Кристи Голд - Отважная любовь

Он хитро улыбнулся:

— Можно попросить тебя…

— Нет. Ни в коем случае, — отрезала она.

— Я хотел попросить тебя помочь мне вымыть голову.

— О.

Его улыбка стала шире:

— А ты что подумала?

— Неважно, — притопнула она ногой. — А вы сами не можете это сделать?

— Могу. Но думаю, что две здоровые руки справятся лучше.

Ему удалось ее убедить.

— Я пойду на кухню и принесу таз.

— Обещаешь не бросать меня? Мона придет только завтра.

— Кто такая Мона? — помимо воли вырвалось у нее.

— Моя домработница. Ей за шестьдесят. Обожает коричневый цвет в одежде. Аккуратна и педантична, как и полагается настоящей немке.

— Как мило. — От нахлынувшего облегчения Брук упустила из рук мыло, и оно ушло в воду около самого тела Джеда.

— Я верю, что ты сделала это не специально, — ухмыльнулся он. — Но с одной рукой мне будет трудно достать его. Хочешь помочь?

Да, она хотела помочь, еще как хотела. Но не осмеливалась.

— Уверена, вы справитесь.

Джед задумчиво почесал подбородок.

— Я предпочитаю общество очаровательной женщины.

Желание провести рукой по груди такого притягательного доктора Грейнджера, стало настолько невыносимым, что она поспешила скрыться на кухне. От греха подальше.

— Быстрее возвращайся!

Смех Джеда сопровождал ее позорное бегство.

Джед совсем бы не удивился, если бы Брук, минуя кухню, выскочила из дома, оставив его мерзнуть в остывающей воде.

Часть его сознания была уверена, что шансов получить простуду нет. Надежда на возвращение Брук согревала лучше горячей ванны.

Джед неспешно потер мочалкой грудь и спустился ниже. Какая жалость, думал он, что ему не удалось убедить ее помыть все остальное. В то же время он прекрасно осознавал, что поторопился и слишком нажал на нее. И все-таки ей было приятно касаться его тела. Джед мог поклясться в этом!

Она вернулась через несколько минут, неся в руках таз с теплой водой. В тазу плавала пластиковая чашка. Джед облегченно перевел дыхание, благодаря небеса за то, что его опасения не оправдались.

Поставив таз на стул, стоящий рядом с ванной, Брук принялась аккуратно лить воду ему на голову. Затем достала шампунь и намылила волосы Джеда. Во время этой процедуры ее грудь почти касалась его лица, и Джед с трудом удерживался, чтобы не застонать от невозможности провести по ней рукой. Брук не замечала его страданий. А может, делала вид.

Осторожно, кончиками пальцев, она втирала шампунь в волосы. Джед закрыл глаза и представил, как эти пальцы гладят все его тело, унося в пучину наслаждения.

Волшебное ощущение не закончилось, когда Брук начала смывать пену. Одной рукой она лила воду, а другой перебирала пряди волос, касаясь время от времени кожи головы.

В один из таких моментов Джед не выдержал и хриплым голосом сказал:

— Иди сюда.

Он притянул ее к себе и впился ей в губы страстным поцелуем. Она ответила так же горячо. Но теперь Джед хотел большего.

Наконец Брук отстранилась.

— Я промокла.

— А это идея, — задумчиво протянул он.

Джед провел кончиками пальцев по ее рубашке, которая, став от воды полупрозрачной, уже почти ничего не скрывала. Он очень жалел о том, что у него только одна здоровая рука.

Брук встала на колени и подалась вперед, стараясь как можно ближе оказаться к Джеду. Он ухитрился снять с нее рубашку и уже смелее принялся ласкать ее грудь.

Брук еле слышно застонала. От ее стона возбуждение заполыхало в нем костром. Джед не помнил, когда еще встречал столь соблазнительную женщину.

— Джед…

Имя, слетевшее у нее с губ, омыло его теплой волной удовольствия.

— Повтори.

Она непонимающе заморгала.

— Что?

— Я еще раз хочу услышать, как ты произносишь мое имя.

— Я на самом деле это сказала?

— Да, ты назвала меня Джедом, а не доктором Грейнджером, как обычно, — не смог он сдержать улыбки.

— О, нет. — Брук медленно встала, надела рубашку и, оглядев себя, принялась стряхивать с ткани клочья пены. Казалось, что она хочет не только избавиться от излишней влаги, но и почистить те места, где руки Джеда прикасались к ее телу. — Полагаю, на сегодня мы все закончили, — сказала девушка, глядя в сторону.

Джед так не думал, но боялся быть излишне настойчивым.

— Поможешь мне вылезти из ванны?

— Оставайтесь пока там. Я достану полотенце.

Подойдя к бельевому шкафчику, она потянулась к верхней полке. Между задравшейся рубашкой и ремнем джинсов показалась тонкая полоска незагорелой кожи. Прекрасное место для поцелуя, решил Джед. Если она разрешит ему. А она разрешит однажды. Ей никуда не деться от него.

Достав полотенце, Брук бросила его Джеду. Затем положила его левую руку к себе на плечо и, поднатужившись, помогла ему выбраться из ванны. Во время этих маневров Джед ухитрился обернуть полотенце вокруг бедер.

Оказавшись на мокром полу, он заскользил загипсованной ногой и начал падать. Брук обхватила его за талию и попыталась остановить падение. Скольжение закончилось у стены, где они оказались прижатыми друг к другу. Полотенце, кстати, потерялось в процессе этого импровизированного танца.

Если бы Джед был джентльменом, то сразу бы отстранился. Но он был не в состоянии вести себя по-джентльменски.

Брук уперлась обеими руками в грудь Джеда. От его близости, от жара его сильного тела у нее закружилась голова. Ее сердце бешено колотилось.

Губы Джеда защекотали ей ухо:

— Мы оказались в сложном положении. И что будем делать?

— Продолжать. — Брук не сразу поняла, что сама произнесла это слово.

Джед приник к ее губам. Его руки начали увлекательное путешествие по восхитительному женскому телу. Вены Брук, казалось, наполнились жидким огнем. Она наслаждалась каждым прикосновением.

Где-то в глубине мозга у нее билась мысль, что она сошла с ума. Ей не следует разрешать ему делать это. Он всего лишь один из пациентов, не больше. Но под ласковыми руками доктора Грейнджера ее здравый смысл таял как снег.

— Ты знаешь, как долго я мечтал об этом? — прошептал Джед. Она только потрясла головой, не в силах сказать ни слова. — С того дня, как впервые увидел тебя.

Брук чувствовала, как его ласки возносят ее на вершину блаженства. Она не могла и не хотела остановить этот подъем. Когда наслаждение стало невыносимым, неведомая сила выгнула ее тело и плеснула в глаза слепящим светом.

Когда она пришла в себя, ее первой мыслью было: что подумает о ней доктор Грейнджер?

Нежные пальцы коснулись ее подбородка, заставляя поднять глаза и отрывая от печальных размышлений.