Роберта Ли - А потом пришла любовь

— В следующем году мы отправимся в круиз. Это самый лучший способ увидеть как можно больше мест за одну поездку.

— Я это ненавижу.

— Но для меня это единственная возможность, Потом у меня может никогда больше не быть отпуска более чем на две недели.

— Тогда нет смысла богатеть, — фыркнула Стелла.

Он усмехнулся:

— Вы не правы, девочка. Начинаешь с того, что стараешься заработать столько денег, чтобы можно было делать все, что захочешь, а потом, когда их получаешь, у тебя появляется слишком много обязательств, чтобы оставить это занятие.

Она засмеялась:

— Бедный миллионер!

— Я считал бы себя беднее, если бы не был миллионером. — Мэтью вынул портсигар. — Меня вполне устроила бы какая-нибудь тихая деревушка, только я думаю, что вам нужно что-нибудь более шикарное.

Стелла была тронута:

— Вы так много думаете обо мне. Вы так добры, Мэтью!

— Только к вам, девочка. V моих друзей родимчик случился бы, если бы они услышали, как я с вами разговариваю. Надеюсь, они вам понравятся… мои друзья, я имею в виду. Они — простые люди, но хорошие.

— Если они похожи на вас, то, уверена, они мне понравятся.

Мэтью достал сигарету, Стелла протянула руку и услышала:

— Нет, девочка, вы слишком много курите.

Она развеселилась:

— Мы еще не женаты, а вы уже командуете мной, — и, дотянувшись, взяла сигарету. — Я только одну.

Он нагнулся и вынул сигарету из ее губ:

— Лучше поиграйте мне. Я давно уже не слышал, как вы играете.

— Это не моя вина. Вы так замотались между Лидсом и Лондоном, что на вас страшно глядеть.

— Так или иначе, кое-что еще нужно сделать. Мы уезжаем на целый месяц, а на одной из фабрик есть проблемы, которые я хотел бы уладить до отъезда.

— Какие проблемы?

— Угроза забастовки. Но не забивайте этим свою хорошенькую головку. Когда я с вами, мне хочется забыть о делах. Дайте нам немного музыки.

Неприятная фразеология, но Стелла постаралась пропустить это мимо ушей:

— Что-нибудь особенное?

Он напел несколько тактов:

— Не знаю, как называется, но это самое мое любимое.

— «Лунный свет».

Ее пальцы привычно коснулись клавиш, зазвучала мелодия Дебюсси, и Мэтью залюбовался прекрасной картиной, ожившей в сумрачной комнате, в ярком платье гранатового цвета, за темным пианино, Стелла играла почти бездумно, не глядя на руки, выражение ее лица оставалось серьезным.

Любовь моя, не рань меня,Не прогоняй несправедливо:Я так давно люблю тебяИ блеск твоих бесед учтивых.

Незваная-непрошеная, появилась мысль о Чарльзе. Он давно любил Стеллу, любил ее общество, но его восторг был таким скучным, что, как она чувствовала, оставить его было действительно не больше чем невежливостью с ее стороны.

От «Лунного света» Стелла перешла к «Зеленым рукавам», напевая про себя в такт музыке:

О радость сердца моего!Восторг, томленье и услада!Все золото мира сложу к ногамЛеди Зеленые Рукава!

Теперь она была восторгом, томленьем и усладой Мэтью и всей его радостью.

Смолкла последняя нота, Стелла повернулась и посмотрела на него. Он уснул, его голова покоилась на диванной подушке, а рука свесилась до пола. Она улыбнулась и склонилась над ним. Он, должно быть, устал, стараясь закончить так много дел за столь короткое время. Этот брак очень много значил для него — он так долго ждал, что заслужил гораздо большего, чем она могла предложить ему. Стелла ласково коснулась его волос, выключила свет и на цыпочках вышла из комнаты.

В один из пасмурных февральских дней, рано утром, Стелла вышла замуж за Мэтью. Свидетелями у них были только мать и Адриан. Когда Мэтью произносил слова клятвы, голос его срывался, и Стелла впервые поняла, как глубоки его чувства к ней. Странно, что у нее он вызывает такие разные эмоции: иногда ей кажется, что она любит его, а иногда он ей безразличен. Может быть, когда они останутся наедине, когда она больше не будет скована легкомысленным подшучиванием Адриана и ледяным высокомерием матери, они с Мэтью достигнут настоящего взаимопонимания?

Во все время ленча в «Рице» Мэтью, казалось, совершенно не замечал ни холодности своей тещи, ни поддразниваний Адриана и смотрел на Стеллу с таким обожанием, что ей хотелось попросить его не любить ее так сильно. Ленч длился недолго, поскольку молодожены планировали уехать сразу после полудня, и, как только они разделались с едой, Стелла взглянула на часы с бриллиантами, которые он подарил ей на свадьбу, и увидела, что до вылета самолета остался всего час:

— У нас нет времени, Мэтью.

Он не успел ответить: подошедший официант сообщил, что мистера Армстронга просят к телефону.

— Если это Джесс, держу пари, она просит прощения за то, что не сумела приехать.

— Почему она не приехала? — спросил Адриан у Стеллы.

— Не знаю, — откликнулась та, — и не думаю, что стоит спрашивать!

— Похоже, что вместо свекрови ты получила золовку.

— Спасибо, — сухо уронила Стелла.

— Иногда ты слишком много болтаешь, — заметила сыну миссис Перси и взглянула на Стеллу: — Я надеюсь, ты наберешь немного веса за время отдыха, а то уж слишком худая.

За последнее время это был первый знак заботы со стороны ее матери, и Стелла была тронута:

— Не беспокойся обо мне, дорогая, я чувствую себя прекрасно.

— Не похоже. Если только… — Миссис Перси замолчала, потому что за стол вернулся Мэтью.

— Это мой управляющий, — объяснил он с озабоченным выражением лица, — на одной из фабрик забастовка, и я должен быть там.

— Ты шутишь, — выдохнула Стелла.

— Благодарил бы небеса, если бы это было так, но на забастовку вышла тысяча человек.

— Разве с этим никто больше не может справиться?

— Сейчас я — единственный, кто может удержать их.

— А как же медовый месяц? Ты не можешь отказаться!

— Прости меня, девочка, но мы должны. Через двадцать минут с Кинг-Кросс уходит поезд. Я займусь багажом.

Он поспешил прочь, а миссис Перси взмахнула салфеткой:

— Никогда не слышала ничего смешнее. Для чего он нанял управляющего? — Лицо ее скривилось, и она заплакала. — Он совсем не думает о твоих чувствах. Его заботит только его бизнес.

— Пожалуйста, мамочка, слезами не поможешь.

— Тебе ничего не поможет. Он погубит твою жизнь! — Миссис Перси с трудом взяла себя в руки. — А на что это будет похоже в Лидсе? Тебя там никто не ждет, и даже дом еще не готов.

— Забастовщики окажут им горячий прием, — подхватил Адриан.