Кэтрин Гарбера - Интимные тайны

Подруги ждали ее на террасе, удобно расположившись в шезлонгах и нежась на солнце в темных очках и с запотевшими от ледяного лимонада стаканами в холеных ручках.

— Прошлось ждать? Простите. Не думала, что вы придете. Что-то случилось?

— Экстренное сообщение. — Таинственно улыбаясь, Лили сместила очки па кончик носа, медленно приоткрыла глаза и сощурилась от солнца.

— Какое экстренное сообщение? — искренне заинтересовалась Мэри. Но что-то в тоне подруги заставило ее насторожиться.

— Это ты должна нам сказать, — с наигранной суровостью произнесла Эмма. — Почему мы узнаем от этой ящерицы Лоретты, что наша лучшая подруга выходит замуж за высокородного англичанина?

— Все произошло так быстро, меньше часа назад, когда он привез меня домой, — с чувством облегчения оправдывалась Мэри, обрадованная, что причиной визита подруг стали последние события, а не застарелые язвы ее души.

— Вы провели эту ночь вместе? Ты обязана нам все рассказать в мельчайших подробностях, — сгорала от нетерпения Лили.

— Никаких подробностей, — категорически произнесла Мэри. При всей любви к подругам по клубу любовь к Кейну была неприкосновенна. Она налила лимонада в свой стакан и присела напротив Эммы.

— Мэри, позволь заглянуть хотя бы в щелочку, — взмолилась Лили. — Мы уверены, что вас связывает что-то необычное, иначе ты не упала бы в обморок, увидев его.

— Я упала в обморок из-за переутомления, а не из-за него.

— Ну разумеется. Ты всегда падаешь в обморок, переутомившись, — ехидно заметила Эмма.

— Я думала, что никогда не увижу его вновь. Не знаю, почему я потеряла сознание именно в тот момент. Глупо получилось, — Мэри чувствовала усталость, ей хотелось скорее отделаться от любознательных подруг.

— Не смей сожалеть. Получилось очень романтично, а не глупо. Любая хотела бы оказаться на твоем месте, когда он так галантно подхватил тебя на руки, — восторгалась Лили, возбуждая у Мэри воспоминание о его обжигающе горячих руках.

— Я уже в тот момент готова была поклясться, что он сделает тебе предложение, — подытожила Эмма.

— А у меня еще вчера не было такой мысли, — разочаровала их Мэри.

— Показывай кольцо, — с горящими глазами потребовала Лили.

— Нечего показывать.

— Новая мода — помолвка без кольца? — изумилась Эмма.

— Официально помолвка состоится только сегодня вечером.

— А сейчас у вас, значит, неформальная помолвка, так, что ли?

— Похоже на допрос с пристрастием. Мне это не нравится.

— Я все поняла! — воскликнула Лили. — Они барахтались в постели, когда он сделал ей предложение. Молодец, Мэри. Не каждая женщина способна так воспламенить мужчину.

— Это всего лишь твои домыслы, дорогая.

Еще тридцать минут они жонглировали ничего не значащими фразами, прежде чем подруги сочли возможным удалиться, взяв с нее обещание, что официальное предложение станет достоянием гласности. Мэри смотрела вслед удаляющимся экс-дебютанткам, благодарная уже за то, что они не считают ее аферисткой.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Кейн изрядно поволновался, приближая урочный час приятными заботами. В стремлении достичь совершенства он то и дело утрачивал свойственное ему хладнокровие, начиная мыслить крайностями. Желая Мэри в жены, он рассчитывал на большее с ее стороны воодушевление. Легко добившись ее тела, он все еще пребывал в неведении относительно истинных ее чувств.

Встреча с калифорнийским финансовым гением была все-таки отложена, побледнев перед более насущными целями Кейна, ясными как никогда. И четче всего в его сознании вырисовывалось кольцо его мечты, предназначенное для покорения Мэри. Материализовавшись, оно стало ждать своего часа в кармане его брюк.

Кейн сосредоточенно склонился над листком бумаги, коротко формулируя на ней свои требования к прислуге. Свежесрезанные цветы в эффектных композициях уже украшали чуть ли не все уголки его особняка, ароматизированные свечи в изящных подсвечниках готовились наполнить воздух благоуханием. Коридор, ведущий в спальную комнату хозяина, еще не знал, что его усыплют ароматными розовыми лепестками. Сама же опочивальня должна была превратиться в ориентальный рай, пестрящий сочными орнаментами драгоценных тканей. Кейн разделял пристрастие Мэри к роскоши.

Приближался вечер. Повар корпел на кухне. Кейн дотошно исследовал преобразившееся пространство, поглядывая на часы. Он вышел из дома уже к вечеру, и сентябрьский ветерок слегка охладил его разгоряченные мысли.

Кейн не стал поднимать тент автомобиля. Несясь навстречу судьбе, он внимал безмятежным увещеваниям зефира.

Мэри сама открыла дверь, когда он позвонил в условленный час. Элегантная, тонкая, в облегающем платье без рукавов неуловимого цвета. Видимость спокойствия нарушала узкая кисть, нервно теребившая череду жемчужных капель на ключицах.

— Добрый вечер, — он почтительно поцеловал руку своей избранницы.

— Здравствуй, Кейн. Ты отлично выглядишь, — заглушила она нервозность поспешным комплиментом.

— Приятно слышать. А ты бесподобна, Мэри-Белл, — он сторицей вернул комплимент и, положив руку на обнаженную спину подруги, повел ее к своему авто.

Не отказывая себе в удовольствии разглядеть свободные от тканей атласные прелести любимого тела, он отметил смелость кроя, казалось бы, традиционного платья для коктейля. Глубокий разрез открывал гибкую спину и подчеркивал плавную линию бедер.

— Теперь я знаю, где проходит граница между сексапильностью и вульгарностью.

— Мое скромное платье не могло стать причиной такого серьезного открытия.

— В фас — ты образец целомудрия. Но, глядя на твою спину, я, кажется, вижу языки адского пламени, в котором мечтаю сгореть вместе с тобой.

— Порочный, — низким голосом с нотами кокетства сказала она, садясь в машину.

Они понеслись по дорогам города, который Кейн не без удовольствия начинал считать своим.

— Как прошел день? — поинтересовался он.

— Чудно.

— Чудно?

— Утром какой-то безумец попросил стать его женой в присутствии двух драконов, приходящихся мне родней. Потом встречалась с друзьями, которые взяли меня за горло, выбивая секретную информацию, которую, оказывается, знает уже чуть ли не весь город.

— Обычный денек, ничего особенного.

— Для безумца.

— Считаешь, только безумец может желать жениться на тебе? Ты не допускаешь мысли, что это кто-то, кому необходимо обрести смысл жизни?

— Смысл жизни? Ты еще больший безумец, чем я думала до сих пор. Или гений. А это пугает даже сильнее.