Сильвия Торп - Поместье любовных грез

Памела протянула к нему перевязанные руки. Он осторожно взял ее ладони в свои, насмешливое выражение исчезло из его глаз.

– Если бы только я мог избавить тебя от этого! – тихо произнес он. – Любовь моя, лучше бы ты этого не делала!

– Руки скоро заживут, но я бы никогда не простила себе, если бы эти документы сгорели, – ответила она. – Правду необходимо предать огласке! Скажи мне, доказательств достаточно?

– Более чем достаточно! – Джейсон присел на край кровати. – Редфол подтвердил это, хотя все же придется преодолеть прорву дьявольски скучных юридических формальностей, прежде чем все уладится. А пока, сообщил он мне, я должен принять на себя управление поместьем, поскольку его нельзя оставлять в руках прислуги. Похоже, он считает, что, поскольку я так долго был отстранен от исполнения своих прямых обязанностей, теперь у меня не получится быстро взять их на себя.

Он говорил непринужденно, но она сразу уловила сквозившую в его словах печаль.

– Ты наверняка думаешь о том, что правда должна была стать известна твоей матери, и если бы ты находился в Таррингтоне, когда скончался сэр Хамфри, возможно, так оно и произошло бы?

– А разве не так? – воскликнул он и вздохнул. – О нет, я не виню леди Таррингтон за то, что она это утаивала! С ней обошлись так же скверно, как и с остальными, и она боролась за себя. Но если бы я был здесь и знал правду, возможно, моя мать оставалась бы жива и по сей день! Видит Бог, я всегда презирал своего отца, но никогда еще так сильно, как ночью, когда узнал правду!

– Твоя мать любила его, Джейсон, – напомнила ему Памела. – Она не хотела огласки не ради себя, а ради тебя. А ты ради нее не попытаешься его простить?

– Всепрощение, любовь моя, никогда не числилось среди моих немногих добродетелей, но в том, что ты говоришь, есть доля истины. Возможно, со временем я смогу думать о нем с меньшим ожесточением. – Он помолчал какой-то момент, потом резко добавил: – Я пока не знаю размеров собственности, которую леди Таррингтон принесла сюда в качестве приданого, но какую бы сумму оно ни составляло, именно столько я перечислю на доверительный счет Стивена и Мелиссы. Я не имею на это имущество ни малейшего права, а несчастных детей нужно обеспечить.

Памела просияла.

– Возможно, ты не склонен к всепрощению, зато очень великодушен, – сказала она. – Я рада, что ты собираешься это сделать.

– Откупные совести, как потом скажут, – с усмешкой бросил он: – Я не ощущаю себя таким уж великодушным. Скорее чертовски нетерпеливым! – Он сдвинул рукав у нее на руке и поцеловал запястье. – Я собирался жениться на тебе через пару дней, а теперь, при всех этих осложнениях и судом над Истли, черт знает, как долго нам придется ждать!

– Возможно, нам вообще не следует жениться, – произнесла она в раздумье.

– Это почему же? Вы что, мисс Фрэйн, пытаетесь взять данное мне слово назад?

– Я серьезно, Джейсон! Наверное, для мистера Хоксуорта было бы позволительно жениться на простой гувернантке, но для сэра Джейсона Таррингтона…

Он наклонился и поцеловал ее в губы, не оставив ей никаких шансов закончить фразу. Потом, после паузы, спокойно произнес:

– Сэр Джейсон Таррингтон, глупышка моя, поступит в точности так же, как всегда поступал Джейсон Хоксуорт – будет жить как ему заблагорассудится, а не так, как ожидает от него свет. Однако, как указывает Редфол, нельзя пользоваться благами, не беря на себя ответственности. По крайней мере, теперь я могу предложить тебе имя! Оно не из тех, которыми можно особенно гордиться, но будь я проклят, если я позволю тебе бросить меня из-за этого!

– Я не это имела в виду! – возразила Памела с возмущением. – Ты ведь знаешь, что это не так!

– Я отлично знаю, что ты имела в виду, и это несусветная чушь. Я не желаю больше этого слушать! Это – во-первых, а во-вторых, у тебя нет выбора! Ты теперь настолько скомпрометирована, что тебе придется выйти за меня замуж, к тому же я на днях предупреждал, что не собираюсь тебя отпускать.

Памела улыбнулась и прекратила спор, который у нее не было никакого желания продолжать.