются несправедливо. Она намеревалась это сделать, но в присутствии леди Таррингтон ее решимость пропала, поскольку она постоянно помнила о том, что останется без средств к существованию, если станет перечить своей хозяйке.

День тянулся медленно. Стивен проспал большую часть дня под постоянным присмотром той или иной служанки, и доктор Мередит, снова наведавшийся к нему ближе к вечеру, объявил, что кризис миновал.

Мелисса устала и рано улеглась спать. Памела устроилась у камина в комнате для занятий с шитьем. Ее терзало ощущение полной изоляции. Не считая спавших детей и Гвенни, бодрствовавшей в комнате Стивена, она была совершенно отрезана от остальных обитателей дома. В крыло, где находилась комната для занятий, можно было попасть только через массивную дверь в конце коридора. Свет от камина и свечей в канделябре, стоявшем возле нее, плясал по почерневшим от времени панелям, и не слышалось никаких звуков, кроме вздохов ветра в деревьях и поскребывания мышей под панелями. Дверь возле винтовой лестницы была надежно заперта – Памела сама задвинула тяжелые засовы, когда они с Мелиссой вернулись после дневной прогулки. Однако она по-прежнему ощущала беспокойство, вздрагивая и напрягая слух при любом неожиданном звуке.

Услышав тихие шаги в коридоре и звук отодвигаемой дверной щеколды, Памела резко выпрямилась, с мучительным напряжением вглядываясь в сумрак. Со вздохом облегчения она расслабилась, когда в комнату вошел Эдвард, но от него не ускользнул ее тревожный вид, и, спросив про Стивена, он с. улыбкой произнес:

– Мисс Фрэйн, вы позволите немного побыть в вашем обществе? Нам обоим не на пользу в одиночестве предаваться раздумьям по поводу случившегося.

– И в самом деле, – с радостью согласилась она. – Я буду весьма рада вашей компании, сэр, потому что, признаюсь, я все время ощущаю какую-то странную нервозность.

– Едва ли в этом есть что-то странное, сударыня, – возразил он, усаживаясь по другую сторону от камина. – После трагических событий минувшей ночи не приходится удивляться, что ваши нервы расшатаны. – Он оглядел комнату. – Да и обстановка эта никак не способствует более жизнерадостному расположению духа.

Памела улыбнулась:

– Да, но прежде я вполне ею довольствовалась, и обстановка ведь не стала другой после того, что случилось. Это мои собственные мысли и чувства придают ей гнетущий оттенок. – Она помолчала, нервно разглаживая шитье, которое теперь лежало сложенное у нее на коленях. – Мистер Истли, вас не затруднит рассказать мне, что произошло в результате визита сэра Чарлза Редфола?

– Ничего особенного не произошло, мисс Фрэйн! Когда сэр Чарлз закончил свои расспросы здесь, он отправился в Мэйз-Корт, чтобы допросить индуса. Этот Махду клянется, что вообще не покидал дом вчера утром, и Хоксуорт подтверждает его слова. Конечно же этого следовало ожидать!

– Но вы, сэр, не верите в это?

– Безусловно нет! Разве я не видел этого человека своими глазами менее чем в четверти мили отсюда? Он, как и Хоксуорт, явно пытается выгородить их обоих.